Страница 29 из 67
— Беготня и выяснение обстоятельств продолжатся до поздней ночи, — поморщился Лейнор. — Так что нам желательно хорошенько отдохнуть, чтобы завтра с новыми силами приняться за разгадывание загадок этой ночи. Придется допрашивать многих людей.
— Именно, — вздохнул Эстилис, ставя свой стакан на стол. — Меня очень интересует движение огня по верхней палубе в целом и по лестнице в частности. Это происходило слишком быстро, словно там горючее разлили. Однако когда его могли разлить, если рядом постоянно кто-то ходил?
— Может, это сделали ещё до отправления? — предположил Лейнор, допивая вино.
— Нет, — с упрямством помотал головой Герцог. — Дело в другом. Я уверен, что это поджог, но я уверен и в том, что поджигатель не хотел катастрофы, которая наступила бы, если бы мы не сумели быстро оказать противодействие огню. Я уже говорил господину Маршалу, что этот пожар мог закончиться гибелью корабля и всех людей на борту — кроме тех, кто успел бы сесть в шлюпки, если их, конечно, удалось бы спустить. Комната для письменных принадлежностей — да, там хватает горючих материалов, однако пожар там принес бы только небольшие неприятности и урон репутации компании. Если бы наш таинственный поджигатель хотел уничтожить «Альгенсер», он выбрал бы другое место. Горючее на ступеньках — слишком сложно, перебор. Я надеюсь, объяснение этому ещё найдется.
— Господин Герцог, может, не надо нас сейчас грузить умными мыслями? — вздохнул Эвальд. — Извините, но моя голова отказывается работать.
— После больших потрясений вам лучше не перебарщивать с коньяком, — заметил Эстилис, придвигая к себе бутылку. — А то станете единственной жертвой этого пожара. Скончавшейся уже после того, как все потушили.
— Мне это не нравится, — скривился Эвальд. — Нет уж, пусть не будет жертв вообще, — он решительно вернул бокал на стол, соображая, видимо, действительно с трудом.
— Это хорошая идея, — согласился Эстилис. — Однако пить за то, чтобы в пожарах никто не погибал, мы не станем, причину я вам уже объяснил. Господа, никто не испытывает желания расходиться постепенно по своим каютам? А то я рискую здесь заснуть — это не очень красиво со стороны хозяина.
— Значит, красиво со стороны хозяина выдворить всех гостей, чтобы спокойно заснуть, не опасаясь некрасивостей? — хмыкнул Эвальд.
— Да какая разница? — пожал плечами Эстилис. — Нам всем уже не до этого сейчас. Надо ложиться отдыхать. Ну или сходить к капитану — может, он своим докладом меня окончательно усыпит. Между прочим, это хорошая идея. Маршал, вы со мной?
Мальс кивнул.
— Я вернусь к себе. Доброй ночи, — Лейнор отсалютовал им всем бокалом, вернул его Хору и растворился за дверью в ночном полумраке.
— Мне тоже стоит вернуться, — нахмурился Эвальд, выглядя уже серьезным, словно и не пил. — Если уж совсем не получится заснуть, поболтаю с Юнари, а у неё может быть и что-нибудь успокаивающее.
— Кстати, об успокаивающем, — внезапно вспомнил Мальс. — Никто из вас не собирается заглядывать к врачу? В конце концов, немалый выброс магии и время, проведенное рядом с очагом возгорания, не очень хорошо влияют на здоровье.
— Об этом заботитесь у нас только вы, — махнул рукой Эстилис, тоже поднимаясь. — Лично мне нет смысла идти, и вам, Эвальд, наверное, тоже. Маршал, я пойму, если вы отправитесь получать диагноз.
— Да обойдусь я без этого, — рассмеялся Мальс. — Я о вас говорил, мне-то что? Подышал немного дымком, поорал до хрипоты связок — и все. Магию не применял, потому что магии у меня и не было. Ну что, мы идем к капитану?
— Только доведем Эвальда до его каюты, — уточнил Эстилис с усмешкой. — А то ночь, усталость, коньяк — кто знает. Идемте, господин Мистераль, я заинтересован в том, чтобы доставить вас главе фамилии в целости и сохранности, иначе мне сильно достанется.
— Благодарю за заботу, — Эвальд встал, держась прямо и твердо. И тут же улыбнулся: — Мне придется собрать все силы, чтобы мужественно добраться до кровати. Идемте, господа.
