Страница 37 из 62
Но я не хочу. Я так устала бояться и быть правильной. Устала ждать, когда кто-то другой решит за меня.
Я смотрю на Кассиана. Он все еще стоит у колонны. Его взгляд тяжелый, прожигающий. Он просто смотрит, и в этом взгляде столько собственничества, что внутри все закипает. Он целовал другую, уходил с ней, а теперь смотрит на меня так, будто я ему принадлежу.
Злость поднимается во мне, горячая, глупая, пьяная.
— Хорошо, — говорю я, глядя Ариону в глаза. — Уединимся.
Он улыбается. Мягко, почти нежно. Берет меня за руку и его пальцы переплетаются с моими, чувствую, как он слегка сжимает их.
— Идем, — говорит он.
Я смотрю на Кассиана. Его лицо не меняется, но я вижу, как его рука, висящая вдоль тела, сжимается в кулак. Как желваки ходят на скулах и он делает шаг в нашу сторону, но замирает
Арион ведет меня сквозь толпу. Я чувствую на себе сотни взглядов, но смотрю только на спину Ариона. Широкие плечи, узкая талия, бедра, обтянутые тонкой тканью штанов.
Мы проходим мимо ледяной колонны, и я краем глаза замечаю Лориэна. Он стоит в тени, скрестив руки на груди, и смотрит на меня с той же хищной улыбкой. Он что-то шепчет женщине рядом, та смеется, но его взгляд не отрывается от меня.
Я отворачиваюсь.
Арион ведет меня к нише в стене, скрытой тяжелой тканью, которая колышется от движения воздуха. Он отодвигает ее и пропускает меня вперед. Я захожу и чувствую, как ткань закрывается за нами, отсекая музыку, свет, взгляды.
Здесь тише. Темнее. Только слабый свет проникает сквозь щели в ткани, и я вижу его спокойное лицо.
— Ты уверена? — спрашивает он.
Я не отвечаю. Смотрю на него и думаю о Кассиане. О его губах, которые целовали другую, и руках, которые скользили по чужому телу. О его взгляде, который обещал мне что-то и отнял.
— Да, — говорю я.
Арион наклоняется и целует меня снова. Медленно. Глубоко. И я закрываю глаза, позволяя себе упасть.
Он останавливается и смотрит на меня. Лицо Ариона в полумраке кажется вырезанным из камня, но глаза теплые. Они скользят по моему лицу, по шее, по открытой груди, и я чувствую, как кожа под его взглядом становится горячей.
— Ты дрожишь, — говорит он. — От страха?
— Не знаю, — отвечаю я честно. Голос звучит тише, чем хотелось бы.
Он протягивает руку и касается моего плеча, там, где платье открывает кожу. Пальцы горячие, уверенные. Он проводит ими вниз, по руке, до самого локтя, и я чувствую, как по коже бегут мурашки.
— Я не сделаю ничего, чего ты не захочешь, — говорит он. — Обещаю.
Я смотрю на него. На его губы, которые целовали меня. Эту грудь, которая блестит в свете звезд. На его руки, которые лежат на моей талии, такие сильные и нежные.
— А если я не знаю, чего хочу? — спрашиваю я.
Он улыбается.
— Тогда я помогу тебе узнать.
Он наклоняется и целует меня. Не так, как в зале, быстро и требовательно, а медленно. Глубоко. Его язык скользит по моим губам, и я открываю рот, позволяя ему войти. Он пахнет вином и чем-то пряным, и этот запах кружит голову. Его руки скользят по моей спине, по открытой коже, и я чувствую, как платье сползает ниже, открывая грудь.
Я должна остановиться, но тело не слушается. Или не хочет слушаться.
Мужчина отрывается от моих губ и смотрит мне в глаза.
— Ты красивая, — говорит он. — Самая красивая женщина в этом зале.
Я не верю ему, но в этот момент мне все равно.
Он целует мою шею, ключицы, опускается ниже, к груди. Его губы горячие, влажные, и я чувствую, как внутри разгорается огонь. Медленный, тягучий, он растекается по животу, по бедрам, заставляет меня выгибаться навстречу.
— Арион, — шепчу я, и мой голос срывается.
Он поднимает голову. В его глазах — желание. Чистое, открытое, без притворства.
— Да? — спрашивает он.
Я не знаю, что хочу сказать. Остановиться? Продолжить? Я смотрю на него и не вижу ответа.
Он снова целует меня, и его руки скользят по моим бедрам, приподнимают край платья. Я чувствую его пальцы на своей коже, горячие, уверенные, и внутри все сжимается.
— Ты хочешь этого? — шепчет он мне в губы.
Я открываю рот, чтобы ответить, и в этот момент чувствую боль.
Не моя. Чужая. Она врывается в меня внезапно, как удар под дых, как крик, который не успел сорваться с губ. Острая, пронзительная, она расползается откуда-то извне, но я чувствую ее каждой клеткой, будто клинок вошел в меня.
Я не слышу удара. Не вижу, откуда пришел клинок. Только чувствую, как Арион замирает. Как его тело напрягается и руки, которые только что ласкали меня, сжимаются на моей талии с нечеловеческой силой.
А потом я вижу кровь.
Она появляется у него на груди — темное пятно, которое расползается быстро, слишком быстро. Клинок прошел сквозь него, из спины в грудь, и острие торчит прямо перед моими глазами, блестя в тусклом свете.
Арион смотрит на меня. Его глаза широко открыты, в них горит удивление и боль, а потом его боль становится моей.
Мой дар откликается мгновенно. Не потому что я хочу, а потому что не могу иначе. Это как вдох, как удар сердца, как рефлекс, который нельзя подавить. Я чувствую, как клинок рвет его плоть, как металл скрежещет по костям, как его магия вытекает вместе с кровью.
Я чувствую его страх. Не перед смертью. Перед тем, что он не успел сказать, не успел сделать, не успел…
— Беги, — говорит он. Голос хриплый, чужой.
Он падает прямо на меня, и я чувствую тяжесть его тела, его кровь, которая заливает мое платье, руки и мое лицо. Я кричу, но не слышу собственного крика. Только звон в ушах и пульс, который колотится где-то в горле.
Кто-то оттаскивает его тело в сторону и я вижу лицо. Незнакомое. Мужчина в темной одежде, с холодными глазами и клинком в руке, с которого капает кровь. Черная кровь. Ариона.
— А ты, значит, та самая полукровка, — говорит он. Голос спокойный, почти будничный. — Жалкое зрелище.
Он протягивает руку, чтобы схватить меня, и в этот момент я вижу Кассиана.
Он возникает из ниоткуда. Стремительный, как сама ночь. Его клинок уже в руке, и он не кричит, не предупреждает. Просто бьет. Быстро. Точно.
Я слышу, как лезвие входит в плоть и мужчина в темном вскрикивает, падая на колени. Кассиан добивает его вторым ударом, и тело оседает на пол, рядом с телом Ариона.
— Лирель, — говорит Кассиан. Его голос прерывистый, тяжелый. — Ты как?
Я не могу ответить. Смотрю на Ариона и на его открытые глаза, которые уже ничего не видят. На его грудь, залитую кровью.
— Лирель! — Кассиан хватает меня за плечи, встряхивает. — Посмотри на меня.