Страница 63 из 67
Он протянул руку через стол. Я вложила свою ладонь в его. Пальцы переплелись.
— Агнесса, — сказал он.
— Что?
— Ты знаешь, что я не уйду?
— Знаю.
— Ты не боишься?
— Чего?
— Что будет трудно. Что мой брат вернётся. Что Орден не отстанет. Что я когда-нибудь сорвусь и подожгу твою кухню.
— Ты уже поджигал. Я потушила.
— В следующий раз могу не успеть.
— Успеешь. Ты ведьма. А я — пиромант. Мы справимся.
— Ты уверена?
— Нет. Но мы справимся.
Он поднёс мою руку к губам. Поцеловал пальцы — каждый, медленно, нежно. Я чувствовала тепло его губ — не магическое, обычное. Живое.
— Эдвудс, — сказала я.
— М?
— Это не глупость.
— Что?
— Всё. Мы. Поцелуи. Ужин. Кошка, которая ушла.
— А что это?
— Это жизнь.
Он встал. Обогнул стол. Остановился за моей спиной. Положил руки на плечи — не сжимал, не давил. Просто держал.
— Агнесса, — сказал он.
— Да.
— Я никогда не готовил тебе ужин.
— Ты не умеешь готовить.
— Я научусь.
— Зачем?
— Чтобы ты иногда отдыхала.
— Я не умею отдыхать.
— Научишься.
— С тобой?
— Со мной.
Он наклонился и поцеловал меня в макушку. Я закрыла глаза. Пахло дымом, мятой и домом.
— Эдвудс, — сказала я.
— Да.
— Ты правда думаешь, что у нас получится?
— Не знаю. Но я буду стараться.
— Я тоже.
— Тогда идёт.
— Идёт.
Мы помыли посуду вместе. Он мыл — я вытирала. Полотенце у нас было одно на двоих, поэтому мы то и дело сталкивались руками, пальцами, локтями. Неловко. Уютно.
— Агнесса, — сказал он, когда тарелки были убраны.
— М?
— Пойдём в гостиную. К камину.
— Я устала.
— Я тоже. Посидим.
— Хорошо.
Мы разожгли камин — он зажёг, я сложила дрова. Плед — опять на полу. Подушки — рядом. Вино — новое, не то, что в прошлый раз.
— За что пьём? — спросила я.
— За выбор.
— Какой выбор?
— Мы выбрали друг друга. Без магии. Без проклятия. Без принуждения.
— Выбрали.
Мы чокнулись. Вино было терпким, тёмным, как ночь за окном.
— Агнесса, — сказал он.
— Да.
— Ты знаешь, что я не хочу быть с тобой от скуки?
— Знаю.
— И не от жалости?
— Тоже знаю.
— И не потому, что мне некуда идти?
— Эдвудс, — я повернулась к нему. — Я знаю. Ты это уже говорил. Не надо повторять.
— Надо. Потому что я хочу, чтобы ты была уверена.
— Я уверена. — Я положила голову ему на плечо. — Я не была уверена семь лет. Ни в чём. Ни в себе. Ни в мире. Ни в людях. Но в тебе — уверена.
— Почему?
— Потому что ты выбрал меня. Свободно. Самостоятельно. Без выгоды.
— А ты?
— А я выбрала тебя. Когда открыла дверь в переулке.
— Ты испугалась?
— Я испугалась. Но открыла.
— Почему?
— Твои глаза. Они были похожи на мои.
— Одинокие?
— Испуганные.
— Я не испугался.
— Врёшь. Я видела.
— Уже нет.
— Теперь — нет.
Он поцеловал меня. Нежно, медленно, как обещал. Я ответила. Искренне. Неуклюже. По-настоящему.
— Агнесса, — сказал он.
— Да.
— Я люблю тебя.
— Я знаю.
— Скажи это.
— Я люблю тебя, Эдвудс.
— Спасибо.
— Не за что.
Огонь в камине догорал. Угли светились красным, тёплым, живым. За окном завывал ветер — но нам было не холодно.
— Эдвудс, — сказала я.
— Да.
— Ты останешься сегодня?
— Навсегда.
— Навсегда — это долго.
— А мы никуда не спешим.
Он обнял меня. Я закрыла глаза.
Кошка пришла, посмотрела на нас, вздохнула и ушла.
— Даже она одобряет, — сказал он.
— Она всегда одобряла. Просто не показывала.
— Кошки такие.
— Люди тоже.
— Люди такие.
Мы замолчали. Огонь догорел. За окном рассветало.
— Эдвудс, — сказала я.
— Да.
— Ты не пожалеешь?
— О чём?
— О том, что связал свою жизнь с ведьмой.
— Я связал свою жизнь с женщиной. Которая оказалась ведьмой. Это разные вещи.
— Для тебя?
— Для меня — это одно и то же.
— Что?
— Счастье.
Я улыбнулась в темноте. Он не видел — но чувствовал.
— Агнесса, — сказал он.
— М?
— Ты спишь?
— Нет. Думаю.
— О чём?
— О том, что я боялась.
— Чего?
— Что умру одна.
— Не умрёшь.
— Откуда знаешь?
— Потому что я буду рядом.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Я заснула у него на плече. Он — у меня на груди. Мы спали так, как не спали никогда — спокойно, глубоко, без снов. Потому что нечего было бояться. Потому что всё, что должно было случиться, уже случилось.
А что должно было начаться — начиналось сейчас.
Утром я проснулась от того, что он гладил меня по голове.
— Доброе утро, — сказал он.
— Доброе.
— Ты спала?
— Да. А ты?
— Плохо. Боялся, что ты исчезнешь.
— Я здесь.
— Вижу.
Он улыбнулся. Я — тоже.
— Эдвудс, — сказала я.
— Да.
— Я хочу тебя кое о чём попросить.
— О чём?
— Никогда не уходи без прощания.
— Хорошо.
— И не умирай без моего разрешения.
— Постараюсь.
— И не жги мои скатерти.
— Не обещаю. Но буду стараться.
Я засмеялась. Он — тоже. Кошка пришла, села на подоконник и посмотрела на нас с укором.
— Даже она знает, что мы дураки, — сказал он.
— Дураки, — согласилась я. — Но счастливые.
— Это главное?
— Это всё.
Он взял меня за руку. Я сжала ладонь.
— Агнесса, — сказал он.
— Да.
— Спасибо. За ужин. За поцелуи. За то, что открыла дверь.
— Не за что.
Он поцеловал меня. Я — его. Мы стояли на кухне, босиком, в старых рубашках, нечёсаные, сонные — и были самыми красивыми друг для друга.
Потому что любовь — это не магия. Это выбор. Мы выбрали. И теперь — вместе.
Навсегда.
Или нет.
Но это уже не важно.
Важно то, что сегодня. Сейчас. Здесь.
Мы.