Собрание сочинений в 14 томах. Том 13. Рассказы циника


Аверченко А.Т. Собрание сочинений: В 13 т. Т. 13. Рассказы циника / Сост., подг. текста, приложения, и комментарии С. С. Никоненко, С. Осиповой, А. Хлебиной. — М.: Изд-во «Дмитрий Сечин», 2015. — 432 с. ISBN 978-5-904962-41-8

 

В настоящий том вошли последние книги писателя, в том числе «Смешное в страшном», «Отдых на крапиве», роман «Шутка Мецената». Впервые публикуются материалы из пражской газеты «Prager Presse».

   

Собрание сочинений в 14 томах. Том 11. Салат из булавок


Аверченко А.Т. Собрание сочинений: В 14 т. Т. 11. Салат из булавок / Сост., подг. текста и комментарии В. Д. Миленка. — М.: Изд-во «Дмит­рий Сечин», 2015. — 720 с. ISBN 978-5 -904962-1 1-1 (Общ.) ISBN 978-5 -904962-49-4 (Т. 11)

 

В одиннадцатый том собрания сочинений вошли публикации Аркадия Аверченко в прессе 1918-1922 г.г. (киевской, ростовской, севастопольской, парижской, константинопольской), никогда не включавшиеся им в сборники. Многие тексты писателя переиздаются впервые, в т. ч. материалы из газеты «Чертова перечница» ( Киев, 19 18), а также «Газеты Аркадия Аверченко» (Севастополь, 1920) и «Рождественского «Сатирикона» Аркадия Аверченко» ( Константинополь, 1922), ставших попытками возрождения журнала «Сатирикон» в новых условиях.

Стиль – человек


«„Вечерние Биржевые Ведомости“ сообщают данные об отце покойного художника Мясоедова: Это был человек без вершка сажень ростом и широченный в плечах. Однажды, на охоте, уронив случайно в снег кинжал, этот гигант голыми руками задушил крупного медведя…»

Душа общества


«… – Вот, Жоржик, – сказал Балтахин. – Мы сейчас беседовали с Леной. Она говорит, что я ревнив, а я утверждаю, что не ревнив. Представьте, ее не переспоришь. – Ай-я-яй, – покачал головой Жоржик. – Как же это так, Елена Ивановна? Неужели вас не переспорить? …»

Бритва в киселе


«… Но с полдороги случилось маленькое происшествие: мрачный, сонный парень молниеносно сошел с ума… Ни с того, ни с сего он вдруг почувствовал прилив нечеловеческой энергии: привстал на козлах, свистнул, гикнул и принялся хлестать кнутом лошадей с таким бешенством и яростью, будто собирался убить их. Обезумевшие от ужаса лошади сделали отчаянный прыжок, понесли, свернули к краю дороги, налетели передним колесом на большой камень, линейка подскочила кверху, накренилась набок и, охваченная от такой тряски морской болезнью, выплюнула обоих пассажиров на пыльную дорогу. …»

Белая ворона


«… Я считаю его дураком, и поэтому все наше знакомство произошло по-дурацки: сидел я однажды вечером в своей комнате (квартира состояла из ряда комнат, сдаваемых плутоватым хозяином), сидел мирно, занимался, – вдруг слышу за стеной топот ног, какие-то крики, рев и стоны… Я почувствовал, что за стеной происходит что-то ужасное. Сердце мое дрогнуло, я вскочил, выбежал из комнаты и распахнул соседнюю дверь. …»