Артефакт

- Власть сделала бы нас хуже вурдалаков, - произнес Алексей тихо.

Они оба замолчали. Алексей давно не обсуждал этих вопросов ни с кем. Никогда вслух с тех пор, как умер его отец. Правда, отец - человек своего времени: уверенный в своей непогрешимости и жесткий. С таким не очень-то поспоришь! А после его смерти стало очевидно, что вокруг нет никого, с кем можно поговорить на подобные темы. Если бы хоть слово дошло до Епархии, то колдуна приговорили в тот же час.

- Далеко еще? - спросил Владислав. - Уже устал от серых коридоров!

- На следующей развилке направо, и мы - в расстрельных подвалах.

Туннель привел в просторное подземелье. Лампы дневного света и бетонные блоки остались позади. Владислав трижды взмахнул рукой, каждый раз выбрасывая по полудюжине фотов, которые разлетелись, освещая пространство. Впрочем, дальние фоты погасли, едва коснулись стен, но перед тем осветили подземелье, выложенное коричневатым камнем, и подземную реку в искусственном русле. Из трубы лилась темная вода, падая с шумом и желтой пеной в каменное ложе, а затем спокойно и размеренно, словно решила не сопротивляться и быть паинькой, катилась по каналу, чтобы снова исчезнуть в трубе.

- Запашок так себе, - заметил Владислав, морща крупный нос.

- Подвалы не зря называются расстрельными. Трупы сбрасывали в реку через канализационные люки, - Алексей указал наверх, на колодцы, невидимые в темноте. - Здесь всегда пахнет смертью. Она въелась в камень.

- Сегодня есть причина посвежее! - Владислав кивнул на реку.

Наполовину погрузившись в воду, в канале лежал обглоданный труп мужчины. Вокруг возились непугливые и большие крысы. Зверьки садились на задние лапы и шевелили усами, внимательно рассматривая пришельцев, словно бы оценивая их шансы стать обедом.

- Теперь наверху ресторан и дом культуры, но люки до сих пользуются популярностью как верный способ избавиться от тела, - пояснил Алексей.

- Связь времен! - хохотнул Владислав.

- Зачем тебе сердце вурдалака? - поинтересовался колдун, хотя точно знал единственное применение этого артефакта, щепотка которого избавляла от вампирьих клыков и привычки заходить в дома без приглашения при полной луне.

- Магистр года два назад испепелил вурдалака молнией, и его сердце тоже сгорело. А теперь вурдалачье отребье полезло изо всех щелей. Пятерых наших уели, гады!

Алексей остро ощутил одиночество. Вот она разница во всей красе! Орден отправил рыцарей в богом забытое место за артефактом, чтобы спасти своих. А у Алексея своих не осталось. Товарищи, с которыми судьба свела в столичном университете, повзрослели, забились в медвежьи углы и с недоверием глядели друг на друга при редких встречах, а он тосковал по прежнему общению. И случись ему попасть в такую беду, как-нибудь вечерком придет ближний его сосед заросший бородой до самых глаз дед Иван, и проткнет сердце колом с присказкой ласковым голосом, мол, слаб ты и ни на что не годен, раз не смог выдюжить! Впрочем, это все лирика. История паладина выглядела правдоподобно - Алексей был наслышан о ней. Правда, в прессе она подавалась, как охота за маньяком с печальным для него финалом, но знающие люди догадались в чем соль.

Алексей остановился в конце подвала перед массивной железной дверью. На ней не было ни ручки, ни следов замочной скважины. Он вынул тонкий стилет и порезал себе руку. Подождал, пока на ладони накопится кровь, обмазал ею дверь.

- Магия крови, - Владислав наблюдал за ним. - Считается, что она от дьявола. Почти всегда ею владеют колдуны стихии земли.

- А как считаешь ты? - поинтересовался Алексей, сжимая руку в кулак и стряхивая капли крови на пол. Он раскрыл ладонь, и на ней не осталось и следа пореза. Колдун наклонился и, скатав шарик из пыли, смоченной его кровью, сунул его в карман плаща.

- Мне почти ничего неизвестно о магии крови, - ответил Владислав неторопливо. - Но знаю, что многих вещей не случилось бы, будь с нами подобный тебе.

Алексей взглянул на него внимательно, и Владислав кивком подтвердил свои слова.

Дверь проскребла по каменной плите пола. Владислав не стал дожидаться, когда проход откроется полностью, и бросил внутрь фоты. Они широко разлетелись и повисли у стен. Склеп оказался вместительным помещением, облицованным черным камнем. Его зернистая структура поблескивала серебряными вкраплениями. На полу, поднятые от земли на каменных постаментах, стояли пять закрытых каменных саркофагов без украшений.

