Страница 80 из 138
В общем, Сакуров тогда слегка запутался: с одной стороныпервое проявление русофобства, с другой – неприязнь к японцам. Спервой стороны превалировали реформы доморощенных российскихдемократов, гнусные выходки Мишки, подлые поползновения Мироныча и«родственное» отношение родного дядьки. С другой – маячиласоветская идеология, обвинявшая японцев во всех тяжких. Хотя, еслиразобраться, то хрен их, Курил, знает: чьи они на самом деле? А чтокасается до дружбы с американцами, то уж лучше с ними, чем с СССР.Потому что от дружбы с СССР можно стать дармоедами вроде кубинцев,но не высокотехнологичными японцами. К тому же ещё неизвестно, комубольше повезло, что японцы отказались дружить с глупыми советами –советам или японцам? Ведь если бы на шею глупым советам присели ещёи японцы, то…
«Ты чё пригорюнился?» - прервал Сакуровские размышленияЖорка таким беспечным тоном, словно минуту назад и не собиралсяпоучать соседа.
«Да так», - отмахнулся Константин Матвеевич.
«Гони бабки, - велел Жорка. – Завтра я отваливаю встолицу. А после послезавтра, если всё будет нормально, пригонютачку».
«Это как ты её пригонишь?» - удивился Сакуров.
«Молча, - успокоил соседа Жорка. – У меня права ещё доармии были, а чтобы менты не приставали, надену протез.Ферштейн?»
«У тебя права с нужной категорией?» – уточнил Сакуров.
«Далась тебе эта категория? – ухмыльнулся Жорка. – Еслименты меня остановят и обнаружат, что я веду автобус однойлевой…»
«Тогда на хрена тебе права?» - удивился Сакуров.
«На всякий пожарный», - чисто по-русски объяснил Жорка, ане чисто русский Сакуров так и не понял, о каком пожарном случаеречь, если а) тебя тормозят менты б) требуют предъявить права в) ненаходят в них соответствующей категории и г) обнаруживают, чтонарушитель ведёт автобус с помощью одной руки, потому что протез унего только для красоты?
Жорка не подкачал и пригнал, как и обещал, микроавтобус«Фольксваген» в назначенный им самим срок. Прибыл Жорка послеполудня. Осень всё ещё приказывала долго жить, и слякоть непроходила. Въехав по раскисшей дороге в деревню юзом, Жорка надавилклаксон и, выписывая по осенней грязт замысловатую синусоиду, так икатился до своей избы. На звук клаксона выскочили Варфаламеев,Виталий Иваныч и Гриша. Гриша уже отправил супругу на станцию, гдеони с ней зимовали, но сам ещё торчал в деревне.
Позже, услышав звук клаксона, на крыльцо выскочилСакуров.
- Ну, слава Богу! – истово перекрестился он и соскочил скрыльца, присоединяясь к односельчанам, которые поспешали замикроавтобусом. Варфаламеев бежал впереди всех, Гриша и ВиталийИваныч следовали чуть поодаль.
- Здорово, деревня! – заорал Жорка, остановив микроавтобусвозле своей избы и вылезая из кабины.
- Жорка, родной! – запричитал Варфаламеев, припадая кодносельчанину небритой щекой.
- Ты не пьяный? – вместо приветствия подозрительно спросилСакуров.
- Трезвый, как иудей, которому не наливают! – веселосообщил Жорка.
- Ну, это дело надо обмыть, - солидно сказал ВиталийИваныч.
- Да, такое дело без этого никак, - поддержал егоГриша.
Обмывали до упада. Жорка с Сакуровым воздержались, а вотГриша, Варфаламеев и даже Виталий Иваныч оторвались по полнойпрограмме. Затем к обмывающим присоединился невесть откудавзявшийся военный. После военного оттуда же взялся Мироныч. Первымделом он треснул штрафную, о которой напомнил сам, затем обругалвоенного халявщиком, а потом потребовал погашения задолженности. Начто Жорка покладисто достал из внутреннего кармана куртки пятьзелёных пачек и вручил их старому мерзавцу.
- Это… что? – не поверил своим подслеповатым глазамМироныч.
- Пятьсот баков, - небрежно сказал Жорка. – Извини, что подоллару, но зато все в банковских упаковках. Видал?
- Ух, ты! – слегка и одновременно протрезвели военный,Гриша и Виталий Иваныч. Варфаламеев в это время прикидывал, чего бытакого из Басё в собственном переводе зачитать честнойкомпании.
