Обещанная

Все слегка поклонились и покинули кабинет. Наследник смотрел им в след и не мог сдвинуться с места. У него в голове не укладывалось дикое предположение Корена, но он не спешил сбрасывать его со счетов. В этом сумасшедшем мире власти, все может статся. Он встряхнул головой, избавляясь от тягостных мыслей, устремился в спальню. Его ждала супруга.

Иелэйн успела освежиться, лежала в постели, свернувшись в калачик. Спасительный сон не шел, а бежал в страхе перед непознанным. Через несколько минут войдет Меч и она обязана исполнить супружеский долг. Именно то, к чему она не была готова. Если выразится точнее, о чем не имела представление. Звук открывшейся двери она не услышала и очнулась от глубоких мыслей, только когда кровать прогнулась под весом мужчины.

- Меч? - испуганно прошептала она.

- Муж, - в голосе его слышалась улыбка, - Я думал, ты спишь, а потом вспомнил, как ты ночью меряешь шагами комнату.

Он привлек ее в свои объятия, ласково поглаживая по спине, прикрытой тонкой материей сорочки. Они лежали на боку лицом друг другу, в попытке разглядеть выражение лица сквозь окружающую тьму.

- Я слышала голоса в коридоре. У тебя были гости?

- Да. Мне надо было дать указания на утро.

- Утром? Мы уезжаем утром?

- На рассвете. Иелэйн, поцелуй меня.

От его просьбы девушка смешалась. Темнота скрывала его лицо, но лунный свет из окна четко обрисовывал контуры. Она положила обе ладошки на его грудь и сразу отдернула их, так обжигал жар его обнаженного тела. Он поймал ее руки и вернул их обратно, прижимая своей ладонью. Она не решительно подтянулась вперед и коснулась его губ. Сначала робко, потом смелее, пока мужчина с тихим стоном не поддался вперед и не впился в ее рот. Вроде бы ни чего не изменилось, целовались они уже не раз, но характер поцелуя изменился. Жаркий, горячий, напористый и клеймящий. Иелэйн утонула в новых ощущениях и с упоением отвечала. Руки соскользнули с его груди и пробежались по плечам, шее, зарылись в волосы. Мгновение и он уже нависает над ней, прокладывая губами дорожку от ее лица, по шее, ключицам, к груди, едва скрытой шелковой сорочкой. Не в силах оторвать руки от его тела, она скользила ими по спине, чувствуя напряженные мышцы под кожей и поражаясь их твердости. Словно гранит превращающийся в песок, под ее руками мужское тело расслаблялось и сразу же твердело, стоило им соскользнуть дальше. Контраст мягкости и твердости поражал ее, она изучала его тело, наслаждаясь тактильными ощущениями, не в силах разглядеть во мраке волшебство прикосновения. Его губы скользнули в открытый ворот сорочки к груди и она не сдержала всхлип. Приподнимающие ее мужские руки, одно движение и сорочка куда-то делась. Она всем телом ощутила тяжесть обнаженного мужского торса. Его жар обжигал ее, лишая последних крох разума сметенных волной наслаждения. Осталась только потребность в прикосновениях и чего-то большего чего она не понимала. Ее тело пело и выгибалось под его руками, исторгая из самой души стоны и всхлипы. Поцелуй жег губы. Легкие как перышка касание к груди вызвали взрыв эйфории, отчего ее ногти непроизвольно впились в его плечи. Его руки сменили губы, медленно спускающиеся к груди. Дразня, сминая ее волю перед непознанным и неизбежным, но таким манящим и сладостным. Протяжный стон вырвался из нее, когда горячие губы сомкнулись на ее груди, а на другой мужская рука. Наслаждение волной прокатилось по всему телу и скатилось к животу, свернувшись там болезненным узлом, требующим немедленного освобождения. Его руки продолжали блуждать по животу и все ниже и ниже, срывая с ее губ всхлипы. Она уже не осознано хваталась за его плечи, шею - боясь соскользнуть и потеряться в море удовольствия. Он аккуратно развел ее ноги и коснулся самого сокровенного. Новый всхлип. Его пальцы коснулись ее естества, она не сумела сдержать вскрик. Наслаждение, граничащее с болью, словно тронули оголенный нерв на ее теле. Какое-то движение и она чувствует нечто обжигающее между ног. Он склоняется к ней и нежно целует. Она с упоением отвечает, резкая боль внизу живота исторгает крик из ее груди в мужские губы. Сознание проясняется, будто падает занавес. Тело уже не поет от удовольствия, а стонет от боли.

