Страница 42 из 85
— Ничего, — сквозь зубы отвечала подруга и поспешно уходила.
Любе это было непонятно и неприятно, однако, что поделаешь. Не бегать же за ней. Пусть обижается, а у Любы и другие подруги найдутся. Вот только, когда обнаружилось, что деньги закончились, а до стипендии еще целая долгая неделя, никто из деревенских подруг выручить не смог. Одолжить немного денег могла бы обеспеченная Анька, но та, как назло, продолжала дуться и сторониться.
…И вот теперь Люба идет по залитой полуденным солнцем нарядной весенней улице, совершенно не представляя, что делать. Живот сводило от голода так, что иногда хотелось согнуться пополам. Пройдя через перекресток, она очутилась на площади. Оттуда прошла еще немного, мимо старинных зданий.
Голод все усиливался, казалось, кто-то грызет ее изнутри.
Как вдруг Люба увидела смутно знакомый кирпичный дом с массивным крыльцом. Сквозь стекло были видны те самые уютные занавески, герань на подоконнике. Она сразу вспомнила — именно сюда они однажды в детстве заходили с мамой. Но к кому именно? То ли здесь жил мамин брат, то ли сестра, то ли кто еще из родственников.
Ноги сами понесли ее к крыльцу. Да, она сейчас зайдет к этим людям, пусть и не знает их толком. Будет сидеть и что-нибудь бесконечно рассказывать — до тех пор, пока не предложат чаю или не начнут обедать. Да что угодно будет делать, лишь бы не остаться голодной.
Войдя в первую же большую комнату, Люба увидела знакомые напольные часы с кукушкой, дорогой патефон, буфет с фарфоровой посудой. И длинный обеденный стол, за которым сидели несколько человек.
— Здравствуйте, — произнесла девушка. — Приятного аппетита!
Люди — женщина и мужчина средних лет и двое подростков, — подняли головы от своих тарелок и с недоумением на нее посмотрели. Но Люба с самым будничным видом уселась за стол, взяла тарелку, положила туда еды и принялась есть.
«Получила прививку? — мрачно спросила она саму себя, с наслаждением пережевывая кусок мяса из борща. — Вот чтоб больше! Никогда в жизни! Так не делала! Поняла, Любовь Тимофеевна?».
За чаем женщина с мужчиной делились какими-то своими новостями, что-то деловито обсуждали.
— Ты ведь дочка Натальи? — наконец, обратилась к девушке хозяйка дома. — Ты как здесь?
— Учусь в педучилище, — ответила Люба, допивая чай, — вот решила зайти вас проведать.
— Но у тебя все хорошо? Мне показалось, ты чем-то была расстроена, когда вошла. Тебе мама дала наш адрес?
— Нет, шла мимо и вспомнила, как мы сюда приходили. Только, к сожалению, не помню, как вас зовут.
Собеседники залились смехом. Женщина, утираясь салфеткой, показала на мужчину:
— Это дядя Владислав, брат твоей мамы. А я его жена, Анна Брониславовна. Надеюсь, ты теперь будешь почаще к нам заходить?
— Да, буду заходить, — сказала растроганная Люба, — спасибо.
Признаться, что оказалась в затруднительном положении? Или не надо? Чего доброго, обидятся, скажут, мол, прибежала только когда помощь понадобилась? Но тут хозяйка дома сама помогла.
— Ты в общежитии живешь? Стипендия, должно быть, маленькая? А приходи-ка ты к нам каждый день обедать. Все-таки домашняя еда привычнее. Будем рады. А из-за трудностей не расстраивайся. Знаешь, как люди говорят — за одного битого двух небитых дают.