- В банковских, говорите, - засопел Мироныч, вскрываяобёртку на первой пачке, - это чтобы я вам поверил на слово, будтов каждой пачке по сто долларов… Я уж, с вашего позволения,пересчитаю…
- Считай на здоровье, а мы пока выпьем, - ухмыльнулсяЖорка, но пить, разумеется, не стал. Они с Сакуровым сидели рядком,баловались кофеем и закусывали, чем Бог послал. Вернее, тем, чтопривёз Жорка из столицы. А привёз он изрядно.
Остальные, кроме Варфаламеева, пить тоже не стали, нозаворожено следили в течение двадцати с лишним минут, как Миронычнеторопливо слюнявил вожделенную зелень. И никто, даже образованныйВиталий Иваныч, не обратил внимания на то, что вместо ДжорджаВашингтона на долларовых бумажках был «нарисован» МихайлоЛомоносов. Разумеется, в парике, иначе его лысого от ДжорджаВашингтона, даже незнакомого, отличил бы и тёмный Гриша.
- Ты чё, с дуба рухнул? – спросил Сакуров шёпотом Жорку,так же, как и остальная честная компания, не признавший в зелённомпортрете на американском долларе отечественного светилу в разныхнауках, изобретателя закона сохранения материи и специалиста понаписанию разных од с помощью силлабо-тонического стихосложения,придуманного им самим же.
- Они же фальшивые! – также шёпотом усмехнулся Жорка. –Один знакомый учёный крендель слепил на компьютере и распечатал насвоём принтере. Всего-то делов – литр водки плюс моя бумага.Врезаешь?
- Угу, - неопределённо возразил Константин Матвеевич,имевший понятие о компьютерах, принтерах, сканерах и прочихфаксимильных прибамбасах понятие самое поверхностное.
- Деньги как листья…
Срывает их с дерева
Ветер жадности, - выдал пьяненький Варфаламеев, перевёлсвой взгляд с пересчитываемых Миронычем долларов и подмигнул Жорке.Жорка подмигнул умному Варфаламееву, а Мироныч, закончив пересчёт,сунул деньги за пазуху и заявил, что такими мелкими купюрами онпринимает Жоркин долг только из уважения к последнему. Каковоеуважение будет стоить Жорке ещё сто долларов. Компаньоны – ВиталийИваныч, Гриша и военный – синхронно крякнули и потянулись к своимстаканам.
- Он ещё и недоволен, - возмутился Жорка. – А помнишьпослевоенную денежную реформу?
- Не помню, - пошёл в отказ старый хрен.
- Он не помнит! – ухмыльнулся Жорка. – Ты тогда, наверно,как только пронюхал о реформе, первый распорядился изъять всю медьиз заводской кассы в свою пользу. Ась?
- Так то медь, - загорячился старичок, - а это бумага!
- Советская медь против американской бумаги? О чём тыговоришь! И это в то время, когда вся страна, высунув язык отусердия, выполняет рекомендации умных штатников по уничтожениюпроклятого наследия империи зла в виде лёгких фабрик, тяжёлыхзаводов и на атомном ходу подводных лодок и пароходов?
- Вот именно, - поддакнул Варфаламеев, а Мироныч, заметивколичество оставшейся водки и закуси, удрал на минутку прятать несовсем благоприобретённые и совершенно фальшивые баки.
- Вот именно! – загорячился Виталий Иваныч, патриотимперии зла. – Все заводы стоят, потому что бардак кругом, а Ельцинс утра в жопу пьян!! А экономической политикой страны рулят бывшийвор Боровой и американский прихвостень Гайдар!!! Боровой советуетпереходить на торговлю исключительно сырьём, потому что у нас егонавалом, а Гайдар предлагает лечить размягчённый от бездеятельногоожидания бесплатных благ коммунизма народ шоковой терапией!!! Нет,представляете, что делается??? На данный исторический момент мыимеем семидесятипроцентную безработицу, потому что новые хозяевафабрик и заводов за неимением сырья на продажу в своих огородахстали пилить приватизированные фабрики и заводы на части и толкатьметаллолом китайцам. Так как эти фабрики и заводы могут работать,если скоро от них останутся одни пустые корпуса? (62) Которые дажеосвещать нечем! Ведь пока теперешние хозяева законно пилят своизаконно приватизированные заводы и фабрики, распоясавшееся ворьёснимает у них под носом медные провода и тащит в металлоприёмку,потому что на медь установился повышенный спрос…