Страница 30 из 67
На металле было четко выгравировано: «Привет вам от Эскеранса, Эссентессеры Грозового Мира».
— Специально для нас готовили, — усмехнулся Герцог. — Даже записочку оставили — такую, какая не сгорит. Это была попытка испугать, хотя она могла вылиться в большую беду.
— А кто такой Эскеранс? — спросил Хор.
— О-о, — Эстилис положил табличку на стол. — Он был страшен для тех, кто его окружал, — начальник тайной полиции меранов. Капитан, с вашего позволения мы вас покинем. Доброй ночи.
Они вместе вышли на палубу, в холод осенней ночи, не разогретой, к счастью, огнем. Эстилис остановился возле перил. Над ними горел фонарь, а дальше шла ночная чернота, среди которой едва заметно качалось море.
— Эскеранс был тем, кто рвет своих же, — заговорил Герцог, возобновляя тему. Видимо, он не хотел обсуждать её рядом с капитаном. — Он везде искал тайны и заговоры, предателей и шпионов — а, как говорится, кто старательно ищет, тот найдет. Эскерансу это удавалось. Его подвалы и тюрьмы редко пустовали, почти всегда выяснялись какие-то неожиданные факты о казавшихся благонадежными людях, почти всегда подбирались объекты для пыток. Это здесь, в Объединенном Мире, они применимы лишь к изменникам родины, чья вина неоспоримо доказана, а мераны избрали их основным средством ведения любого допроса.
— И такой человек до сих пор жив? — нахмурился Мальс. — И противостоит нам?
— Считалось, что он мертв, — Эстилис со вздохом достал часы и внимательно посмотрел на циферблат: до полуночи оставалось двадцать минут. — Ярый приверженец идеологии меранов, Эскеранс не хотел сдаваться, предпочитая лишь смерть во имя их дела. Когда войска решили капитулировать, он впал в неистовство и попытался всеми ими командовать, запугивая солдат грядущими карами, а офицеров — пистолетом. Но один человек не растерялся и попросту пристрелил начальника тайной полиции, заявив, что страна кончилась, а значит, он тут уже не властен. Это официальная версия, однако я не могу сказать, насколько она правильна, особенно если учесть полученное нами послание. Я не исключаю и того, что Эскеранс действительно мертв, а его именем воспользовались, дабы посеять больший страх. В любом случае, выяснять этот факт мы будем потом, когда хотя бы что-то станет ясным. Пока история полна туманностей.
— Я не могу понять тогда, — дым и усталость куда-то выветрились, теперь Хор был настроен на содержательный разговор, — как он мог выжить, скрыться, ведь лицо начальника тайной полиции должны знать многие граждане.
— Должны, — охотно согласился Эстилис. — Однако полиция на то и тайная, что скрытностей у нее хватало. Эскеранс предпочитал не разбрасываться своей известностью, в контролируемых меранами газетах его фотография не печаталась никогда, и, кроме того, этот человек носил бороду и постоянно появлялся в дымчатых очках. Если он снимет все это, то узнать его будет непросто даже тем, кто с ним напрямую встречался, а таких людей, поверьте, немного. Мало уцелело жертв тайной полиции, а ещё меньше — тех, кто в ней служил, жители Грозового Мира убийц не прощали. Таким образом выходит, что опознать скрывающегося Эскеранса довольно сложно, а значит, он мог выжить и где-то спрятаться, выжидая, а затем перейти к диверсионной деятельности, одним из этапов которой стал пожар на «Альгенсере».
— Скажите, а вы сами с Эскерансом встречались? — спросил Хор.
Эстилис с непроницаемым выражением лица кивнул.
— Да, встречался один раз, но тогда я в последнюю очередь думал о запоминании внешности, так что теперь перед глазами одни только его очки с бородой. Мы разговаривали в его кабинете, оттуда имелся спуск в подвалы, но до этого дело, — он криво усмехнулся, — к счастью, не дошло, а то мы могли бы и не разговаривать сейчас. Если против нас стоит Эскеранс, то это очень серьезный противник, знакомый со всеми методами ведения тайной войны.
— Значит, война все ещё идет? — вздохнул Маршал Грозового Мира.
— По всей видимости — да. Уж слишком прочно ухватились за эту землю и за свои идеи мераны — а куда им ещё деваться, не на Острова же. Определенно могу сказать лишь одно: нам здесь не рады.
