Страница 64 из 138
- Вообще-то, надо на работу, - сказал Сакуров.
- Времени полдевятого, - отмахнулся Жорка. – Тызавтракал?
- Нет, - с готовностью ответил Мироныч и добавил: - АСемёныч мне должен бутылку водки.
- Слышали, - огрызнулся Жорка и переспросил Сакурова: -Так ты завтракал?
- Какой завтрак, - вымученно улыбнулся КонстантинМатвеевич и вспомнил свой сон. Честно говоря, к Африке он относилсяпрохладно, но если бы она накрылась медным тазом, бывшему старпому,как человеку гуманному, было бы жаль саванны, экваториальных лесови тех африканцев, которые не успели слинять в Европу, Америку ипрочие мексиканские штаты.
- А что у вас на завтрак? – поинтересовался Мироныч.
- Котлеты из рыбьих глаз, - буркнул Жорка и, услышав своимдиверсантским слухом возню в дальней избе Варфаламеева,скрадываемую шорохом занудного осеннего дождя, крикнул: -Петька!
- Здесь! – послышался голос бывшего штурмана дальнейавиации.
- Ко мне! – гаркнул Жорка.
- Есть! – отозвался Варфаламеев.
- А мне Семёныч должен бутылку водки, - занудил Мироныч, -а вы мне обещали ещё сто долларов по спецкурсу.
- Ничего я тебе не обещал, - отрезал Жорка и потопал ксвоей избе, смачно хлюпая резиновыми сапогами по напитанной траве,что покорно увядала вдоль уличной колеи.
- Нет, обещали, - продолжил свою сквалыжную нуднюМироныцч, - а это некрасиво, чтобы сначала наобещать бедномупенсионеру с три короба, а потом от ворот поворот. И это тем болеенекрасиво, что мы с вами старинные друзья-приятели, а с друзьямитак не поступают.
- Слушай, друг, выпить хочешь? – спросил Мироныча Жорка,соскребая грязь с сапог о скобу возле своего крыльца.
- Хочу, - с готовностью ответил Мироныч.
- Братцы! – завопил с того конца Серапеевки Варфаламеев. –Подождите меня минут десять, пока я курам чего-нибудь вброшу!
- Ждать не будем! – рявкнул Жорка. – Но твою дозу нетронем!
- Спасибо! – крикнул Варфаламеев и смылся в своё подворье,где волновалась его некормленая живность.
- Здорово, Жорка! – послышался голос халявщика Гриши.
- Пошёл в жопу, - негромко ответил Жорка и вошёл в своюизбу.
- Действительно, - одобрил Мироныч, - сколько можнопастись на дармовщину.
- Золотые слова, - буркнул Жорка.
- А мы разве вчера не всё выпили? – поинтересовалсяСакуров, входя в Жоркину кухню.
- Нашёл ещё один загашник, - ответил Жорка.
- Запасливая у вас супруга, - похвалил Мироныч.
- Я пить, пожалуй, не буду, - сказал Сакуров и уселся заобеденный Жоркин стол.
- Мудрое решение, - похвалил Мироныч и уселся рядом.
- Правильно, - одобрил Жорка, - после работы выпьешь. Ато…
«После работы можно», - мысленно согласился Сакуров, имеяв виду ответственность перед акционерным обществом за лучшеесохранение акционерного стада молодняка на откорме в более илименее трезвом виде. И ещё он имел в виду увидеть очередной сон,потому что интересно посмотреть, как там после крушения целойАфрики.
- А я вам обязательно помогу, - пообещал Мироныч.
- В смысле? – уточнил Сакуров.
- Ну, тёлок загнать – выгнать, - объяснил старый пень, -это же большое дело.
- Особенно в твоём исполнении, - ухмыльнулся Жорка ивыставил на стол литровую пластиковую бутылку с прозрачнойжидкостью. Затем он плюхнул о столешницу банку сельди в маринаде.Хлеб, полдюжины помидоров и несколько луковиц на столе ужеприсутствовали.
- Особенно в моём исполнении, - не стал возражать Миронычи, не чинясь, взялся резать лук и хлеб ножом, извлечённым из-заголенища его довоенного кирзового сапога. Этот нож Миронычпритаранил с войны, его сделали добросовестные немцы, и на этот ножзарилась не одна местная собака. Многие пытались купить иливыменять нож, но Мироныч гнул такую несусветную цену или обменный«эквивалент», что всякая местная собака отставала от старогосквалыги, как говорил Жорка, не хлебалом соливши. (47)
- Помогал он мне в прошлый сезон загонять – выгонять этихсраных тёлок, - принялся повествовать Жорка, насыпая себе иМиронычу, - ну, я как человек деликатный…
Жорка ухмыльнулся, выпил дозу и закусил селёдкой.Константин Матвеевич тоже закусил и стал прикидывать насчёт чайку.Мироныч выпил, предварительно ревниво сравнив уровень налитого всвой стакан самогона, и пододвинул к себе всю банку с маринованнойсельдью.
