Саманта

— Так и должно быть. Ладно, в любом случае, красотка, добропожаловать домой. Даже если ты своему приезду не рада, мы счастливыдонельзя, что ты опять будешь рядом с нами.

— Спасибо, солнышко. А как поживает Мелли?

— Растолстела, но все равно милашка. Ребенок родится черездва месяца. И помяни мое слово, это будет девочка!

— Конечно, Чарли, конечно! Ты и в предыдущие два разаговорил. — Сэм улыбнулась телефонной трубке и утерла слезы.Все‑таки приятно вернуться туда, где Чарли… — Если хотитезнать правду, мистер Петерсон, то вы умеете делать толькомальчишек. Это все из‑за баскетбольных матчей, ты столько на нихходишь, а там ведь особый воздух… вот он и повлиял на твоигены.

— О’кей, пожалуй, я теперь буду чаще ходить на стриптиз.Да, это идея…

Они оба покатились со смеху, и Сэм обвела взглядом унылуюкомнату.

— А я‑то надеялась, что ты будешь поливать мои цветочки,Чарли, — произнесла она отнюдь не укоризненно, а даже как‑товесело, посматривая на увядшие зеленовато — бурые растения.

— Целых пять месяцев? Да ты шутишь! Лучше я тебе куплюновые!

— Ничего, я тебя и так люблю. Кстати, раз уж вы вытребовалименя сюда, то признайся, дела конторы плохи?

— Плохи.

— Совсем плохи или все же не так страшно?

— Это полный кошмар. Если бы ты задержалась еще на парудней, я бы заработал язву или убил Харви. Этот сукин сын уже Богзнает сколько времени мотает мне нервы! Да на него — я о клиенте —не угодишь! Все ему не так.

— А лошадиную тему, которую я предложила, вы неразрабатывали?

— Еще как разрабатывали! Всех лошадей, которых только можнонайти на этом берегу Миссисипи, осмотрели, со всеми жокеямиженского пола беседовали, со всеми тренерами, со всеми…

— Нет — нет, ради Бога, Чарли! Если вы с этого концавзялись за дело, то клиенты правы, выражая недовольство. Я жеговорю тебе про лошадей.Про таких, на которых ездят ковбои.Ну, ты сам знаешь, настоящий мужчина на фоне заката… кажется, чтоон скачет прямо к солнцу на большом прекрасном жеребце… —Стоило Сэм произнести эти слова, как ее мысли обратились к ЧерномуКрасавчику и, разумеется, к Тейту. — Вы же продаете немаленькие женские автомобильчики, а дешевые спортивные машины, иреклама должна вызвать ассоциации с мощью и высокимискоростями.

— А скаковая лошадь, по — твоему, не вызывает? — Нет,черт побери! — Тон у Саманты был непреклонный, и Чарли надругом конце провода ухмыльнулся.

— Теперь понятно, почему это твое детище.

— Завтра я посмотрю, что вы там наваяли. Передавай приветМелли. Спасибо за звонок, Чарли. — Сэм повесила трубку, вновьогляделась и, вздохнув, прошептала: —О, Тейт! Почему?

Она потихоньку распаковала чемоданы, стерла пыль с мебели,прибралась и, посмотрев в который раз по сторонам, попыталасьубедить себя, что это ее дом. В десять часов вечера Саманта судовольствием улеглась в постель, прихватив с собой блокнот и кое-какие записи, оставленные Харви. Ей хотелось настроиться назавтрашнюю работу. Лишь после двенадцати она отложила блокнот,выключила свет и попробовала заснуть. Это заняло у нее еще двачаса. Два часа она пролежала, думая о ранчо и надеясь вот — вотуслышать знакомые звуки, которые так и не раздались.

Глава 20

Самой Саманте ее возвращение на следующее утро в агентствопоказалось этаким удивительным путешествием во времени: она словнопопала в совершенно незнакомое место, восприняв свой рабочий стол,кабинет и коллег как часть чужой, неведомой жизни. Сэм с трудоммогла себе представить, что проводила здесь по десять часов всутки, что работа в агентстве занимала все ее мысли. Теперь Самантасочла то, чем занимались ее сослуживцы, ребячеством; клиентов, окоторых они разговаривали, обозвала дураками и тиранами, а всеконцепции, презентации и идеи — детской забавой. Она не моглаотнестись серьезно к их опасениям потерять клиента, кого‑нибудьрассердить или плохо провести переговоры. Все утро Саманта серьезновыслушивала коллег, а когда беседы были окончены, почувствовала,что зря потеряла столько времени. Лишь Харви Максвелл, творческийдиректор фирмы, похоже, смутно догадывался о ее переживаниях,поэтому, когда все покинули конференц — зал на двадцать четвертомэтаже, он пронзительно посмотрел на Саманту.

