Артефакт

Все это представилось Алексею за короткий миг, прежде чем он нажал на курок, и он подумал, что нужен другой способ, который позволит обойтись без потерь.

Но вурдалак отшатнулся от колдуна, которого оседлал, и издал звук, похожий на шипение спускаемой шины. За отогнутым воротом плаща, Алексей увидел кожаный ошейник с серебряными шипами, на которые наткнулось чудовище. Тварь утратила контроль над Владиславом, и он, справившись со ступором, оторвал от себя вурдалака и отшвырнул прочь. Легкое иссохшее тело перелетело через саркофаги куда-то к стене.

- Плохо дело, - сказал Алексей, оглядываясь в ожидании нападения, - теперь нам придется гоняться за ним по всему склепу.

- Твоя очередь служить приманкой. Готовь шею! - нервно хохотнул Владислав, стряхивая с кончиков пальцев новые фоты взамен угасших в те мгновения, когда он потерял над собой контроль. Колдун подумал и добавил еще света:

- Это даст нам небольшое преимущество.

Вурдалак перескочил из-за одного саркофага за другой настолько стремительно, что Алексей не успел прицелиться. Все затихло. Оба колдуна, встав спиной друг к другу, озирались, стремясь угадать, откуда нападет тварь.

Это случилось внезапно. Алексей повернулся и увидел летящего на него вурдалака. Удар был неожиданно силен, и колдун рухнул на пол, выпустив револьвер, укатившийся прочь. Вурдалак ударил его наотмашь, прижал к полу. Боль обожгла лицо, а сознание онемело, будто ему вкололи анестезию, и мысли застыли. Исчезло все, кроме острых, надвигающихся черных клыков. Что-то темное вторглось в пространство между ним и пастью твари. Алексей в каждой мелочи рассмотрел подошву, заметил кусочки красной глины и камушки, налипшие на нее. Окованный железом носок высокого, зашнурованного ботинка Владислава врезался в морду вурдалака. Что-то хрустнуло в хлипком теле, и тварь снесло прочь.

Время вернулось к обычному течению.

Вурдалак отлетел на пару метров, приземлился на четыре конечности, словно гигантский и опасный паук. Вся его поза выражала неукротимую злость и голод.

- Спасибо! - поблагодарил Алексей колдуна, вскакивая на ноги.

Владислав едва кивнул. Он был весь сосредоточен на твари, не сводил с нее глаз. Что-то в нем менялось.

- Я есть свет и очистительный огонь! - произнес пришлый колдун, и голос его наполнил склеп. Слова уже отзвучали, но голос звенел в нем, носясь между стен. Владислав изменился и сам. Он стал выше, и образ его просветлел. Алексей, которому была недоступна такая магия, отступил на шаг, пораженный зрелищем. Вот почему Орден не забывает о том, что колдуны произошли от ангелов! Колдуны Ордена сохранили в себе частичку той великолепной силы, которая заставляла моря расступаться, солнце останавливаться, а демонов повергала в ад.

Вурдалак задымился. Он перевернулся на спину, извиваясь, пытаясь потушить огонь.

- Сердце! - воскликнул Алексей, очнувшись от наваждения, и предвидя, что вурдалак сейчас обратится в пепел. Сам он не мог вырвать сердце - огонь паладина был опасен и для него. Владислав подошел к вурдалаку, ткнул ладонью ему в грудь, проламывая ребра и вытащил черное слегка дымящееся сердце. По иссохшему скелету вурдалака пробежала волна синего пламени, и прах опал на пол.

Все возвращалось на свои места, и колдовство рассеивалась. Тот свет, который сжег исчадие ада, померк в колдуне, и Владислав опять стал пришлым чужаком. Он вынул из внутреннего кармана плаща кожаный мешок с гербом Ордена и запихнул в него вурдалачье сердце. Алексей подобрал с пола револьвер, по пути зачерпнув пепла оставшегося от вурдалака, и стряхнул его в пустой карман.

- Надо вернуть плиту на место, чтобы те, кто придет после нас знали, что мы справились со своей миссией, - произнес он.

Колдуны, напрягая жилы, задвинули каменную плиту на опустевший саркофаг, оставив зазор, через который можно увидеть пустую внутренность каменного гроба. Отряхнули руки, отдуваясь.