- …Не стал его гнать и говорить, чтобы не путался подногами, - продолжил Жорка, выглядывая в окно Варфаламеева, - ноцелый месяц терпел этого паразита, а потом он мне предъявляеттребования, что я ему должен полтонны комбикорма.
- Я ещё по-божески потребовал, - вякнул Мироныч ипододвинул свой стакан к центру стола, где стояла пластиковаябутылка с известной жидкостью слезливой прозрачности. – Другой быза аналогичные труды…
- И ещё он за аналогичные труды потребовал у меня карабин,- словоохотливо сообщил Жорка, а Сакуров сразу даже не понял, окаком карабине речь, но Жорка объяснил.
- Я из-за речки в своё время привёз кое-какое оружие, -объяснил бывший интернационалист, не любивший стрезву рассказыватьпро дела давние Афганские. – Ну, спьяну и раззвонил в узком кругу.А этот навозный жук…
Жорка снова наполнил стаканы, а Мироныч снова проверилуровень своего, подозревая Жорку во всех тяжких в целом и в такоммелком прегрешении, как попытка обмишулить пожилого человека впроцессе совместного употребления лекарства необходимогодействия.
- …Докопался до меня и заявил, что ему, какпрофессиональному охотнику, карабин нужен больше, чем мне, неохотнику, - продолжил повествовать Жорка, удерживая свой стакан науровне своего носа и продолжая поглядывать в окно.
- Да, карабин вы мне должны, - брякнул Мироныч, заглотилсвою дозу и принялся подъедать селёдку. Сакуров заставил себясъесть ещё пару бутербродов и поставил на электроплиту чайник,памятуя о предстоящей беготне под холодным дождём за голоднымитёлками, которые сейчас орали в загоне. А Мироныч деликатно,прикрыв рот ладошкой, рыгнул и повторил:
- Да, карабин вы мне должны, но…
- А однажды, - перебил старого навозного жука Жорка, выпили закурил, - и, опять же, спьяну, я ему и скажи, что, дескать,карабин ему действительно нужней, чем мне, да тут ещё Семёнычдоброту проявил: подари, дескать, действительно, ты этот карабинбедному Миронычу, а то охотиться ему не с чем, а егодетки-бизнесмены по этой причине с голоду пухнут…
Жорка подмигнул Миронычу, владельцу дюжины всевозможныхохотничьих стволов, а с того, как с того гуся, с которого вода.
- …Ну, я и брякни: дескать, подарю, конечно, но толькопосле дождичка в четверг, когда рак на горе свистнет. Вот он про«подарю» запомнил насмерть, а всё остальное пропустил мимоушей.
- Да, вы обещали мне подогнать карабин ещё в прошлыйчетверг, – напомнил неунывающий Мироныч, невыносимо клацаявставными по блату за неизвестные одолжения челюстями от известногов Угарове дантиста-протезиста.
- Вот так он меня с тех пор и достаёт: где карабин дакогда вы мне его подгоните, - развил тему Жорка, закусываяпомидором. – Я куда только его не посылал, не отстаёт, зараза. Атут ещё случилась оказия пасти этих недорезанных тёлок, и Миронычстал у меня вдвойне под ногами путаться. Во-первых, продолжаетдоставать с карабином, во-вторых, якобы помогает…
- Кстати, те полтонны комбикорма, которые вы мне дали,оказались червивыми, - заявил Мироныч и снова пододвинул свойстакан к пластиковой бутылке.
- Короче, - подытожил Жорка и бесцеремонно ткнул пальцем вМироныча, - выползет к загону якобы выгонять – загонять скотину,гони его на хрен.
- Понятно, - пробормотал Сакуров, с тоской прислушиваясь кзавывающим, как журавли в Жоркиной песне, тёлкам в загоне.
- Да, Костя, вы не сомневайтесь, я вас без своей помощи неоставлю, - железно пообещал пьяненький Мироныч и упал с табуретки,а Константин Матвеевич понял, что свои полтонны комбикорма этотпрестарелый хрен с него стрясёт ещё легче, чем с Жорки.
- Кстати, - спохватился он, - вчера эти гадские тёлкипотравили капусту возле речки. Что мне за это светит?