Страница 32 из 62
Глава 11
НОЧЬ ЧЕРНОГО ИНЕЯ
«В эту ночь лед помнит все. А на утро забывает. Так устроен Зимний Двор».
Из устной традиции Подхолмья
ЛИРЕЛЬ
Меня будят мягким, настойчивым касанием магии, которая скользит по коже холодными пальцами.
Я вскакиваю с кровати раньше, чем успеваю вспомнить, где нахожусь. В комнате уже горит свет. Живой и мерцающий, с оттенком стали и лунного серебра. Он пульсирует в такт чему-то, чего я не слышу, но чувствую всем телом. Где-то далеко доносится низкий, тягучий гул. Музыка, которая будет звучать всю ночь. Музыка, от которой внутри разгорается странное, тревожное тепло.
Служанка ждет у двери. Сегодня она выглядит иначе и вместо простого серого платья на ней длинный темный халат, расшитый тонкими ледяными нитями, которые переливаются при каждом движении. Когда она делает шаг в мою сторону, эти нити вспыхивают холодным синим светом. Волосы распущены, и в них вплетены крошечные кристаллы, похожие на замерзшие слезы. Ее лицо кажется почти красивым, хотя я знаю, что это обман. Она полукровка, получеловек-полупикси и в ее красоте есть что-то неправильное, слишком острое и хищное для той тихой служанки, которую я видела раньше.
— Сегодня особенная ночь, госпожа, — говорит она тихо. В ее голосе нет обычной отстраненности, и это пугает. — Королева приказала подготовить вас лично.
Я молча киваю. Горло пересохло, в груди колотится что-то тяжелое. Девушка берет меня за руку и ведет в соседнюю комнату.
Пол из темного, почти черного льда, стены прозрачные, за ними молочная дымка. В центре купель, вырубленная из цельной глыбы, полная горячей воды. Пахнет хвоей, медом и еще чем-то сладким.
— Раздевайтесь, — говорит Миртл.
Я раздеваюсь и подхожу к купели, искупаться я совершенно не против, от меня уже наверняка неприятно пахнет.
— Ложитесь.
Я погружаюсь в воду и служанка начинает готовить меня. Она моет мои волосы, втирает в кожу масла. Ее руки скользят по шее, плечам, рукам, животу, ногам. Кожа начинает светиться и я даже вижу как под ней проступает тонкое серебристое сияние. От этого руки кажутся чужими.
— Фейри не используют косметику, как люди, — поясняет служанка. — Мы меняем плоть. На время. Сегодня вы будете выглядеть как гостья Зимнего Двора.
— А если я не хочу? — спрашиваю я.
— Вы хотите выжить, госпожа. Значит, будете выглядеть как нужно.
Вода в купели темнеет, после чего она помогает мне выйти. Капли стекают с тела, не оставляя следов, и кожа сразу становится глухой и гладкой.
— Теперь одежда.
Девушка достает платье и я не могу сдержать нервного вздоха. Ткань цвета замерзшей реки, серебристо-синяя, с глубокими тенями. И оно выглядит почти прозрачным… но когда пикси встряхивает его, становится плотным.
— Сначала белье, — говорит она.
Тонкие полоски ткани, кружево изо льда. Я касаюсь пальцами и меня обжигает холод. Разве лед не будет таять от тепла тела?
— Это необходимо?
— Королева приказала.
Ну раз королева… Надеваю ледяное кружево, затем служанка помогает мне шагнуть в платье. Платье без бретелей, Тткань обволакивает тело и держится на груди и бедрах. Вырез доходит почти до пупка, спина открыта до копчика. Сзади длинный шлейф.
— Как тебя зовут? — не сдерживаю любопытства.
— Лумельф. Ваши волосы, — она подходит сзади, видно, что более разговаривать со мной она не собираются.
Только по делу, так сказать.
Она расчесывает их, и волосы ложатся сами, становятся более гладкими, блестящими. Пряди падают на плечи и открытую спину.
Я смотрю на себя в зеркало. Стена становится прозрачной и я не узнаю себя. Мои глаза ярче, зеленые, с серебристыми искрами внутри, а губы темнее, цвета замерзшей вишни. Скулы резче, кожа светится… я выгляжу совсем иначе.
На шее появляется цепь из кристаллов, они пульсируют в такт сердцу. На запястьях браслеты из чистого льда. В голову сразу приходят воспоминания о железе, но эти браслеты не жгут, они просто холодные.
— Украшения усиливают магию, — говорит Лумельф, поправляя цепь. — Сегодня усилят вашу.
— Зачем?
— Чтобы вы не упали в обморок, когда начнется настоящая Ночь. И помочь вам с контролем.
Она отступает на шаг, осматривает меня.
— Госпожа, вы готовы.
— Нет, — говорю я. — Но это никогда не было обязательным условиемв этом месте.
Девушка почти улыбается.
— Вершитель Кассиан ждет вас внизу. Он проводит вас в Большой Зал.
Кассиан. Вчерашнее воспоминание — его губы, его руки, его слова — вспыхивает с новой силой. Я чувствую, как браслеты на запястьях становятся холоднее.
— Я спущусь сама.
Лумельф склоняет голову и уходит.
Коридоры Хрустального Дворца сегодня выглядят иначе. Тысячи ледяных кристаллов вплетены в стены, они мерцают в такт музыке. В воздухе пахнет вином, цветами и чем-то сладким. Фейри, которые попадаются мне навстречу, изменились. Их наряды — это прозрачные ткани, открытые тела, кристаллы, вживленные в кожу. Они смотрят на меня, и в их взглядах нет вчерашнего равнодушия. В них горит дикий интерес.
Я дохожу до лестницы, которая ведет в Большой Зал, и замираю. Кассиан стоит внизу. Он в черном камзоле, облегающем плечи, талию, бедра. Серебряные волосы падают на лицо. В ухе ледяная серьга, на пальцах кольца.
Он поднимает голову и смотрит на меня. Долго и внимательно. Его взгляд скользит по моему лицу, шее, груди, бедрам. Он не говорит ни слова, просто протягивает руку и я спускаюсь.
Мои пальцы касаются его ладони и он вздрагивает.
— Ты… — начинает он и замолкает.
— Что?
Он сжимает мою руку.
— Ничего. Идем.
Кассиан ведет меня к дверям, где музыка становится громче.
— Правила? — спрашиваю я.
Голос звучит тверже, чем я себя чувствую. Пальцы все еще сжимают его ладонь, и я замечаю, что не могу их разжать. Не потому, что он держит, а потому что мне нужно за что-то держаться.
Кассиан смотрит на меня сверху вниз. В полумраке коридора его глаза кажутся почти черными, хотя я знаю, что они серые. В них нет той холодной насмешки, к которой я привыкла. Есть что-то другое. Тяжелое и усталое. И от этого становится страшнее, чем от любой угрозы.
— Сегодня нет правил, — говорит он. — Только то, что ты выберешь сама.