Поцелуй куртизанки

Лорд Дэвид последовал за ней, но потом вернулся за удочкой исадком, которые она оставила на скамейке. Он отдал их Мие.Выражение лица у него было настороженное, и от этого Мияпочувствовала себя еще лучше.

Это был поцелуй самого лучшего сорта, думала она, полныйприглашения и обещания, и очень может быть, что он содержал больше,чем лорд Дэвид намеревался дать. Ее охватило радостноевозбуждение.

— Я завожу часы в полночь, потому что в первую ночь часы вмоей спальне остановились. По-видимому, у миссис Кантуэлл не быловремени их завести, а я не подумала. Когда я пошла узнать время побольшим напольным часам в холле, то обнаружила, что ни одни часы небыли заведены.

Мия набрала в грудь воздуха и заговорила медленнее, в темпе,больше подходящем для беседы.

— Вот я и решила, что заводить часы — это то, что я могуделать, чем я могу помочь. — Она отмахнулась от пчелы,подлетевшей слишком близко, и заправила за ухо прядь волос. —Миссис Кантуэлл сказала, что часы надо заводить в одно и то жевремя, иначе можно перекрутить пружину.

Они миновали последний подъем, и в поле зрения показалсядом.

— Поэтому я делаю эту небольшую работу около полуночи,перед тем как лечь в постель.

«Это на случай, если вы хотите знать, где меня найти».

В маленьком саду их приветствовал аромат роз. Они были близко ктеррасе, протянувшейся во всю длину задней стены дома.

Розы были самыми любимыми цветами Мии. Они так щедро расточалисвой аромат и цвет, и она не могла сказать, что ей нравилось больше— пряный сладкий аромат или глубокий бордовый цвет. И чем было быодно без другого?

Хотя розы и отвлекли Мию, она сознавала, что они идут внапряженном молчании. Лорд Дэвид не собирался ничего говорить, еслиона сама его не подтолкнет. Что ж, она — непревзойденный мастервести разговоры в трудных обстоятельствах.

— А вы, лорд Дэвид, как вы проводите время?

Мия обнаружила, что это, оказывается, трудно. Сможет ли онавообще когда-нибудь задать, или, — услышать другой вопрос, недумая о том поцелуе? Дело было не столько в том, что она хотела,чтобы поцелуи продолжились. Вообще-то да, в этом. Тогда по крайнеймере первый поцелуй занял бы подобающее ему место, а не влезал вкаждую ее мысль.

— По всей вероятности, я потерял половину финансирования,необходимого для постройки хлопкопрядильной фабрики. Поэтому ясоставлял список вероятных перспектив и писал письма в надеждевступить в партнерство с кем-то другим, кто согласитсяфинансировать половину проекта. Кроме того, я пытался разобраться вчертежах фабрики и жилья для рабочих.

— Жилья для рабочих? Это необычно.

— Да, я предложил эту идею герцогу, когда он был оченьрасстроен, что его билль о содержании для сирот и вдов не былподдержан в парламенте. Потом я выяснил, что фабрика Лонг-Бэнк-Миллуже предоставляет рабочим жилье. И мне показалось логичнымобратиться с предложением о строительстве новой фабрики к мистеруСеболду.

— Мистер Себолд — это тот, который отказался от участия впроекте?

— Да.

Мгновенный ответ прозвучал окончательно, как последняя точка. Стаким же успехом он мог бы прокричать, что не собирается ничего ейбольше рассказывать, сколько бы поцелуев она ему ни предлагала.

— Милорд, вы рыбачите?

— Нет.

— Если хотите научиться ловить рыбу на наживку, я могу васнаучить сегодня вечером.

Это было приглашение к неприятностям. Мия знала это так жехорошо, как он. Чего она не знала, так это как он отреагирует.

— У меня есть работа, которую нужно закончить.

— Но рыбалка — это тоже работа. — Она посмотрела нанего и подумала, что хорошо бы вызвать у него улыбку. —Знаете, лорд Дэвид, работа может быть развлечением. — Онаподняла руку, предупреждая его замечание. — Вы собираетесьсказать, что я в жизни ни одной минуты не работала. Но вы забываетепро гаммы, я играла их на фортепиано часами. Именно об этом я иговорю. Я люблю музыку, поэтому для меня не имело значения, что эторабота.

— Мисс Кастеллано, я должен составить письмо с просьбой офинансовой поддержке. Герцог может финансировать из фондов поместьяне больше половины проекта.

— Вы слишком добросовестный, и не подумайте, что этокомплимент.

Мия устала его уговаривать. Она не была куртизанкой и видела,что трудно соблазнить такого твердолобого упрямца.