Алексей сунул правую руку в карман плаща. Пальцами растер пепел, размзал его по ладони. Возле дверей Алексей взял нож в левую руку и чиркнул по правой ладони. Выступила кровь, и он провел по металлу двери, оставляя кровавый след. Ничего не произошло.

- Он тебя укусил? - тихо спросил Владислав, наблюдавший за ритуалом.

Алексей помедлил с ответом. Еще один поворотный момент. Еще одно решение. Сколько же их будет сегодня? Выбор из двух вариантов всегда казался ему невыносимым, и жизнь свою в такие моменты он ненавидел.

- Оцарапал, - Алексей показал отметины на лице, оставленные когтями. В порезах запеклась кровь. - Я не думал, что заражусь.

- Это не зубы, - заметив Владислав. - А значит, он не попробовал твою кровью, и ты не без надежен. Заражение не через укус крайне редко. Есть хороший шанс выбраться из передряги.

Алексей покачал головой.

- У нас обоих его нет. Ты же видел, что моя кровь не принята. Ее больше не признают кровью хозяина. Это не укус вампира, который можно излечить. Это отметина самого дьявола. Я уже не выйду отсюда, а значит, и не выбраться и тебе. Варианта у нас два: или ты убьешь меня, и сам умрешь медленно и мучительно, или я убью тебя, и мы оба, обращенные, проведем тут вечность.

Привалившись спиной к стене, Владислав пожевал губу, обдумывая варианты:

- Ни один не устраивает, - заключил он. - Придумай что-то еще.

Алексей оперся спиной о стену с другой стороны запертой двери, отрицательно качнул головой:

- Только моя кровь откроет нам выход. Или у тебя есть еще такой же туз в рукаве, как и ошейник с серебряными заклепками.

Владислав ухмыльнулся. Расстегнул его и небрежно сунул в карман.

- Очень давит, а я никак не привыкну, хотя во время охоты приходится все время быть в нем.

- Ты не слишком обеспокоен тем, что заперт в склепе наедине с вампиром.

- Предпочитаю решать проблемы по мере их наступления. До обращения сутки, или больше, и пока моя шея в полной безопасности. Почему бы не провести несколько часов в беседе с другом?

Алексей сжал руку в кулак так, что ногти впились в ладонь. Как это у Владислава все выходит так легко? Он не мучает себя вопросами, и, кажется, всегда знает, что говорить и делать...

- Что будет с разбушевавшимся драконом? - с той же легкостью Владислав переключился на новую тему.

- Сивунец надолго не оставит сокровищницу. Он вернется обратно. А пока никому туда не добраться - я засыпал единственный вход тогда же, когда выстраивал стены между нами и горынычем.

Повисла тяжелая тишина.

- Твои товарищи, наверное, погибли под этим завалом, - добавил Алексей и пристально взглянул на чужака. Говорили, что таким взглядом можно снять кожу с человека. Но он не на того напал.

В глазах Владислава вспыхнуло пламя гнева, вспыхнуло и сразу погасло. Он обдумал что-то, а потом спросил:

- Когда ты догадался?

- Не сразу. Туннель засыпал на всякий случай. Вы хорошо подготовились. Продумали, как выманить Сивунца, и чем занять меня. Другие колдуны в наших краях большая редкость, конечно, я не мог упустить случай добыть вурдалачье сердце - ведь для этого нужны двое. Хороший план, сложный, многоходовый, продуманный.

- Да, магистр - умный человек, - откликнулся Владислав, почему-то успокоенный его ответом. - Но наша миссия не отменяет всего того, что я тебе говорил. Вы, русские, диковаты и недоверчивы, держитесь - как это говориться? - наособницу. Алексей, тебе не обязательно гнить в этой дыре. Ты сильный колдун, и мог бы занять высокое место в Ордене. Зачем тебе жить на полулегальном положении и дожидаться, когда за тобой придут? А ведь они придут за тобой...

- Кто-то гниет в дыре, а у кого-то планы править миром, - с иронией произнес Алексей.

- Я этого не говорил! - возразил Владислав.

- Подумай сам: для чего еще нужны артефакты из нашей сокровищницы?!

Владислав недолго помолчал. Голос его прозвучал так, словно он сдался в долгом споре:

- Кто-то все равно будет править. Уж лучше мы, чем они.

- Тебе не хватает уверенности в своей правоте и одержимости, которая есть у одного моего знакомого попа, - заметил Алексей насмешливо.