- Потерпи, сейчас все пройдет, - шепчет он.

Она ему верит и прислушивается к ощущениям. Он в ней, глубоко между ног, где болезненно саднит. Непривычно и немного дискомфортно. Зато почти исчез узел, который сжался в животе и требовал освобождения. Боль действительно сходила, медленно уходя на задний план. Он начал размеренные неторопливые возвратно-поступательные движения. Склонился к ней и сладко поцеловал. Что-то изменилось. Боль ушла, на ее смену вновь приходило наслаждение, сфокусировавшиеся внизу, там, где их тела соединялись. С каждым новым движением навстречу ей из ее уст вырывался полувсхлип - полустон. И вот уже она сама устремляется ему на встречу, вцепившись в плечи. Он нависает на ней. Она открывает глаза и видит его - сверкающие, темные, таинственные. Он не останавливаясь, приподнимает руку, касается ее лица в легкой ласке, ведет вниз по шее, к груди и смыкает руку на ней одновременно с одним мощным толчком. Что-то рвется в ней, освобождая на волю скопившееся напряжение внизу живота и принося ни с чем несравнимое чувство наслаждения, неги, эйфории. Она выгибается и кричит от накрывших ее ощущений и тонет в них. Он делает еще несколько толчков, продлевая и без того захлестнувшее девушку удовольствие и с хриплым стоном изливается в нее. Силы, под натиском экстаза, покидают его, он всем весом опускается на девушку. Сознание проясняется, и он перекатывается набок, не отпуская Иелэйн из объятий. Он все еще качается на волнах неги, бережно прижимая к груди девушку. Новые, доселе не испытанные ощущения оглушают его, вытесняя все мысли, он уплывает в сон.

Он распахивает глаза и смотрит на девушку, доверчиво прижавшуюся к нему. За всю ночь он так и не выпустил ее из объятий. Его супруга. Он бы не поверил в это, если бы не ощущал в теле умиротворение и эхо испытанных ощущений. Она подарила ему великолепную ночь, ни с чем несравнимую. Всегда собранная, спокойная, даже хладнокровная. Кто бы мог подумать, что под этой маской прячется необузданная страсть и именно он пробудил ее. Нежная улыбка скользнула по его губам. Иелэйн теперь его супруга и он все сделает, чтобы с ней ничего не случилось. Он кинул короткий взгляд в окно. На горизонте занималась зарница. Через час рассвет. Он осторожно отпустил девушку, откатился и встал.

- Меч? - он посмотрел на нее и поймал ее взгляд, резко отведенный сторону при виде его обнаженного тела. Он присел возле нее, пальцами развернул за подбородок и поцеловал в губы.

- С добрым утром! Хотел дать тебе еще полчаса поспать.

- Доброе. На тебе кровь, - ее щеки окрасились в малиновый цвет.

- Это значит, ты чистая легла в мою постель как супруга. Как себя чувствуешь?

- Немного помятой.

Он рассмеялся, вызвав на ее губах улыбку.

- Не могу обещать, что мять больше не буду. Наоборот рассчитываю на повторение.

Малиновый цвет стал еще ярче, а глаза скрылись под густым веером ресниц.

- Иелэйн, все было хорошо. Больше скажу великолепно.

- Да, - косой взгляд в окно и ее глаза снова обращаются к нему, - Пора?

- Если ты уже проснулась, то да. Я позову твою служанку. Жду тебя внизу через час.

Он склонился и поцеловал ее, на что мгновенно получил отзыв. Желание вулканом взорвалось в нем, побуждая лечь и стиснуть ее в объятиях. С трудом справившись с необузданным порывом, он отстранился.

- Мне пора. Надо подготовить людей.

Она кивнула и смущенно отвела взгляд, когда он встал в полный рост.

- Иелэйн, привыкай. Мы супруги, - с улыбкой произнес он.

Девушка посмотрела ему в лицо, старательно не глядя ниже, кивнула. Он развернулся и направился к двери.

- Меч! - он остановился у самой двери и посмотрел на нее, - Было волшебно.