Путешествие

Да, это были удивительные две недели. Мэдди вправе моглагордиться своими репортажами из госпиталя, пусть Джек ею инедоволен. Неожиданностью оказалось то, что она завоеваланеподдельное уважение Элиотта Нобла. Он теперь считал ее выдающимсярепортером.

Билл смотрел на нее с улыбкой, полной нежности и восхищения.

– И как же вы намерены развлекать публику дальше? Впрезидента стреляют не каждый день. А после этого все остальноенеизбежно покажется зрителям пресным.

– Что-нибудь придумаю. Но сначала мне надо найти квартирудля Лиззи. У меня есть еще месяц для этого.

– Может быть, я смогу заняться поисками вместе с вами.

Теперь, закончив книгу, Билл стал намного свободнее и подумывало том, чтобы снова заняться преподаванием. Он уже получилпредложения из Гарварда и Йеля. Мэдди радовалась за него и в то жевремя заранее печалилась о том, что, если ему придется уехать изВашингтона, она лишится единственного друга. Правда, Билл еезаверил, что это произойдет не раньше будущего сентября.

– Может быть, в этом году попробую написать еще одну книгу.На этот раз художественную.

Мэдди искренне радовалась за Билла. В то же время ее все большегрызло сознание, что она никак не может решить собственныепроблемы, ничего не делает, чтобы исправить свою жизнь. Она всебольше убеждалась в том, что Джек настоящий тиран, но непредпринимала никаких решительных шагов. Билл ее не торопил. ДокторФлауэрс утверждала, что Мэдди должна созреть для открытогопротивостояния мужу. А на это могут потребоваться годы. Билл ужепочти смирился с этим, хотя и не переставал за нее тревожиться. Покрайней мере, две недели после покушения на президента она провелав госпитале, вдали от Джека. Постоянно занятая, она даже неотвечала на его вечные попреки по телефону. Однако в душе онастрадала, и Билл чувствовал ее настроение, когда разговаривал сней. Всегда и во всем Джек винил только ее.

– А что вы собираетесь делать на День благодарения?

– Обычно мы тихо проводим этот праздник в Виргинии. Ни уменя, ни у Джека нет родных. Иногда мы навещаем соседей. А вы чтобудете делать?

– Мы каждый год ездим в Вермонт.

Мэдди знала, что в этом году Биллу придется тяжелее, чем раньше.Это его первый День благодарения без жены. По их разговорам оначувствовала, что он этого страшится.

– Мне бы очень хотелось пригласить к себе Лиззи, но немогу. Она собирается провести этот праздник со своими любимымиприемными родителями. Кажется, ее это устраивает.

Тем не менее, Мэдди очень сожалела, что в День благодарения онане будет с дочерью.

– А вы? Вас такое положение устраивает? Вы думаете, у васвсе пройдет как надо?

– Думаю, да.

Но Мэдди уже не испытывала никакой уверенности. Недавно онаснова разговаривала с доктором Флауэрс, и та настоятельно ейсоветовала посещать группу женщин, подвергающихся насилию состороны мужей. Мэдди пообещала ей это сделать сразу после Дняблагодарения.

Они с Биллом встретились еще раз накануне праздника. Оба былиподавлены: он – из-за своего одиночества, а Мэдди из-за того, чтоей приходится уезжать вместе с Джеком. Их отношения стали слишкомнапряженными. Муж следил за ней неусыпно, как ястреб. Он ей теперьни в чем не доверял, хотя ни разу больше не поймал на разговорах сБиллом. Тот звонил лишь в исключительных случаях и лишь по еемобильному телефону, обычно она звонила сама. Билл ни за что насвете не стал бы подвергать ее опасности.

Накануне Дня благодарения она снова побывала у него дома. Биллприготовил чай, Мэдди привезла пирожные. Они сидели в его уютнойкухне и болтали обо всем. Погода испортилась, наступили холода.Билл сказал, что в Вермонте уже выпал снег. Он мечтал покататься налыжах с детьми и внуками.

Мэдди очень не хотелось уходить. Однако, в конце концов, пришлапора возвращаться домой.

– Мэдди, прошу вас, будьте осторожны.

В его глазах застыли невысказанные чувства. Оба сознавали, чтолучше о них молчать. Из уважения друг к другу они до сих пор несделали ничего такого, о чем потом могли бы сожалеть. Лишь вбеседах с доктором Флауэрс Мэдди задавалась вопросом о том, что жеона чувствует к Биллу. У них очень странные отношения... Кажется,оба в одинаковой степени дорожат ими, даже зависят от них. Онисловно двое спасшихся с затонувшего корабля, встретившихся в бурномморе. Ее тянет к нему прислониться, а он, как любящий отец,поддерживает ее сильными руками и любящим сердцем, не требуя ничеговзамен.

