Страница 35 из 67
Азраэль поднял щиты, встав между тварями и отходящим Глюком. Шонгары двигались слаженно, охватывая полукругом.
Держись в верхних двадцати процентах, — напомнил он себе совет Ника. — Не в первых.
— Первый залп по моей команде, — передал командир. — Цельтесь в вожака, тот, что слева.
«Тот, что слева» вожаком не был — Азраэль видел это по осадке корпуса и глубине шага. Вожак шёл вторым справа, прикрываясь рядовым. Но поправлять командира значило объяснять, откуда семнадцатилетний новичок читает строй охотничьей тройки.
— Огонь!
Залп ударил по тварям, отбросив их, но не уничтожив. Шонгары зашипели и пошли в атаку зигзагами.
Азраэль работал расчётливо: смещался влево — в жёсткую, неповоротливую сторону тварей, — стрелял на упреждение, дважды «случайно» оказался именно там, куда выносило рядового из манёвра. Двух шонгаров сняли общим огнём; третьего — вожака — Азраэль подставил под перекрёстный залп звена, аккуратно, на полсекунды позже, чем мог бы: ровно настолько, чтобы вписаться в верхнюю пятую часть рейтинга, а не в его вершину.
— Отличная тактика, Центурион, — отметил командир. — Как ты угадал их манёвры?
— Интуиция, — ответил Азраэль. — И удача.
И десять тысяч лет владения этой породой, — дополнил Осколок. — Но твоя версия короче.
Остаток симуляции прошёл по протоколу: сбор данных о структуре Разлома, установка виртуального стабилизатора, возвращение. Когда виртуальность начала таять, Азраэль поймал странное чувство потери — при всей искусственности, в этом взаимодействии с тварями было что-то от дома.
— Впечатляющие результаты, мистер Ревен, — сказала Линг, когда он выбрался из капсулы. — Особенно для первого погружения. Нейросинхронизация — в верхних процентах среди новичков, тактические решения показывают необычный уровень интуитивного понимания поведения существ.
Она протянула планшет с графиками.
— Рекомендую продолжать. С такими показателями вы быстро дойдёте до продвинутых моделей и реальных операций.
— Спасибо, профессор. Это было... познавательно.
— Ещё бы! — Глюк вынырнул рядом, сияя. — Ты уверен, что раньше не управлял дронами? Это была работа профессионала!
— Просто повезло.
— Везение — недооценённый навык, мистер Ревен, — сказала Линг с тонкой улыбкой. — Особенно когда проявляется так последовательно. До следующего занятия. — Она кивнула и отошла к другим кадетам.
Зафиксируй, — негромко сказал Осколок. — Она смотрела не на твои графики. Она смотрела, как ты на них смотришь. Эта женщина оценивает не операторов. Она оценивает аномалии.
— Ты должен вступить в нашу команду! — Глюк вцепился в его рукав, едва Линг отдалилась. — «Охотники за данными» — наша группа операторов! Мы спецы по разведке и аналитике, но нам не хватает тактика для защиты. Твой стиль идеален! С тобой мы можем претендовать на региональные операции!
— Звучит интересно, — сказал Азраэль. — Когда вы собираетесь?
— Завтра после уроков, в «Цифровом Импульсе»! Там приватные комнаты с симуляторами. Познакомлю с остальными! — Глюк выудил карточку. — Вот адрес и мой контакт.
На выходе из зала Азраэля окликнули:
— Ревен.
Сержант Риггс стоял у грузового лифта, прислонившись плечом к косяку, и разглядывал его с выражением, которое трудно было прочесть.
— Слышал, ты записался к Линг, — сказал он. — Первая сессия — верхняя пятёрка новичков. После трёх недель комы.
— Мне везёт, сержант.
— Угу. — Риггс неторопливо жевал что-то, похожее на зубочистку. — Знаешь, я ведь не всегда гонял школьников по матам. Десять лет в поле. S-ранг, силовое закрытие Разломов. — Он смотрел куда-то мимо, в стену, и шрам на его щеке в холодном свете подвала казался свежее. — В моей последней операции мы пошли на крупную дыру. Штатная зачистка, двенадцать человек, все — не первый год. А из дыры вышло то, чего не было в справочниках. — Пауза. — Выжили трое.
— Мне жаль, — искренне сказал Азраэль. И, поколебавшись, добавил: — Что это было?
— Не знаю. Никто не знает. Высокое, тонкое, и... — Риггс пошевелил пальцами, подбирая слово, — вежливое. Оно не рвало нас, как зверь. Оно нас разбирало. Смотрело, что внутри. — Он перевёл взгляд на Азраэля, и взгляд был тяжёлый, старый. — Я это к чему, парень. Везение на симуляторе — хорошая штука. Но между симулятором и полем — та самая разница, что между справочником и тем, что из дыры выходит. Когда Линг предложит тебе реальную операцию — а она предложит, я её знаю, — вспомни трёх из двенадцати. И реши на трезвую голову.
Он оттолкнулся от косяка и шагнул в лифт. Уже из кабины бросил:
— А когда врачи снимут ограничения — приходи в зал. У тебя всегда был потенциал, Ревен. Возможно, то, через что ты прошёл, поможет его раскрыть.
Двери сошлись. Азраэль остался в коридоре, и Осколок молчал ровно четыре секунды — свою высшую форму уважения.
«Высокое, тонкое и вежливое», — повторил он наконец. — Владыка. Под это описание из всей Бездны подходят единицы. И одного из них мы с тобой недавно поминали. В списке тех, кого не было среди предателей.
«Крил не выходил в мир людей. Никогда».
«Никогда» — слово из прошлой эпохи. Как и «мёртв». Идём, у нас по расписанию преступление.
Преступление называлось скромно: комната Т-4, «Хранилище калибровочных образцов». Азраэль приметил её ещё на входе — не глазами. Чутьём. Сквозь свинцовую облицовку и три слоя защиты из-за двери сочился слабый, придушенный, но безошибочный фон Бездны.
Он дождался пересменки операторов — Ник по его просьбе за девяносто секунд вытащил график дежурств из внутренней сети, сопроводив файл единственным комментарием: «Обсудим твоё определение слова "экскурсия" вечером», — и вошёл в короткое слепое окно между обходами.
Комната Т-4 была тесной: стеллажи, свинцовые пеналы, маркировка. «Образец 12-Д: ядро, класс D, изъято при зачистке, сектор Восточный». «Образец 07-Е: фрагментированное ядро...» Осколок читал маркировки быстрее, чем Азраэль успевал водить взглядом.
Вот оно, — сказал он у нижней полки. — Пенал 19. Ядро класса D, целое, списано в утилизацию: «деградация сигнатуры, для калибровки непригодно». Перевожу с корпоративного: оно умирает. Через неделю-две развеется само. Никто не хватится того, что уже похоронено.
Азраэль откинул крышку пенала. Внутри, в гнезде из гасящего геля, лежало ядро — сфера с кулак размером, тёмная, с ленивыми прожилками угасающего фиолетового света. От неё тянуло знакомым: тварь была из ловчих, из тех, что душат добычу теневой нитью.