Капризная фортуна

— Скажи еще, что достаточно запить вином или водой? —попытался догадаться Виктор.

— А ведь почти угадал! Только вряд ли князь станет пить…кислое молоко!

— Ха! Так просто?! А если все-таки станет?

— Сомневаюсь, что поставки в дворцовую кухню идут в полномассортименте. Скорее будут настаивать на жареном мясе и хлебе, чемна молочных продуктах. Да еще и прокисших.

С недоверием мотая головой, Виктор еще некоторое времяпонаблюдал за уверенными действиями мастера на все руки, а затемдостал найденные возле спальни императора карты и стал ихпросматривать. Как ни крутил их перед глазами, привязки к чему-токонкретному в первой попытке так и не отыскал. Поэтому постаралсясхемы и рисунки хорошенько отложить в памяти. Со временемподсознание само найдет нужные зацепки. Сейчас проблемы имелисьболее актуальные. Нужно собирать слухи, обрывки разговоров и другиеданные.

Хотя на этот раз высший проповедник монастыря Менгары уделилпристальное внимание лишь апартаментам князя Парайни, присматривая,как и где лучше совершить планируемое покушение. Видел несколькораз и самого соправителя Триумвирата, многих его помощников изаместителей, но ничего важного так и не узнал. Тогда самым важнымпосчитал сам факт относительного спокойствия во дворце. Онокосвенно подтверждало удачное спасение кока Додюра из казематов.Посланные вниз воины похоронно-трофейной команды выволокли трупынаверх и безжалостно сбросили их в залив на корм кашьюри. Палачасреди тел никто не опознал, а его самого искать тоже не стали, ведьпо приказу будущего министра он якобы отправился домой.

Спасение проверенного боевого товарища можно было считатьнесомненной удачей. Но, вспомнив о коке, Менгарец сразу подумал и опище: теперь их трое, как бы голодать не пришлось. Поэтому наобратном пути к штабу заскочил в район дворцовой кухни ивнимательно там осмотрелся через многочисленные щели. Подспудноприкидывая, что здесь возможностей подсмотреть и подслушать гораздобольше, чем в том же банкетном зале или палате для заседаний сминистрами. Наверняка покойный Гранлео постоянно опасалсяподсыпанного в пишу яда.

Первым делом Виктор убедился, что опостылевших постовых накаждом углу нет. Триумвират и в самом деле немного расслабился иудостоверился в личной безопасности. Элитные части отправились вгущу остальной армии готовить потребное настроение для роспусканенужного скопления бездельников.

Затем постарался присмотреться к кладовым и основным кухоннымзалам. Заметно было, что многочисленные повара стараются. Руганьстояла между плитами и котлами почище, чем на базаре в разгарторговли. Запахи горячей и вкусной пищи раздражали неимоверно,поэтому его святость только и высматривал, что, где и как будетсподручней уволочь поздней ночью. Нашлись удобные места для этого,но одному там промышлять будет весьма опасно. Второй человек всеравно понадобится для подстраховки.

Когда вернулся в Колыбельную, жрец дионского монастыря ужезакончил приготовление яда и с соблюдением всех мерпредосторожности герметично упаковал его. Оба скромно поужинали,затем, усиленно раскрывая слипающиеся глаза, вновь начали мудритьнад найденными сегодня картами. Но усталость все-таки свалила,несмотря на недавнее улучшение физического состояния тела. Да ипоспать пять часов перед ночным рейдом за продуктами питания решилив обязательном порядке.

Но проснулись чуть раньше, и не от сигнала наручных часов.Кто-то открывал двери со стороны тоннеля, ведущего к камереокончательного воскрешения. Дабы не накалять обстановку опаснымибросками ножей, Виктор выкрикнул в сторону слабо освещенной щели встене:

— Додюр! Это ты?

— Я, ваша святость! Я! — уже только по одному тонукока стало понятно, насколько он рад своему спасению и чудесномузаживлению ужасных ран. Конечно, он не знал, сколько времени прошлос тех пор, как он из последних сил взгромоздился на стол, но сейчасэто для него и неважно было.