– Я буду без вас тосковать.

Они знали, что в эти два дня не смогут даже поговорить потелефону.

– Я позвоню вам, если Джек поедет кататься верхом или ещекуда-нибудь. Не грустите.

Мэдди тоже переживала за Билла, зная, как тяжелы будут для негопраздники без жены. Однако он сейчас не думал о Маргарет, а толькоо ней, Мэдди.

– Ничего. Зато я с удовольствием повидаюсь с детьми.Неожиданно, даже не подумав о том, что делает, он поцеловал ее вмакушку, на секунду задержав в своих объятиях.

Господи, как хорошо, что они нашли друг друга, тихо благодариласудьбу Мэдди по дороге домой.

Глава 18

Она провела с Джеком в Виргинии несколько тяжелых дней, полныхпостоянного напряжения. Он почти все время пребывал в плохомнастроении. Часто закрывался у себя в кабинете, вел какие-то тайныетелефонные переговоры. На этот раз не с президентом, Мэдди знала.Президент еще не оправился от ран, страной правил вице-президент. Ас ним Джек никогда не был близок.

Однажды, думая, что мужа нет дома, Мэдди сняла трубку, чтобыпозвонить Биллу, как вдруг услышала, что Джек из своей комнатыразговаривает с какой-то женщиной. Она тут же положила трубку. Ктоэто может быть? Джек тогда очень ловко ушел от вопроса о тойженщине на фотографии, с которой он выходил от «Аннабел» в Лондоне.В последние месяцы он держится как-то отстраненно и почти незанимается с ней любовью. С одной стороны, Мэдди чувствовалаоблегчение, с другой – ее это удивляло. На протяжении их совместнойжизни он всегда выказывал жадное и неутолимое желание обладать ею.А теперь, казалось, потерял к ней всякий интерес. Лишь обвиняет,попрекает и ворчит.

В День благодарения она все-таки умудрилась позвонить Лиззи, ана следующий вечер и Биллу, улучив момент, когда Джек вышел ксоседу поговорить о лошадях. Билл сообщил, что праздники прошли таксебе, но они хорошо покатались на лыжах. Сказал, что они с детьмиприготовили индейку. Мэдди с Джеком тоже – в гробовом молчании –ели индейку. Она попыталась заговорить об их натянутых отношениях,но он попросту отмел все ее слова, сказав, что это только еевыдумки. Однако Мэдди прекрасно знала, что это не так. Она ужедавно не чувствовала себя такой несчастной, пожалуй, с тех самыхпор, как избавилась от издевательств Бобби Джо. А ведь сейчаспроисходит то же самое, только Джек глумится над ней гораздоутонченнее, но не менее болезненно.

Когда они, наконец, сели в самолет, и полетели обратно вВашингтон, она почувствовала огромное облегчение. Джек взглянул нанее с подозрением.

– А почему это ты так счастлива, что возвращаешься домой?Есть какие-то особые причины?

– Просто хочется поскорее вернуться к работе.

Ей совсем не хотелось с ним ссориться. А вот ему, похоже, нетерпелось начать ссору.

– А может, тебя кто-нибудь ждет в Вашингтоне, Мэд? Онсмотрел на нее с отвратительной ухмылкой.

Она в отчаянии вскинула на него глаза:

– Никого у меня нет, Джек, и ты это знаешь.

– Сомневаюсь, что я что-нибудь о тебе знаю. Но могу узнать,если захочу.

Она ничего не ответила. Кажется, молчание теперь для нее лучшийвид обороны.

На следующий день она пошла на занятия группы женщин,подвергающихся насилию. Ей вовсе этого не хотелось, она пошлатолько потому, что обещала доктору Флауэрс. Джеку она сказала, чтоидет на заседание комитета у первой леди. Вряд ли он ей поверил, нопочему-то на этот раз не стал придираться. У него были свои планына вечер – деловая встреча, как он сказал.

Мэдди шла в подавленном состоянии, которое продолжалоухудшаться. И здание, где должны состояться занятия, похоже натрущобу, и район ужасный. И соберутся там, наверное, несчастные,забитые, ноющие особы. Только этого ей сейчас не хватает. Однако,вскоре она с изумлением смотрела на собравшихся – некоторые вджинсах, другие в деловых костюмах, кто помоложе, кто постарше,некоторые очень привлекательные, другие совсем невзрачные дурнушки.В общем, на удивление пестрое сборище. Однако большинство из женщинказались интеллигентными, очень живыми, интересными людьми. Вошларуководительница группы, села на привычное место. Взглянула наМэдди умными теплыми глазами.