Изобретено в России: История русской изобретательской мысли от Петра I до Николая II


В многочисленных справочниках и списках русских изобретений чаще всего не упоминается три четверти замечательных идей, рождённых отечественной изобретательской мыслью, зато обнаруживается, что мы придумали самолёт (конечно, нет), велосипед (тоже нет) и баллистическую ракету (ни в коем случае). У этой книги две задачи: первая – рассказать об изобретениях, сделанных в разное время нашими соотечественниками – максимально объективно, не приуменьшая и не преувеличивая их заслуг; вторая – развеять многочисленные мифы и исторические фальсификации, связанные с историей изобретательства.

Эверест


29 мая 1953 года новозеландец Эдмунд Хиллари и шерп Тенцинг Норгей первыми ступили на вершину высочайшей горы мира – Эвереста. Но… первыми ли? Центральная линия романа – обстоятельства, предшествующие легендарному восхождению Джорджа Мэллори в 1924 году, его любовные отношения и научные работы, его многочисленные путешествия и Первая мировая война. Неожиданный, провокационный взгляд на историю исследований Эвереста и одновременно литературная игра – в романе «Эверест».

Фотограф


Где-то там, в толпе, меня ищет Фотограф. Он протискивается между разгорячёнными телами, проталкивается, извиняется перед кем-то, но не прекращает искать меня глазами. На его груди болтается «Лейка» 1954-го года, лучший в мире фотоаппарат; Фотограф никогда не променяет его ни на какой другой. Он наготове: едва он заметит в толпе мою фигуру, моё лицо, он тут же начнёт снимать: один кадр, два, три, четыре — и так до окончания плёнки, щёлк-щёлк-щёлк до бесконечности. Потом он будет лихорадочно менять плёнку и снова щёлкать, и снова менять плёнку, и снова снимать. Люди празднуют, люди бегают по улицам и радостно кричат, они подбрасывают в воздух мишуру, они взрывают хлопушки с конфетти, толпа — такая разноцветная, шумная. Но Фотограф ищет меня в этой толпе, потому что он не знает, как найти меня иначе.

Милитариум. Мир на грани (сборник)


Рождение нового мира всегда начинается с разгрома прежнего. Век назад Европа стояла на грани войны, и хватило нескольких выстрелов, чтобы черта была пройдена. Невиданное оружие и средства массового запугивания положили конец рыцарству и империям. Бесчисленные армии сражались за Париж и Иерусалим. Одним из последних сражений стала Армагеддонская битва, развернувшаяся в окрестностях горы Мегиддо,  – именно там, где, согласно Библии, надлежит произойти битве конца времен.

В антологии представлено множество вариантов того, какой могла быть и какой была тогдашняя реальность под тонкой коркой повседневности.

Хельга, Хильда, Хольда


Тим Скоренко

Хельга, Хильда, Хольда

Все персонажи рассказа, за исключением альвов, существовали на самом деле, а некоторые живы и по сей день.

1

Шеффер казался чересчур юным для командования подлодкой, да, собственно, и был таким — двадцать четыре года, лихо подкрученные усики, жидкая бородка, узкие плечики и великоватая фуражка. Он ехидно усмехался, чуть кривя рот на левую сторону, и пах молоком, как пахнут толстощекие упитанные младенцы, только-только покормленные матерью. С Дёницем он держал себя нагло, точно не всемогущий гросс-адмирал стоял перед ним, нахмурив высокий лоб, а какой-то лейтенантик, которого нужно было проучить за небрежно выполненный приказ.

Вермут, будучи старше Шеффера всего на год, выглядел мужественнее и обязательнее. Он смотрел на окружающий мир без издевки, но с желанием узнать как можно больше, впитать в себя еще немного информации — звуков, запахов, цветных картинок и вкусов. Под командованием Вермута, как говаривали моряки, сл…

Вдоль по лезвию слов (сборник)


Тим Скоренко

Вдоль по лезвию слов

Предисловие

Зная Тима Скоренко, невозможно однажды не прийти к мысли о том, что способность жить насыщенной, разносторонней жизнью – это своего рода талант, который при рождении даётся не всем. Тим обладает этим талантом в полной мере, и можно завидовать ему – пока не станет ясно, что выдерживать такой накал, такую концентрацию событий и впечатлений способен далеко не каждый. Я, например, не могу. Честное слово, мне иногда кажется, что у этого человека семьдесят два часа в сутках!