Оказавшись в штабе, он долго благодарил и разглядывал себя взеркале. Затем заявил, что теперь он помолодел лет на пять и сталкраше некуда. Только и осталось, что срочно подбирать себе молодуюневесту и устраивать свадьбу.

Кок не замолкал ни на минуту, и уже собравшемуся выходитьМенгарцу это надоело:

— Додюр, давай отныне обращаться ко мне по имени. Нас тутвсего трое, и никаких официальных церемоний разводить не будем.Запомнил?

— Только рад буду!

— Хорошо. Тогда теперь соблюдай тишину, переодевайся вон вту приготовленную для тебя одежду, и все трое отправляемся накухню. Должны же мы отпраздновать твое спасение.

— С вином?

— Ну… если отыщем…

— Запросто! Я там все кладовки знаю! — Кок быстрозаканчивал одеваться.

— Верю. Но нам лишняя огласка, а уж тем более убийствоповаренка или кладовщика-интенданта совершенно не нужно.

— Понял. А чья это на нас форма?

— Конкретно ты сейчас в звании самого младшего офицераармии Паугела Здорна. Герцог штурмует мост через пролив, и его тутбыть не может. Вдруг мы на кого наткнемся, и ты просто прикажешьчто-либо выдать из еды для своего оголодавшего генерала. А мы якобыу тебя на подхвате, в форме сержантов. Но это так, на всякийслучай…

Кок скептически покачал головой:

— Что-то вы на сержантов ну никак не похожи… Да и форма навас явно с чужого плеча. Как по мне, то лучше бы мы все трое вповарской одежде щеголяли. Если тут сразу несколько армий разныхкоролевств, то мы легко могли бы выдать себя за кашеваров любойнаудачу выбранной дивизии. И нас не просто угостят, а еще с собойдадут. А если станем сопротивляться, то и силком.

Фериоль озадаченно подвигал бровями и тряхнул молодецкимикудрями:

— А ведь ты прав… Если так подумать, и воровать ничего ненадо…

— Вот и я о том же! Надо на кухне чувствовать себяхозяином.

Менгарец с хмыканьем подбоченился:

— Да мы хозяева не только на кухне, но и во всем дворце.Поход получился во всех смыслах продуктивный.

Глава четвертая УДАЧНОЕ СОВПАДЕНИЕ

Утром троица диверсантов отлично позавтракала поджаренным вместес луком мясом и отправилась в то место дворца, где располагалисьапартаменты самого умного соправителя Триумвирата. Сытостьнастраивала на оптимистический лад, а плещущееся во флягах кислоемолоко давало уверенность в собственной безопасности припредстоящей диверсии. Додюр и в самом деле знал на кухне все, чтотребовалось знать шеф-повару, и легко отыскал не только солидныезапасы мяса, овощей и фруктов, но и востребованное его святостьюмолоко.

К вышеупомянутой сытости в теле каждого партизана прямо-такикипела неуемная сила и жажда активной деятельности. ПослеКолыбельной жизненный тонус повышался на года.

Апартаменты князя Элвиса Парайни располагались в восточном крыледворца и состояли из четырех громадных сводчатых залов,расположенных за ними десятке спален и пяти-шести более скромныхпомещений для прислуги. Вокруг будущего короля всегда находилось неменее десяти наиболее вышколенных телохранителей, которые иотдыхали в соседних спальнях, и внутреннюю охрану апартаментоввели. Вовнутрь никого не пропускали без разрешения патрона, да и занаружными большими дверями дежурили всегда четыре гвардейца извнешней охраны.

Естественно, что никто из временных оккупантов дворца не ведал,насколько разветвленные тайные ходы в стенах и как удобнопросматривать из просторных простенков между сводами как все четырезала, так и не менее шести основных спален. Тем более сейчас, когдав отряде мстителей стало на одного человека больше.

Ядовитый порошок со всей осторожностью и знанием носил исобирался использовать Фериоль, и вначале наметили просыпать отравуво время завтрака. Но, увы, ничего не получилось. С самого утра ккнязю и от него сплошным потоком мотались посыльные и порученцы,прибегали советоваться заместители, испрашивали об аудиенциибудущего короля настырные просители. Так что даже присесть за столЭлвис Парайни так толком и не сумел. Завтракал практически на ходу,как и его подручные и ближайшая охрана.