Путешествие

Сейчас она чувствовала себя чуть ли не обманщицей.

– Ну и что из этого? Вы прекрасны и талантливы. У вас самыевысокие рейтинги на телевидении. Мэдди, даже окажись Джек прав ивам действительно пришлось бы скрести где-нибудь полы – чего,конечно же, никогда не случится, – все равно это лучше, чемоставаться с ним. Он втаптывает вас в грязь. Он может прибегнуть кфизическому насилию.

– Он никогда этого не делал.

Однако она вспомнила о шраме на груди у соска. Да, он неизбивает ее, как Бобби Джо, его методы насилия более изощренные,более извращенные, чем у ее первого мужа, но они не менее опасны,не менее разрушительны для психики.

Они поговорили еще немного, потом Билл предложил вместепообедать. Но как раз на время ленча ее пригласили на опознаниепреступника.

Во второй половине дня позвонил Грег. И говорил то же самое, чтои Билл.

– Ты играешь с огнем, Мэдди. Этот сукин сын ненормальный.Однажды он тебя прикончит. Не жди этого, Мэд. Поскорее сматывайсяот него.

Но непонятно почему, она чувствовала, что не в состоянии уйти отмужа. Ее мучили сомнения. Что, если Джек придет в настоящую ярость?А вдруг он ее все-таки любит? И потом, после всего, что он для неесделал, как можно вот так просто взять и уйти...

Это классические отношения мучителя и жертвы, сказала ей докторФлауэрс по телефону. Однако она понимала, что Мэдди парализованастрахом, и в отличие от Билла и Грега не слишком на нее давила. Оназнала, что требуется время, чтобы Мэдди окончательно созрела. Послеразговора с ней та почувствовала большое облегчение. Все времяперерыва на ленч она размышляла о словах доктора. Поэтому, входя встудию, даже не обратила внимания на молодую женщину, внимательнонаблюдавшую за ней с противоположной стороны улицы. Молодая,хорошенькая, в черной мини-юбке и в туфлях на высоких каблуках, онане сводила глаз с Мэдди, пока та не скрылась за дверью студии.

На следующий день девушка снова появилась на улице у студии втот момент, когда Мэдди выходила, чтобы отправиться на ленч сБиллом. Они пошли на Пенсильвания-авеню, ни от кого не скрываясь ине таясь. Оба считали, что им нечего скрывать. Они ведь вместеработают в комитете у первой леди. Тут даже Джеку нечего будетвозразить.

За ленчем, который прошел очень приятно, они беседовали наразные темы. Мэдди рассказала о разговоре с доктором Флауэрс, отом, что та все понимает.

– Надеюсь, что она сумеет вам помочь.

Биллу стало по-настоящему страшно за Мэдди. Он видел, что она вкрайне опасной ситуации.

– Я тоже на это надеюсь.

Она стала объяснять Биллу, одновременно пытаясь объяснить исамой себе, что происходит, и не могла. В их отношениях с Джекомпоявилась жестокость, которой она раньше никогда не ощущала. ДокторФлауэрс объяснила, что Джек почувствовал, как она от негоотдаляется, и сказала, что он не остановится ни перед чем, чтобы еезапугать и снова вернуть под свою полную власть. Чем независимее издоровее психически она становится, тем больше он злится. ДокторФлауэрс предупредила, что Мэдди должна быть очень осторожна. Дажете насильники, которые, казалось, не склонны к побоям, могут влюбое время изменить свою тактику. Мэдди уже и сама ощущала, чтодело может дойти до рукоприкладства.

Они долго разговаривали с Биллом. Он сказал, что на следующейнеделе собирается поехать в имение к дочери, но не хотел быоставлять Мэдди одну.

– Прежде чем уехать, я вам дам свой номер телефона. Еслипонадобится, я приеду по первому вашему звонку.

Он, казалось, чувствовал себя за нее ответственным. Наверное,оттого, что у нее совсем нет друзей. Кроме Грега, который уже уехалв Нью-Йорк.

– Все будет в порядке, – неуверенно произнесла Мэдди, нежелая слишком обременять Билла своими проблемами.

– Хотелось бы в это верить.

Он собирался пожить у дочери недели две и за это время закончитькнигу. Кроме того, он мечтал походить на лодке с внуками. Биллоказался страстным мореходом.

– Может быть, вы все-таки туда приедете? Я уверен, вам тампонравится. Место очень красивое.