Они поочередно вышли на палубу, где все ещё пахло гарью и не утихала беготня. Уставшие бойцы с огнем осторожно дошли до каюты Эвальда и попрощались с ним там, а затем Эссентессеры Грозового Мира направились к капитану.
«Альгенсером» руководил немолодой уже человек с пятнадцатилетнем стажем плаваний. Невысокий, плотно сбитый, с коротенькой бородкой и маленькими глазами, он не выглядел испуганным или встревоженным, во взгляде мелькала только крайняя озабоченность.
— Господин Герцог, господин Маршал, — капитан моментально вытянулся по швам при виде обоих Эссентессеров. — Команда и пассажиры «Альгенсера» благодарят вас за то, что вы сделали при тушении пожара. Я — Хэммет Тир, капитан парохода. Чем могу быть вам полезен?
— Понимаете ли, — доверительным тоном начал Эстилис, — после всего случившегося нам проблематично заснуть. Поэтому я желал бы узнать подробности дела прямо сейчас — во всяком случае, те, которые удалось выяснить. Для начала, почему отсутствовал напор воды в пожарных магистралях?
Капитан вздохнул:
— Это моя вина, господин Герцог. Забарахлил один из котлов, и для того, чтобы не терять ход, я приказал снизить напор воды во всех бытовых распределителях, а также в пожарных магистралях. К сожалению, я не мог и предположить, что все так обернется. Это первый пожар, который мы видим на кораблях подобной модели: они хорошо защищены от возгорания из-за ударов молнии или трения вследствие естественного хода движения. Я не вижу иной причины появления пламени в шкафу для письменных принадлежностей, кроме поджога.
— Прекрасно, — тон Эстилиса стал жестче. — Расскажите, пожалуйста, кто первым обнаружил пламя и что после этого происходило.
— Это только наметочные сведения, — сообщил капитан. — Однако я могу рассказать вам, что мы сумели выяснить. Офицер Эльсон, обходя судно, почувствовал запах дыма в комнате для пожарных принадлежностей. Он немедленно зашел туда и увидел, что дым идет из шкафчика, где лежала вся бумага. Эльсон схватил огнетушитель, распахнул дверцу и попробовал справиться с пламенем, но из-за доступа воздуха все разгорелось ещё сильнее, горящая бумага разлетелась по комнате, и вскоре там уже все полыхало. Эльсон помчался к пожарным шлангам, но напора не было, и он направился на вторую палубу, где и встретился с вами. Дальнейшее вы знаете. А Эббер — скотина, прошу прощения, — не удержавшись, прибавил капитан.
— Вы имеете в виду главного механика? — догадался Эстилис. — Его судьбу решит Федерико Аусхассен, Магистра среди нас, к сожалению, нет. Что ещё вы способны объяснить о пожаре? Вы можете хоть предположить, почему огонь по лестнице двигался сверху вниз, против законов природы?
Капитан замялся.
— Не могу сказать точно, — начал наконец он, — но, думаю, это лак.
— Лак? — приподнял брови Эстилис.
— Да, лак, которым покрывали перила и ступеньки. Вы же понимаете, дерево на корабле не может служить вечно, оно от сырости набухает и трескается. Чтобы избежать этого, стюарды используют лак. Когда все загорелось, он тоже загорелся и начал стекать вниз, обеспечивая таким образом движение огня.
— Разумно, — одобрил версию Эстилис. — Над этим определенно стоит подумать судовладельцам, чтобы избежать катастроф. Вы представляете, во что мог вылиться пожар на «Альгенсере»?
— Представляю, — мрачно кивнул капитан. — Потому и благодарен вам безмерно за то, что вы это остановили.
— Ладно, — тряхнул головой Эстилис. — Пожалуй, нам пора, а с остальным разберемся завтра.
В каюту вбежал один из матросов, сжимая в руках жестяную пластинку площадью с обычную книгу, покрытую гарью.
— Вэлл, не до тебя, — поспешно бросил капитан.
— Простите, господин капитан, — матрос попятился назад. — Тут мы штуку в письменной комнате нашли, явно не нашенская будет. Вам передать или куда снести?
— Дайте её сюда, — велел Эстилис. Осторожно приняв из рук Вэлла пластинку, он обтер её рукавом и без того закопченной рубашки, а затем протянул Хору: — Взгляните-ка.