Тим очень много пишет, пожалуй, больше, чем все известные мне люди пера. Он журналист, за последние несколько лет он опубликовал великое множество статей, иной раз бывает до полудюжины в месяц. Он поэт и бард, у него сотни стихов и песен. Он популярный блогер и постоянно радует своих читателей эксклюзивными материалами. «Тим, – говорил я ему, – вот ты пишешь тексты, большие, интересные, с кучей картинок, – неужели тебе не жаль, что они висят только …

Сад Иеронима Босха


Тим Скоренко

Сад Иеронима Босха

1. ПРЕДДВЕРИЕ

«Выколи глаза самому себе, ибо в слепоте путь к спасению», — скажет Джереми Л. Смит с телеэкрана. Вы тут же возьмёте спицу и прямо перед телевизором лишите себя зрения, я не сомневаюсь. Каждое слово, которое произносит Джереми Л. Смит, — абсолютная истина. Если Джереми Л. Смит скажет, что убивать можно, то все государства мира тут же узаконят убийство и внесут его в конституцию. Потому что Джереми Л. Смит — Правдитель Сермяжный, Мессия, новый Христос.

Всё, что вы читали в учебниках про Джереми Л. Смита, — это чушь. Полностью, от начала и до конца. Всё, что вы знаете о нём, — это та самая трансляция из Ватикана и гора глупостей, придуманных фальшивыми биографами. На каждом уроке по житию Джереми Л. Смита ваши учителя втолковывали вам бред, запомните это.

Ни одного слова правды. Бред сивой кобылы. Правда — это то, что вы видите своими глазами. То, что вы можете купить. То, что вы можете трахнуть.

Ва…

Ода абсолютной жестокости


Тим Скоренко

Ода абсолютной жестокости

Часть 1

Если бы я умел писать, я бы написал о себе книгу. Но я не умею писать. Потому что мне это не нужно. Потому что я – Риггер.

Глава 1. Гладиаторы

Я выхожу из дома и щурюсь. Солнце очень яркое. Оно режет глаза. Через минуту зрение восстанавливается. У колодца стоит Болт. Он только что умылся ледяной водой и выглядит несчастным.

Мне очень хочется сделать какую-нибудь мерзость. Причём не кому-то конкретно, а всем разом. Подхожу к колодцу.

– Ведро.

Болт уныло крутит рукоять. Ведро появляется на свет. Я опрокидываю его на себя. Холодно, хорошо.

– Ещё.

Болт вытягивает второе ведро. Умываюсь тщательно. Затем плюю в ведро и выливаю его на Болта, смеюсь. Болт отфыркивается. Хватаю его поперёк туловища и толкаю в колодец. Болт пытается сопротивляться. Ломаю ему пальцы на правой руке. Болт сдаётся и летит вниз.

Колодец загажен, по крайней мере, до полудня. Или даже до завтра. Болт булт…

Темная сторона города (сборник)


Темная сторона города: фантастические повести и рассказы (сборник)

Глобализация и призраки, или Следствие ведут мертвяки

Призраки и криминал неразрывно связаны в произведениях мировой литературы, и традиция эта началась не вчера – достаточно вспомнить, как у Вильяма нашего Шекспира призрак оказал содействие детективу-любителю Гамлету в его расследовании, а Макбет вел беседу с окровавленным привидением.

Иначе и быть не может. Души людей, мирно скончавшихся в своей постели, спокойно отлетают в мир иной. Но когда душа расстается с телом в результате мрачных и кровавых событий – вот тут-то и начинают бродить по коридорам замков женщины в белом, не отражающиеся в зеркалах, и звенят цепями заживо замурованные, проклиная своих погубителей, и грохочет копытами по дороге призрачная лошадь Гессенского кавалериста, разыскивающего свою отрубленную голову…

Авторы повестей и рассказов, представленных в нашем сборнике, не отступают от почтенной традиции. Чем только не заним…

Темпориум. Антология темпоральной фантастики


Темпориум

Антология темпоральной фантастики

Павел Амнуэль

Предисловие

Время – четвертое измерение вместе с пространством, и, значит, по времени, по-видимому, можно путешествовать так же, как в пространстве. По нашей планете человек конца XIX века научился перемещаться с помощью механизмов: ходили поезда, появились первые автомобили. Поговаривали, что можно построить летательные аппараты тяжелее воздуха и летать подобно птицам. Да и летали уже – в литературе. Вспомните «Робура-завоевателя» Жюля Верна.

Считается, что машину для путешествий во времени «изобрел» Герберт Уэллс, опубликовав в 1895 году повесть «Машина времени». На самом деле, даже у Уэллса это не было первым описанием путешествия по четвертому измерению: впервые он сделал это в забытой новелле «Аргонавты времени», написанной семью годами ранее.

Уэллс, в духе эпохи, построил для путешествий во времени машину, но и задолго до него в литературе были произведения, описывающие перемещ…