— Но Грозовому Миру нужны сейчас Эссентессеры, — с уверенностью произнес Хор.
— А вы видите здесь Эссентессеров? — снова усмехнулся Эстилис. — Мне кажется, что один человек из стоящих тут от фамилии отказался, другой — от знаний. Мы пока что не относимся к достойным носителям фамилии, однако правителей Грозовой Мир получит.
Он неторопливо достал из кармана ножик и процарапал на крышке своих часов две аккуратные буквы: «О» и «М». Хор ожидал увидеть там букву «Г», но Герцог, видимо, подразумевал в этом странном вензеле всю страну. Он повозился с цепочкой, а затем швырнул отцепленные часы в волнующееся море.
— На удачу, Маршал!
***
Всю ночь после произошедшего пожара Юнари спала плохо. Ей виделись тяжелые мутные картины, преследовал запах гари и крики, и все чудилось, что пахнет паленой плотью. Не погиб никто. Человек семь пострадали, находясь в дыму, но благодаря быстрым слаженным действиям Эстилиса, Эвальда, Лейнора и матросов удалось избежать всех серьезных последствий, коими грозил «Альгенсеру» огонь.
Юнари ругала себя за то, что не смогла ничего высмотреть ни до пожара, ни в захлестнувшем палубу черном дыму. Она переговорила с капитаном, используя выданное Байонисом Эссентессером удостоверение члена тайной полиции. Стало ясно, что все это — дело рук уцелевших меранов, которые продолжали борьбу с Объединенным Миром. Фанатики. Безумцы. Обладатели особого вида магии, решившие, что это истинная магия всего материка и что он должен полностью перестроиться под их желания. Мераны пожелали заменить Эссентессеров и с помощью открывшегося могущества образовать свою огромную страну. После поражения они сумели скрыться среди обычных людей и наладить неплохую жизнь, раз могли вот так вот проникать на престижные пароходы.
Преступник плыл вторым классом, имея на то и деньги, и документы. Диверсию готовили очень тщательно — чего стоила одна таблица с выгравированными словами. И не поленились же тратить на неё время. Похоже, мераны очень внимательно отнеслись к этой акции запугивания, но был ли в ней большой смысл? На что надеялись эти люди, поджигая пароход? На то, что Эссентессеры испугаются и решат отказаться от новой идеи? Нет, это выглядело бы совсем нелепо.
Происшествие на «Альгенсере» было наглым, демонстративным призывом к возобновлению военных действий. Эскеранс, их противник, желал показать и своим, и чужим, что не намерен, как крыса, прятаться в своей норе. При учете того, что этот человек когда-то имел разветвленную шпионскую сеть по всей оккупированной территории, противостояние обещало быть кровопролитным.
Юнари не могла понять лишь одного: почему Эскеранс выступил именно сейчас? Со старой властью он воевать не хотел — выходит, имел с ней некое сотрудничество? Получалось, что в этой войне надо проверять всех друзей, какими бы верными те ни выглядели. Наблюдать и наблюдать. Не просто же так она отправилась вместе с Эссентессерами в Грозовой Мир.
Юнари решила пройтись по кораблю, ради интереса опустошив коробочку. Она подслушала пару разговоров матросов, которые разгребали остатки обгоревших шкафов в комнате для письменных принадлежностей, мыли от сажи полы и выбрасывали за борт обугленные обломки. Ничего действительно серьезного узнать из их слов не удалось, а потому пришлось двигаться дальше. Эвальд спал, Мальс Хор — тоже, Лейнор Зорренд спокойно читал книгу по баллистике, лежа на своей кровати. А Эстилиса Юнари сначала найти не смогла, потому и смекнула, что найти его необходимо. Герцог Грозового Мира обнаружился на второй палубе на носу, где смотрел на море, но любимым курением не занимался. Выглядел он уставшим: сказывалось и вчерашнее утомление, и нынешний ранний подъем, и морская болезнь.
Юнари остановилась неподалеку, со стороны поглядывая на Эстилиса. Он не мог вычислить присутствие рядом невидимого человека без сложного анализа, какой сделался недоступным после траты массы энергии на пожаре. Так что можно было не опасаться разоблачения и подслушивать, надеясь хоть на один маленький секрет обычно неприступного Эссентессера.