– Да, мне бы очень хотелось. Мы намечали поехать нанекоторое время к себе на ферму в Виргинию, но в последнее времяДжек так занят своими делами с президентом, что мы почти никуда невыезжаем. Вот только съездили в Европу.

Билл ее слушал и поражался тому, как может человек, близкознакомый с президентом и работающий с ним, быть насильником. И какможет такая женщина, настоящая звезда в своей области, красивая,умная, талантливая, обеспеченная, ему это позволять. Доктор Флауэрсправа: насилие – настоящий бич, который настигает любого,независимо от классовой принадлежности, образования, обеспеченностии положения в обществе.

– Надеюсь, ко времени моего возвращения вы уже уйдете отмужа. Я не успокоюсь, пока вы этого не сделаете.

Он смотрел на нее не отрываясь. Сколько в ней очарования,сколько теплоты... и какая она цельная натура. Он наслаждался ееобществом. Между ними сама собой возникла тесная дружеская связь.Невозможно себе представить, чтобы кто-то мог обращаться с ней так,как она рассказывает.

– Если ваша дочь когда-нибудь приедет навестить вас вВашингтон, я бы хотела с ней познакомиться.

– Думаю, она вам понравится.

Они ведь примерно одного возраста! Эта мысль пронзила его.Внезапно он осознал, что относится к Мэдди совсем не по-отцовски.Он видит в ней не ребенка, а женщину. Во многом она взрослее егодочери. Более утонченная, более... светская. Она гораздо большеповидала в жизни, и отнюдь не самого приятного. В общем, ему онаказалась скорее другом и приятной собеседницей, чем ровесницейдочери.

Они вышли из ресторана в три часа. Вернувшись на студию, Мэддизаметила в вестибюле хорошенькую девушку с длинными чернымиволосами, в черной мини-юбке. Та смотрела прямо на нее. У Мэддивозникло странное чувство, будто она ее где-то раньше видела. Ноона не могла вспомнить где. Девушка резко отвернулась, словнобоясь, что ее узнают. После того как Мэдди поднялась наверх, онаспросила охранника, на каком этаже находится офис миссис Хантер. Новместо ответа охранник направил ее к Джеку. Таковы были правила.Если кто-то спрашивал миссис Хантер, его направляли к Джеку,который «сортировал» всех посетителей жены, хотя она этого незнала. Никто ей об этом не говорил. И посетителей это не удивляло –обычное дело, в конце концов.

Девушка в мини-юбке поднялась на лифте.

– Я бы хотела видеть миссис Хантер, – отчетливо произнеслаона на вопрос секретарши.

Та записала ее имя – Элизабет Тернер. На вид ей было летдвадцать с небольшим.

– Вы по делу или по личному вопросу?

Девушка колебалась несколько секунд, прежде чем ответить:

– По личному.

– Миссис Хантер сегодня никого не может видеть, она оченьзанята. Можете изложить мне ваше дело, или оставьте записку, япрослежу, чтобы ей передали.

Девушка с разочарованным видом кивнула. Взяла у секретаршилисток бумаги, быстро написала несколько слов. Секретаршаразвернула листок, взглянула на записку, потом на девушку.Занервничала и поднялась:

– Подождите, пожалуйста, минутку, мисс... э-э-э... Тернер.Меньше чем через минуту записка оказалась в руках у Джека. Онпрочитал ее. В ярости перевел взгляд на секретаршу:

– Где она? Какого черта ей здесь нужно?

– Она в приемной, мистер Хантер.

– Пришлите ее сюда.

Он лихорадочно пытался сообразить, что ему делать. Остаетсятолько надеяться, что Мэдди не успела ее увидеть. Впрочем, не имеетзначения. Все равно она не могла бы ее узнать.

Девушка вошла и остановилась у дверей. Джек внимательно смотрелна нее холодным взглядом. Его губы раздвинулись в улыбке, которая омногом говорила. Можно не беспокоиться. Эту девушку Мэдди незнает.

Глава 11

Мэдди выскользнула из студии и отправилась к доктору Флауэрс.Никто не знал, куда она пошла, кроме Билла Александра.

Эугения Флауэрс встретила ее спокойно и по-материнскиприветливо:

– Ну, как вы, дорогая?

Накануне в телефонном разговоре Мэдди вкратце изложила ей сутьдела.