— Ну, Сэм, как ощущения? — Харви насупил брови и вынултрубку изо рта.

— Странные. — Саманта всегда старалась быть с нимоткровенной.

— Что и следовало ожидать. Ты слишком долгоотсутствовала.

Сэм задумчиво кивнула.

— Да, пожалуй, дольше, чем следовало. — Она подняла наХарви глаза и посмотрела в упор. — Трудно возвращаться послестольких месяцев. У меня такое чувство… — Она заколебалась, нопотом все же решила сказать: — Такое чувство, будто часть меняосталась там.

Харви вздохнул, закивал и попытался раскурить трубку.

— Я так и понял. У тебя есть на это какие‑то особыепричины? — Он опять поймал ее взгляд. — Ты не хочешь мнерассказать? Может, ты влюбилась в ковбоя, Сэм, и собираешьсявернуться?

Однако Саманте не особенно хотелось посвящать Харви в свои дела,поэтому она покачала головой:

— Вообще‑то нет.

— Я не уверен, что меня твой ответ устраивает, Сэм. —Харви отложил трубку в сторону. — Он довольно уклончив.

Но Сэм спокойно ответила:

— Я вернулась. Вы меня об этом просили, я вашу просьбуисполнила. И может быть, сейчас нам с вами ничего больше знать ненадо. Вы отпустили меня в то время, когда мне было совершеннонеобходимо сменить обстановку, хотя я даже не подозревала,насколько мне это нужно. А теперь я вам нужна, и поэтому я здесь. Ипробуду столько, сколько вам понадобится. Яот вас не сбегу, Харви. Обещаю. — Сэмулыбнулась, однако Харви Максвелл смотрел на нее по — прежнемусерьезно.

— Но вообще‑то ты можешь туда вернуться, Сэм?

— Вероятно. Я не знаю, что будет. — Сэм вздохнула исобрала свои вещи. — Зачем гадать? Лучше поговорим сейчас онашем клиенте. Что вы думаете насчет моей идеи изобразить ранчо…ковбоя, который на лошади скачет на закате или на рассвете,

а позади него — стадо коров. Он сидит на великолепной лошади ирезко выделяется на фоне пейзажа. Но в то же время прекрасно с нимгармонирует…

— Прекрати! — Харви поднял руку и усмехнулся. — Ато ты и меня заставишь купить машину. Мне твоя идея нравится.Придумай вместе с Чарли какие‑нибудь тексты. Посмотрим, что намудастся.

В течение трех следующих недель Сэм и Чарли вместе работали надтестами и в результате добились такого успеха, как никогда в жизни.Они сделали не просто отличную рекламу, она явно «тянула» наочередную премию. Когда первая встреча с клиентом закончилась, Сэмбыла горда и счастлива.

— Что ж, малышка, это твоя заслуга! — Дожидаясьвозвращения Харви, Чарли обнял Саманту. Пока Харви провожал клиентадо лифта, Сэм и Чарли успели переброситься парой фраз. — Емупонравилось!

— Еще бы. Ты так здорово все нарисовал, Чарли.

— Приятно слышать. — Чарли улыбнулся и погладил своюбороду.

Через мгновение появился сияющий Харви, который взмахнул рукой,указывая на рекламные щиты, повешенные на стены. Они представилизаказчику четыре щита, надеясь, что он выберет в лучшем случаепару. А заказчик принял все четыре!

— Ну что, дети мои, по — моему, презентация прошлаудачно? — Харви не смог сдержать улыбку, и Саманта счастливоулыбнулась ему в ответ.

Впервые с момента своего возвращения она повеселела — приятноведь сделать что‑то конструктивное да еще так хорошо!

— Когда начинаем?

— Они хотят запустить это в производство немедленно. Скакого дня ты можешь приступить к этой работе, Сэм? У нас естьсписок мест для съемок? Господи, да ты на стольких ранчо побывала!Может, снимем то, на котором ты жила последние полгода?

— Я позвоню туда. Но нам нужны еще три. И наверное, —

задумчиво протянула Саманта, покусывая кончик ручки, —наверное, лучше провести съемки в трех совершенно разных местах.Пусть каждое ранчо отличается от остальных, имеет какое‑тосвоеобразие. Нам совершенно не нужны повторения!