Страница 13 из 67
— Нашёл то, что искал? — раздался за спиной спокойный голос.
Азраэль медленно обернулся. Ник стоял в дверном проёме, прислонившись к косяку, с выражением вежливого любопытства. Ни гнева, ни возмущения — только холодный интерес.
— Извини за вторжение, — сказал Азраэль, решив не отрицать очевидное. — Твоя работа... впечатляет.
— Спасибо. — Ник вошёл и закрыл за собой дверь. — Обычно люди находят это пугающим. Даже родители. Особенно родители. — Он подошёл к стене и поправил одну из нитей. — Но ты не похож на обычных людей. Верно, брат?
Последнее слово снова прозвучало с той интонацией, от которой Азраэль подобрался.
— Что ты имеешь в виду?
Ник улыбнулся — пластмассово, одними губами.
— Три недели назад мой брат Валериан умер в больнице, — сказал он ровно. — Его мозг перестал функционировать, сердце остановилось на сорок семь секунд. А потом... что-то произошло. Что-то, не поддающееся рациональному объяснению в рамках современной науки.
Он подошёл ближе, разглядывая лицо Азраэля с вниманием коллекционера, изучающего редкий экспонат.
— Его тело ожило. Но то, что вернулось, — не совсем Валериан, верно? — Он склонил голову набок. — Я чувствую это. Вижу. То, как ты двигаешься, как говоришь, как смотришь на мир, — всё неправильно. Слишком точно для человека. Слишком... чуждо.
Азраэль молчал, взвешивая ситуацию. Ребёнок видел сквозь маскировку — и не выказывал ни страха, ни враждебности. Только любопытство.
Тридцать секунд, — сухо отметил Осколок. — Мы продержались в этом доме тридцать секунд наедине с ним. Вычёркиваю «конспирацию» из списка наших талантов.
— Ты не боишься? — спросил Азраэль наконец.
— Страх иррационален, когда нет непосредственной угрозы, — ответил Ник. — Ты мог убить меня десятком способов с момента возвращения, но не сделал этого. Следовательно, у тебя есть причины поддерживать маскировку и мирно сосуществовать с этой семьёй.
Азраэль не мог не восхититься этой логикой.
— Умно, — признал он. — И что ты намерен делать с этим знанием?
Ник пожал плечами:
— Пока ничего. Ты — самая интересная аномалия, с которой я сталкивался. Я хочу изучить тебя. Понять. — Его глаза загорелись странным огнём. — Ты ведь оттуда, да? Из Бездны?
Азраэль колебался. Сказать правду этому странному ребёнку? Или солгать, рискуя потерять потенциально ценного союзника?
Совет постороннего, — вмешался Осколок. — Он вычислил тебя за тридцать секунд по походке. Ложь проживёт меньше.
— Да, — признал Азраэль. — Я из Бездны. Или из того, что вы называете Бездной.
— Я так и думал! — В голосе Ника впервые проскользнуло что-то похожее на детский восторг. — Как там? Какова структура вашего общества? Есть ли там физические законы, аналогичные нашим? Как...
— Ник, — Азраэль поднял руку. — Я отвечу на твои вопросы. Но сначала мне нужно знать, что ты не расскажешь об этом родителям. Или кому-либо ещё.
Мальчик фыркнул:
— Я три года исследую Разломы и собираю данные о Бездне. Если бы я хотел кому-то рассказать, давно рассказал бы. — Он подошёл к столу и выдвинул ящик. — Кроме того... у меня есть собственные секреты.
Он достал маленькую шкатулку — похожую на ту, что Азраэль нашёл под матрасом, — и открыл её. Внутри лежал крошечный осколок, почти близнец багрового, но с зеленоватым, болотным отливом.
В голове Азраэля что-то оборвалось — короткий сбой, как пропущенный такт в вечном ритме. Осколок молчал. Впервые за неделю — молчал по-настоящему: не выжидающе, не ехидно. Глухо.
— Я нашёл его два года назад у полузатопленной станции метро, — сказал Ник, глядя на кристалл с нежностью, с какой другие дети смотрят на щенков. — С тех пор... я вижу вещи. Чувствую вещи. Понимаю то, что другие понять не могут.
Осколок Зелёной Бездны, — узнал Азраэль. — Домен Князя Эхеранта. Повелителя разума и безумия.
Подтверждаю, — Осколок наконец ожил, и голос его звучал тише обычного. — Сигнатура Эхеранта. Владыка, из семи изначальных Князей этот был единственным, чьих владений избегал даже ты. И часть его короны два года живёт в детской комнате. В шкатулке. Рядом с учебником алгебры.
Я обязан зафиксировать вопрос, который мы оба не хотим задавать: почему осколки двух Князей нашли двух братьев в одном доме?
Азраэль не ответил. Ответа у него не было — а пробелы в архивах, как он уже усвоил, опаснее врагов у ворот.
— Ты изменился после его находки, — сказал он вслух. Не вопрос — утверждение.
— Да, — кивнул Ник. — Мама думает, это гормоны и переходный возраст. Папа считает, что у меня высокофункциональный аутизм. Школьный психолог диагностировал «социопатические наклонности с элементами диссоциативного расстройства». — Он усмехнулся. — Но правда в том, что я просто... проснулся. Увидел мир таким, какой он есть.
Азраэль смотрел на этого странного ребёнка и видел отражение себя самого — существа, не принадлежащего целиком ни одному из миров. Не человек, но и не создание Бездны. Нечто среднее. Нечто новое.
— Думаю, у нас много общего, Ник, — сказал он наконец. — Возможно, мы сможем помочь друг другу.
— Взаимовыгодное сотрудничество, — кивнул Ник. — Ты получаешь информацию о мире людей и помощь в адаптации. Я получаю знания о Бездне от первоисточника. Логично и эффективно. — Он протянул руку. — Партнёры?
Азраэль посмотрел на маленькую бледную ладонь — и после секундного колебания пожал её.
— Партнёры.
Исторический момент, — прокомментировал Осколок. — Князь Бездны заключает первый союз новой эпохи. С тринадцатилетним носителем осколка безумия. Заношу в летопись. Раздел выбираю между «Возрождением» и «Курьёзными кончинами» — пусть решит время.
В этот момент с первого этажа донёсся голос Елены:
— Мальчики! Спускайтесь, папа вернулся!
Виктор Ревен — высокий мужчина с военной выправкой, коротко стриженными седеющими волосами и внимательными серыми глазами — стоял в прихожей, снимая пальто, когда Азраэль и Ник спустились по лестнице.
— Валериан, — голос его был глубоким и сдержанным. — Рад видеть тебя дома.
Он подошёл и положил руку на плечо «сына», всматриваясь в его лицо. Азраэль ощутил странное напряжение.
— Спасибо... отец, — ответил он, подбирая обращение. — Я тоже рад вернуться.
— Ты выглядишь лучше, чем я ожидал, — заметил Виктор, чуть нахмурившись. — Доктор Лазарь говорит, твоё восстановление идёт с удивительной скоростью.