Страница 30 из 85
…После поминок она долго сидела за столом, глядя в одну точку. Дети затихли в своей комнате. Тимофей возился в сенях. Но надо было вставать и продолжать бесконечные дела — стирку, готовку, штопку никто ведь не отменял.
В один из ближайших вечеров Зоя подошла к матери и сказала:
— Мам, а Петя говорит, что скоро появится корова.
— Какая еще корова? — Наталья как раз вдевала нитку в иголку, зашивая одежду ребятишек. — Не будет у нас никакой коровы, ты что? Все коровы давно в колхозе, сама знаешь.
— Да я знаю, но не у нас появится. Он говорит о корове как о какой-то беде.
Наталья только плечами пожала. О какой беде? Мало ли что ребенок неразумный скажет. Но на всякий случай надо провести с детьми беседу — рассказать им, как обращаться с коровами и лошадьми, чтобы ненароком не лягнули.
А жизнь шла, тридцать шестой год подошел к концу. В начале ноября уже ударили первые морозы, дороги покрылись наледью. По утрам деревянные настилы во дворе дома мерцали белым инеем. Да и темнеть стало раньше.
В клубе уже готовились к Новому году — тащили елку, развешивали флажки. С улицы через окно можно было увидеть украшенный нарядный зал для танцев. За клубом залили каток, повесили лампочки на столбах, по вечерам оттуда доносилась музыка и смех молодежи. Со дня на день ожидали приезда бригады с киномехаником, который будет показывать фильм «Веселые ребята».
«Колхоз „Новая заря“ уверенно шагает в счастливое будущее», — твердили буквы с плакатов.
— Как же нам повезло, что живем в такое время и в такой стране, — не уставали повторять на собраниях и на уроках в школе.
Ощущение приближающегося праздника витало в воздухе, кружилось над крышами домов, оседало на широких мостовых.
Тимофей давно уже ездил не на тракторе, а на автомобиле ЗИС-5, а его товарищ Петр — на АМО. По вечерам после работы они часто задерживались в гараже, ремонтируя своих железных коней. Но это не было в тягость, наоборот, интересно самим во всем разобраться.
Вот и в тот вечер несколько часов они провозились, пытаясь отремонтировать фары, которые иногда на ходу барахлили и переставали включаться.
— Мне ж завтра в город ехать, в горком, — поделился с другом Тимофей, — за подарками для колхозных ребятишек. А вдруг что в дороге?
— Давай еще раз цепь проверим, — Петр копался в моторе, чихая от бензина.
Внезапно скрипнула дверь. В огромном помещении гаража гулко раздались чьи-то осторожные шаги.
— Кого там черт носит? — высунулся Петр из-под капота.
На пороге стоял Нежинский. Бледный, с каким-то странным блеском в глазах. В руках трепыхалась папка с бумагами.
— Добрый вечер, — голос у него был ровный, деловитый, — а я отчет хотел показать.
— Какой отчет, кому? — Тимофей выпрямился, вытирая руки ветошью. — В гараже?
— Да я вообще-то искал, — замялся директор школы и вдруг сделал шаг вперед, заглядывая в кабину. — А что, машину починили? Вы проверьте потом обязательно, по селу прокатитесь. Как раз темно, сразу будет видно…
— Чего? — Петр озадаченно взъерошил волосы на затылке. Учитель дает советы им, шоферам? Но вслух ответил: — Проверим, конечно.
— Ну-ну, — Нежинский величественно кивнул и вышел такими же осторожными шагами.
— Странный он сегодня, — пожал плечами Петр.
Через полчаса машина была готова. Тимофей сел за руль, Петр рядом.
— Поехали, проверим.
Они выехали из гаража, миновали центр, вырулили на проселочную дорогу, что шла вдоль колхозных полей. Фары светили ярко, ровно. Тимофей выдохнул — все работает.
Но в ту же секунду свет, струящийся по дороге, погас.
— Твою мать, — Тимофей вцепился в руль, — я по тормозам, а то…
Он хотел сказать, что лучше сбавить скорость, а потом сделать полную остановку. Но не успел. Под грохот металлической подвески радиатор налетел на что-то огромное и твердое.
— Что это было? — Петр побелел.
— Ты что же творишь? — услышал Тимофей чей-то очень знакомый голос, который продолжал надрываться: — Колхозное имущество!.. Уби-ил!
Ни слова не говоря, он выпрыгнул из кабины. Ноги подкосились, когда он увидел в свете единственного фонаря на столбе бездыханную корову прямо перед капотом.
Откуда-то из темноты выступил орущий Нежинский, потрясая папкой с бумагами. Рядом появился Петр. Но Тимофей не слышал ни того, что они говорили, ни обрывков музыки, доносившихся из клуба. В голове молотками стучали мысли о жене и семье. Что теперь с ними со всеми будет?