- Ого! - сказал Владислав уважительно. - Да у вас тут, в таком захолустье, настоящее вурдалачье кладбище.

- Не в мавзолее же на Красной площади их держать! - пробормотал Алексей.

- Целых пять основателей родов! Всего известно двенадцать, включая Дракулу!

- Ну что сказать! Несчастной России-матушке особенно везет! - едко отозвался колдун, досадуя, что Владислав отвлекается на такую ерунду, и совсем не думает об опасном деле, предстоящем им.

Они вошли в склеп, и дверь со скрежетом встала назад, отрезая их от мира. Туннели казались тихими и темными, но в этом склепе они достигли нового уровня тишины - здесь не было жизни вообще. Не скреблись крысы, не висели по углам пауки на своих сетях, не копошились микроскопические жучки в щелях стен. Каждый звук рождался и умирал здесь.

- Мы не выйдем отсюда, если что-то пойдет не так, - тихо, под воздействием этого места, проговорил Алексей.

Владислав лишь кивнул, тоже придавленной тишиной.

- Какой? - наконец спросил пришлый колдун, разглядывая саркофаги.

- Тот, - Алексей указал на крайний слева.

Они приблизились к каменному ящику и встали в его изголовье и ногах.

- Сто лет для него не срок, - проговорил Алексей. - Когда ты вытащишь кол, он бросится на тебя.

- Я?! - переспросил Владислав.

- Это же ты пришел за его сердцем.

Владислав, будто бы усомнился в своих решениях. Оглядел соседние закрытые саркофаги.

- А нет ли кого-нибудь, не такого свежего?

- Нет. Что поделать?! У нас огромный спрос на сердце вурдалака - кровососы на каждом углу. Но если ты передумал...

- Нет, не передумал, - качнул головой пришлый колдун. - Иногда стоит поискать простое решение. Ты ведь знаешь, что делать с адской тварью?

Алексей коротко кивнул.

- Тогда погнали!

Отбросив колебания, Владислав взялся за плиту. Алексей с другой стороны ухватился за ее края, и они с трудом сдвинули гладко отесанный камень. Через щель наружу проник тяжелый дух тления, и оба колдуна отшатнулись, прикрываясь рукавами. Запах вытек и растворился в пространстве склепа, став не таким невыносимым. Колдуны снова ухватились и сдвинули плиту еще немного. Световой шар завис над саркофагом, осветил скрюченный иссохший скелет с воткнутым в сердце колом, в который вцепились костлявые руки. Темная кожа, обтягивающая кости черепа, обнажала глазницы и черные выступающие клыки.

Владислав взялся за осиновый кол, проткнувший вурдалака, потянул на себя. Иссохшее легкое тело приросло к колу и приподнялось за его движением. Две серебряные пули выпали на дно саркофага через прогнившую плоть. Едва выпало серебро, как багровым вспыхнули черные провалы глаз. На колдунов уставился сам ад. Труп разжал костлявые пальцы с длинными когтями, позволяя вытащить из себя кол. Алексей шагнул назад, нащупал и вынул из кармана старинный револьвер с полным барабаном серебряных пуль. Он наблюдал и выжидал.

Владислав вынул осиновый кол из груди вурдалака и замер. Мертвец из саркофага смотрел прямо на него. Колдун не шевелился.

- Заклинание! Давай заклинание! - крикнул Алексей.

Но Владислав оцепенел. Вдруг вурдалак вылетел из саркофага, будто вытолкнутый пружиной, и приземлился прямо на грудь колдуну. Тварь была в два раза меньше него. Пасть с клыками очутилась напротив шеи Владислава. Вурдалак извернулся, приготовившись впиться в вену. Алексей прицелился.

Серебряная пуля пройдет через присосавшегося вурдалака, не причинив ему вреда, но убьет Владислава. Вурдалак остановиться не сможет, напьется мертвой, отравленной крови. Отрава его не убьет, лишь ослабит, тварь потеряет ориентацию. Вторая пуля застрянет в теле, обросшем плотью, и ослабит ожившего мертвеца, так что тот не сможет пошевелиться. Тогда Алексей вырвет его сердце. Вурдалак рассыплется прахом, на этот раз навечно. Правда, его место в гробу займет мертвый пришлый колдун, с воткнутым осиновым колом, чтобы он не обернулся в вампира.