Страница 36 из 62
Он подходит ко мне вплотную и я чувствую его запах. Лесной, острый и с ноткой чего-то сладкого. Его рука ложится на мою талию уверенно, так по собственнически. Его пальцы длинные, горячие, они сжимают мою кожу сквозь тонкую ткань платья, и я чувствую каждое прикосновение как удар.
Фейри наклоняется и его лицо так близко, что я вижу каждую ресницу, каждую искорку в его глазах. Неожиданно губы касаются моих. Нежно, властно и требовательно.
Мои руки сами поднимаются и ложатся на его грудь. Кожа под пальцами горячая, гладкая, и я чувствую, как бьется его сердце. Ровно, спокойно, будто он не волнуется ни капли.
Его поцелуй углубляется и я закрываю глаза, позволяя себе упасть. В темноту, музыку и в этот странный, пьянящий миг, где нет Кассиана, Лориэна или Вереса. Есть только я и он. И этот поцелуй, который заставляет меня забыть, кто я и где нахожусь.
Мужчина отрывается от моих губ медленно, нехотя, затем смотрит мне в глаза и улыбается.
— Ты сладкая, — говорит он тихо. — Как весенний мед.
Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но не могу найти слов. Только смотрю на него, чувствуя, как дрожат колени, как горит кожа там, где он касался меня.
Мужчина не отпускает мою талию,только чуть отстраняется, чтобы я могла дышать.
— Королева желает, чтобы ты осталась, — говорит он. — И я желаю того же.
Его рука все еще лежит на моей талии. Пальцы длинные, горячие, они слегка сжимают кожу сквозь тонкую ткань платья, и я чувствую каждое прикосновение как маленькую вспышку. Дым в воздухе делает мысли тягучими, а тело чужим, послушным, слишком расслабленным для того места, где я нахожусь. Но мне почему-то не страшно. Или страшно, но это чувство притуплено, спрятано где-то глубоко, под слоем музыки, вина и этого странного, сладковатого дыма.
— Кто ты? — спрашиваю я. Голос звучит хрипло, чужим голосом.
Он улыбается. Не так, как Лориэн или Верес, он улыбается открыто, почти по-человечески, и от этого становится только страшнее. Потому что в этой улыбке нет маски.
— Меня зовут Арион, — говорит он. — Я из Дома Полуночного Ветра. И я сделал это, потому что Королева пожелала.
Его пальцы скользят по моей талии выше, к ребрам, и я чувствую, как по коже бегут мурашки.
— А ты? — спрашиваю я, пытаясь собрать мысли. — Ты всегда делаешь то, что желает Королева?
Он наклоняет голову, и его темные волосы падают на лицо, закрывая один глаз.
— Сибела — наша госпожа. Ее желание — закон. Но в эту ночь, — он делает паузу, и его взгляд скользит по моему лицу, по губам, по шее, — ее желание совпало с моим.
Он не торопится и не давит. Просто стоит рядом, и его тепло проникает сквозь мою кожу, заставляет сердце биться быстрее, и я уже не могу понять, где заканчивается он и начинаюсь я.
— Зачем? — спрашиваю я. — Зачем ты меня поцеловал?
Арион смотрит на меня долго. Так долго, что я начинаю чувствовать себя неуютно под этим взглядом
— Потому что ты красивая, — говорит он наконец. — Ночь Черного Инея создана для того, чтобы делать то, что хочется, а не то, что правильно.
Мужчина проводит большим пальцем по моей скуле, и я чувствую, как кожа под его пальцем становится горячей.
— Ты гостья Зимнего Двора, Лирель. Королева пожелала, чтобы тебя угощали. Чтобы ты чувствовала себя желанной и не думала, что ты здесь только для того, чтобы страдать.
Его голос становится тише.
— Ты заслуживаешь внимания и заслуживаешь удовольствия. Заслуживаешь хотя бы одну ночь, когда ты не будешь думать о том, что будет завтра.
Я смотрю ему в глаза. Синие, глубокие, как ночное небо над замерзшим озером. В них нет обмана или я просто не могу его разглядеть.
— А если я не хочу?
Он улыбается.
— Тогда ты скажешь «нет», и я уйду. Никто не тронет тебя против воли. Таков закон Ночи.
Он делает паузу, и его пальцы замирают на моей талии.
— Но ты не сказала «нет».
Я перевожу взгляд туда, где на возвышении полулежит Королева Сибела. Она смотрит на нас и на ее лице нет той холодной отстраненности, которую я видела раньше. Только спокойное, почти скучающее любопытство. А потом она отводит взгляд, будто я больше не интересна.
Это почему-то злит.
Я смотрю дальше, ища взглядом Кассиана.
Он стоит у колонны. Один. Штаны висят низко на бедрах, открывая широкую, мускулистую талию и твердый пресс, на котором блестит пот. Свет свечей падает на его кожу, и я вижу каждую линию мышц, каждый шрам, каждую каплю влаги, которая стекает по его груди, по животу, ниже, туда, где начинаются бедра. Кассиан тяжело дышит. Я замечаю, как его губы приоткрыты, как он смотрит на меня сквозь полуприкрытые веки. И рядом с ним никого нет.
Та женщина с которой он уединялся за колоннами, уходит. Она двигается быстро, зло, ее лицо искажено недовольством. На ходу она поправляет цепочки на теле и что-то бросает в его сторону. Короткую, резкую фразу, которую я не слышу, но смысл которой понятен без слов. Она не получила того, чего хотела. Или получила, но не так, как хотела.
Кассиан даже не смотрит на нее. Его взгляд прикован ко мне и руке Ариона на моей талии. К тому, как близко мы стоим и я не отстраняюсь.
Его глаза темнее, чем я когда-либо видела. И в них столько всего, что у меня перехватывает дыхание. Он не двигается, но и не идет ко мне. Просто смотрит, и в этом взгляде все. Ненависть. Желание. Боль.
— Он смотрит на тебя, — тихо говорит Арион. — Твой страж.
— Он не мой страж, — отвечаю я, не отводя взгляда от Кассиана.
— Нет, — соглашается Арион. — Но он хочет им быть.
Я чувствую, как его пальцы сжимают мою талию чуть сильнее, возвращая мое внимание.
— Не смотри на него, — говорит он. — Хотя бы на эту ночь. Посмотри на меня.
Я поворачиваюсь к Ариону. Его лицо так близко, что я вижу каждую ресницу, каждую искорку в его глазах. Он красивый. Безумно красивый. Но не так, как Кассиан. По-другому.
— Королева желает, чтобы ты получила удовольствие сегодня, — говорит Арион. — И я предлагаю тебе уединиться. Там, где никто не будет смотреть и никто не будет мешать. Я не требую ничего взамен. Только то, что ты сама захочешь дать. Или не дашь ничего. Это твой выбор.
Я смотрю на него. На его губы, которые целовали меня минуту назад, его руки, которые лежат на моей талии. Такие горячие, такие уверенные.
В голове шумит. Дым делает мысли мягкими, округлыми, они скользят, не задерживаясь. Я знаю, что должна отказать. Должна развернуться и уйти. Выбежать из этого зала и спрятаться в своей комнате, где холодно и тихо.