— Вы можете написать письмо утром, до прихода мистераНовинса. Вечер — самое лучшее время, которое можно провести наприроде. Когда меркнет дневной свет, наступает полумрак исумерки.

— Сначала сумерки, а потом полумрак.

Он поправил ее таким тоном, будто она делала эту ошибку ужедесять раз.

— Значит, сначала сумерки? — Мия остановилась иповернулась к нему лицом. — Меня всегда это интересовало.

— Сумерки наступают сразу после того, как солнце сядет, илиперед тем, как оно встанет. Вечером полумрак наступает послесумерек, а утром — сначала полумрак, потом предрассветные сумерки,потом рассвет.

— Благодарю вас. — Она заморгала, удивленная егобыстрым ответом. — Пойдемте со мной ловить рыбу досумерек.

— Мы оба знаем, что это было бы неразумно.

— А вам не надоело делать только то, что разумно?

Последнее слово Мия произнесла со стоном и улыбнулась, чтобы онпонял, что она его дразнит.

Лорд Дэвид не улыбнулся и ничего не ответил. Теперь он пошелвпереди, и Мия поспешила его догнать.

— Вы узнали про сумерки и полумрак от вашего ученогобрата?

— Нет.

— Из вашей службы во флоте?

— Да.

— Вы правда были во флоте?

— Да.

— И правда потерпели кораблекрушение?

— Да.

— Вы со мной не играете? Поклянитесь.

Он чуть заметно улыбнулся, и она подумала, что сказать «со мнойне играете» было с ее стороны не очень мудро.

— Мисс Кастеллано, я действительно служил во флоте,действительно попал в кораблекрушение, и, Бог свидетель, ядействительно собираюсь построить хлопкопрядильную фабрику.

Мия поморщилась: она поняла, что в тот вечер на постоялом дворе,когда она в негодовании удалилась из гостиной, лорд Дэвид рассказалей чистую правду. В ту ночь, когда Джанина заболела. Она вспомнилатот разговор.

— Надеюсь, вы когда-нибудь расскажете мне о вашей жизни вМексике.

— Нет. — Он быстро взглянул на нее. — Вамнравится это слово, когда его использую я?

Мия сдалась. Лорд Дэвид снова отгородился от нее, и ееразочарованию не было предела. Он вернулся к своей любимой манеревести разговор: к предложениям из одного слова.

— Не знаю, зачем я вообще пыталась с вами разговаривать. Выбезнадежны! — закричала она. — Отнесите садок в кухню. Ая иду гулять!

— Не выходите за территорию поместья!

Он поднял садок, но не двинулся к дому.

— Ах, успокойтесь, вы хуже гувернантки.

Мия пошла быстрым шагом. Да что там, она побежала обратно креке, желая как можно быстрее оказаться подальше от него. Тропинкапривела ее к тому месту на берегу, где камнем был отмечен бродчерез реку. Она села на камень, подобрала юбки, чтобы не намокли, икамень за камнем проследила глазами переход на другой берег, гадая,куда же ведет эта тропинка.

«Кто знает, куда ведут тропинки?» — подумала Мия и фыркнула:теперь она стала рассуждать так же философски, как мистер Новине.Даже Брюс, форель, интересовал ее больше, чем Дэвид Пеннистан, такпочему же его поведение расстроило ее? Сначала очень чувственныйпоцелуй, а потом через минуту — почти полное безразличие.

Безразличие. Оно было тем хуже, что последовало за поцелуем,который образовал между ними страстную связь. Если поцелуй ни кчему не ведет, то он ничего не значит, как тропинка, котораяисчезает до того, как приведет хоть в какое-нибудь поддающеесяопределению место.

Бывало ли вообще когда-нибудь такое, чтобы поцелуй оставлял еечувства равнодушными? У Мии упало сердце: она вдруг поняла, что вседо одного предшествующие поцелуи были прозаичными. Они ее нетрогали. Но этот… Может, куртизанки так и относятся к поцелуям —остаются равнодушными? Может быть, но все равно поцелуи должныиметь какое-то значение. Потому что каждый означает взнос в банк.От этой мысли Мне стало немного не по себе. Она решила, что длятого, чтобы отвлечься, ей необходимо небольшое приключение. Онавстала, подобрала юбки выше колен и, неся туфли в руках, осторожноступила в воду, па камни, уложенные для переправы. Вода оказаласьхолодной, но приятно холодной. Суверенностью, на которую у неевообще-то не было права, Мия перешла на другой берег. Там онаотпустила юбки и наклонилась, чтобы обуться. Она решила, чтоподнимется на гребень холма и посмотрит, что там, дальше.