Страница 50 из 77
— Как… — он запнулся. — Никак. Ты просто человек. Со своими страхами и секретами. Как все.
Он взял свечу и направился к двери.
— Завтра мы поговорим, — сказал он. — О твоём будущем. О моём. О том, что делать с письмом.
— Хорошо, — сказала я.
Он вышел.
Я осталась одна.
«Он не поцеловал меня, — подумала я. — Но зато испугался летучей мыши.»
Я засмеялась.
Громко, от души, как не смеялась с тех пор, как была маленькой девочкой, когда мама была жива.
Смех вырвался наружу, и я не могла его остановить.
Люцифер, сидевший на полке, посмотрел на меня в упор.
— Что? — сказала я коту. — Я имею право смеяться.
Кот отвернулся.
— Ты тоже испугался, — сказала я.
Кот мявкнул, будто сказал: «Не докажешь».
Я легла на пол, положила руки под голову и уставилась в потолок.
Всё было странно. Всё было непонятно. Всё было больно и смешно одновременно.
Он читал моё письмо. Он подозревал меня. Он прижимал меня к стене и почти поцеловал.
Но не поцеловал.
Зато испугался мыши.
«А может, он просто притворялся, — подумала я. — Может, он не боится мышей, а решил меня разрядить? Увидел, что я на грани истерики, и создал ситуацию, чтобы я рассмеялась?»
«Граф? Создал ситуацию? С летучей мышью?»
«А почему бы и нет? У него есть ключи ото всех дверей. Может, он сам запустил мышь в кладовку, чтобы отвлечь меня от паники.»
«Ты параноик, Лиссия.»
«Я выживаю.»
Я не знала, что правда, а что вымысел. Но знала одно: после сегодняшней ночи я перестала бояться графа.
Теперь я боялась только одного: что однажды он узнает правду и возненавидит меня.
А это было страшнее любой летучей мыши.
На следующее утро граф не заговорил со мной о письме. И не о будущем. И не о прошлом.
Он просто взял конверт, который лежал на столе (я оставила его там, когда уходила), и сказал:
— Я передам. Леди фон Штайн. Запомнил.
— Спасибо, — ответила я.
— Не благодари, — ответил он. — Я делаю это не для тебя.
— А для кого?
— Для летучей мыши, — сказал он и вышел.
Я стояла в пустой столовой.
— Для летучей мыши, — повторила я.
И улыбнулась.
Он шутил. Железный граф шутил.
Это был первый шаг.
К чему — я не знала.
Но мне нравилось направление.
Через три дня граф уехал в столицу.
Перед отъездом он зашёл на кухню — зачем-то, хотя кухарка могла сама передать ему припасы в дорогу.
— Мира, — сказал он.
— Да, милорд?
— Письмо отправлено. Я лично отдал его леди фон Штайн.
— Вы видели её?
— Видел. — Он помолчал. — Она передаёт привет «племяннице». И сказала, что «дядя» здоров. А «тот человек» всё ещё ищет. Но она сделает всё, чтобы его остановить.
— Что значит «остановить»? — спросила я, холодея.
— Не знаю, — ответил он. — Может быть, найдёт другую невесту. Может быть… —он посмотрел на меня, — убьёт.
— Убьёт?
— Леди фон Штайн очень влиятельная женщина, — сказал граф. — И очень богатая. Если она захочет убрать конкурента — она это сделает.
— Вы шутите?
— Я не шучу, — ответил он. — Особенно когда дело касается её крёстной дочери.
Он вышел.
Я осталась стоять с тряпкой в руке.
«Он видел леди фон Штайн, — думала я. — Он говорил с ней. Он знает моё настоящее имя.»
«Нет, не знает. Если бы знал — назвал бы.»
«Может быть, она сказала ему, но он молчит?»
«Зачем?»
Я не знала.
Но знала одно: всё менялось. И не в мою пользу.
Или в мою?
Я ничего не понимала.
Поэтому я просто делала свою работу.
Мыла полы.
И ждала.