Путешествие

Но все, что говорил ей Джек об Элиотте, не шло ни в какоесравнение с его бешенством, после того как кто-то из знакомых емусказал, что видел Мэдди с Биллом за ленчем в «Бомбей-клубе».

– Так вот почему ты набросилась на меня после Лондона!Пытаешься переложить свою вину на чужие плечи? Ты что, трахаешься сэтим старым пердуном? Если это так, то мне тебя жаль, Мэд. Похоже,что получше тебе уже никого не найти.

– То, что ты говоришь, просто отвратительно!

Мэдди пришла в настоящую ярость. Никакой Билл не старый. Онпрекрасный, интересный человек, очень привлекательный внешне иневероятно порядочный. Поразительно... он ведь на двадцать шестьлет ее старше, но в его обществе она никогда не вспоминает оразнице в возрасте.

Ситуация еще больше обострилась. Джек каким-то образом узнал отсекретарши на студии, что Билл звонит ей в офис. А дальше с помощьюмелких ухищрений ему удалось вытянуть из нее признание, что Билл иМэдди ежедневно разговаривают по телефону. Через пять минут он вбешенстве ворвался к жене в офис, осыпая ее градом оскорблений:

– Ах ты, мелкая шлюшка! Признавайся, что между вамипроисходит? Когда у вас это началось? Может, на этихдушераздирающих заседаниях женского комитета? Не забывай, что этотсукин сын довел дело до убийства собственной жены! Может быть, он итебе окажет такую же услугу, если не поостережешься.

– Как ты можешь так говорить! – Слезы хлынули у Мэдди изглаз. Какой Джек жестокий! И как она сможет ему доказать, что неспала с Биллом Александром... – Мы с ним только друзья. Я никогдатебя не обманывала, Джек.

Она с мольбой смотрела на мужа, словно заклиная ей поверить. Егоповедение потрясло ее до глубины души. Она чувствовала себярастоптанной. Однако, как ни странно, ненависти к нему неиспытывала.

– Расскажи это кому-нибудь другому! Я-то тебя хорошо знаю.Ты же наврала мне про ребенка.

– Это совсем другое.

Рыдая, она присела на край стола, вся съежившись от его слов,как от ударов хлыста.

– Черта с два! Я больше не верю ни одному твоему слову. Скакой стати я должен тебе верить после всей твоей лжи! Могунапомнить, что твоя собственная дочь – еще одно доказательствотвоей лживости.

– Мы только друзья. Джек...

Но он ее уже не слушал. Хлопнув дверью, он выбежал из ее офиса,едва не разбив стекло. Мэдди осталась сидеть на краешке стола,сотрясаясь от рыданий. Через полчаса позвонил Билл. Она рассказалаему о том, что произошло.

– Я думаю, вам больше не стоит мне звонить. Он уверен, чтоу нас любовная связь.

И конечно, встречаться за ленчем они тоже больше не смогут.Мэдди казалось, что она сама перекрывает себе кислород. Но выбора унее не было.

– Я сама буду вам звонить. Так проще.

– Он не имел права так с вами говорить! – Билл не могсдержать ярость. А ведь она еще не все ему пересказала из того, чтонаговорил ей Джек.

– Мне очень жаль, Мэдди.

– Ничего. Я сама виновата. Я его разозлила, когда обвинилав том, что он с кем-то встречался в Лондоне.

– Да, черт возьми, вы же видели фотографии в газетах! Чтоеще вы могли предположить?

Билл не сомневался, что Джек ее обманул, однако не стал ей этогоговорить. Тем не менее, он не мог сдержать себя:

– Сколько вы еще намерены терпеть, Мэдди? Сколько еще высможете вынести? Этот человек обращается с вами, как с грязью, онвас топчет ногами. Неужели вы этого не видите?

– Вижу... Но в чем-то он прав. Я ведь действительно лгалаему о Лиззи. Я сама его спровоцировала. И насчет вас я егообманывала. Мне бы тоже не понравилось, разговаривай он каждый деньпо телефону с другой женщиной.

– Вы хотите прекратить наши беседы по телефону?!

В его голосе прозвучал настоящий страх.

Однако Мэдди тут же его успокоила:

– Нет, не хочу. Но я могу понять чувства Джека.

– Сомневаюсь, что вы можете понять его чувства. Если онивообще у него есть. Он коварен и злобен и прекрасно научился вамиманипулировать, в любой момент может вас заставить почувствоватьсебя виноватой перед ним. Это ведь он сейчас должен был бы проситьу вас прощения за свои делишки.

В конце концов, они договорились, что Мэдди сама будет ежедневнозвонить Биллу. Выходить вместе на ленч они больше не смогут, разветолько через некоторое время, и то изредка. А может, им удастсявремя от времени встречаться у него дома, чтобы не показыватьсявместе на публике. Конечно, это тоже выглядит как обман. Но Мэддичувствовала, что не может совсем прекратить видеться с Биллом. Ейнужен хотя бы один друг. Если не считать Лиззи, он единственный,кто у нее есть.

Дома атмосфера оставалась крайне напряженной в течениенескольких дней. А потом произошло непредвиденное. Их с Джекомпригласили на вечеринку к одному знакомому конгрессмену. Тамоказался и Билл, знавший хозяина еще по колледжу. Он забыл сказатьМэдди об этом.

Джек напрягся, как только Билл вошел в гостиную. Он руку Мэддитак, что она побелела..Проговорил свистя шепотом:

– Попробуй только с ним заговорить, и я выволоку тебя такчто и опомниться не успеешь.

– Я поняла, – прошептала она в ответ.

Она старалась не встречаться с Биллом глазами, надеясь, что онпоймет. Каждый раз, когда он пытался к ней приблизиться, онаотходила к Джеку. Весь вечер держалась неловко и выглядела бледной,издерганной. Улучив момент, когда Джек вышел в туалет, она вскинулаумоляющий взгляд на Билла. Тот медленно прошел мимо. Заметилнервное напряжение на ее лице.

– Я не могу с вами говорить... Он в ярости...

– Вы в порядке?

Билл мучительно за нее переживал. Он понял, что происходит, ивесь вечер не приближался к ней. Однако сейчас он отошел от нее какраз тогда, когда Джек снова появился в гостиной. Тот моментальнопочувствовав, что произошло. Решительным шагом Джек прошел черезвсю комнату к жене. Заговорил сквозь стиснутые зубы:

– Мы уходим. Возьми пальто.

Она любезно поблагодарила хозяйку за прекрасный вечер. Ониуходили первыми, однако обед уже закончился, и это не вызвалоособого удивления. Джек объяснил, что на следующий день у них сраннего утра деловые встречи.

Билл с несчастным видом смотрел им вслед, зная, что не сможетдаже позвонить, чтобы узнать, как Мэдди.

Уже по дороге домой Джек начал хлестать ее резкими словами, откоторых ей захотелось выпрыгнуть из машины и бежать куда глазаглядят.

– Ты что, считаешь меня последним идиотом? Я же велел тебес ним не разговаривать! Я видел, как ты на него смотрела. Что ж тыне задрала юбку и не помахала перед ним своими трусиками?

– Прошу тебя, Джек... Я уже говорила тебе, мы с ним толькодрузья. Я замужем. Он все еще скорбит по своей жене. Мы работаемвместе в комитете... Больше между нами ничего нет.

Она старалась говорить как можно тише и спокойнее, чтобы непровоцировать Джека. Но все ее усилия ни к чему не привели. Он былв бешенстве.

– Все это чушь собачья! А ты маленькая сучка! Я прекраснознаю, чем вы с ним занимаетесь! А может, уже и весь Вашингтон этознает. Я не слепой, Мэдди, черт побери! Подумать только, что мнеприходится от тебя терпеть!

Она молчала. Войдя в дом, Джек хлопал каждой дверью, какаяпопадалась ему на пути. Однако до жены он и пальцем дотронулся. Доутра она пролежала, скорчившись в постели, без сна, с ужасоможидая, что сейчас произойдет. Однако ночь прошла спокойно.

Утром за кофе Джек казался холодным как лед. Изрек лишь однопредупреждение:

– Если ты еще хоть один раз с ним заговоришь, Мэд, я тебявышвырну на улицу, туда, где тебе самое место. Ты меня поняла? Я несобираюсь терпеть все это дерьмо. Вчера вечером ты меня унизилаперед людьми. Ты весь вечер глаз с него не сводила. Смотрела нанего, как течная сука!

Сдерживая слезы, Мэдди хотела было возразить, хотела защититьсебя, но не посмела произнести ни слова. Молча поехала с ним достудии.

Она понимала, что самое разумное сейчас – позвонить Биллу исказать, что они больше не смогут ни видеться, ни разговаривать потелефону. Но она просто не могла этого делать. Билл ее единственнаяподдержка в жизни, та соломинка, за которую она держится. Без негоона скатится в пропасть. Между ними существует какая-то особаясвязь, и она не может от него отказаться, невзирая на все угрозыДжека, несмотря на огромный риск. Мэдди сознавала, что подвергаетсебя опасности, но остановиться уже не могла.