Страница 4 из 64
– Эти заводы обеспечивают двенадцать тысяч семей средствами к существованию. Предлагаете мне всех их выкинуть на улицу? Зато экология будет жива! Давайте так поступим! Будете содержать двенадцать тысяч семей?
Порты, терминалы, склады, логистика. Через эти порты проходят не только грузы Баринова, но также и грузы его партнёров. Отсюда появляются миллиарды.
Агрохолдинг – самая мягкая часть и самая малоприбыльная.
– Земли, мясокомбинаты, – как говорил пресс-агент Баринова, – это для имиджа. Дескать, господин Баринов кормит страну.
Влад соответствовал образу. Влад соответствовал своему положению.
Видимо я сейчас не соответствовала — только что родившая жена, немного потерявшая в лоске и ушедшая от сплетен светского мира.
И рассуждал Влад цинично.
– Мотивация моей измены проста и банальна — я не вижу смысла нагружать свою жену, которая только мне родила сына, какими-то глупостями в виде собственных желаний. Так, что давай ты сейчас зарубишь себе на носу, что у тебя очень заботливый супруг, который все свои сейчас неуместные потребности не выставляет на передний план и не устраивает истерики, и не рвёт волосы на себе, рассказывая: “ах, ты мне мало времени уделяешь.” Нет, я человек взрослый, мальчик состоявшийся и прекрасно понимаю, что такое беременная женщина, что такое родившая женщина.
– Она беременна.
По лицу Влада скользнула тень, словно бы грозовая туча на мгновение пролетела над ним.
– Сколько лет ты мне изменяешь?
Для чего мне нужны были все эти ответы — я не понимала.
– Знаешь, что, Катюш? — Влад развернулся, прошёл до дивана. Упёр локти в колени и вздохнул. — Давай без купюр — мне не нужна жена, которая сейчас будет выкручивать руки.
– Ты себе ещё двадцать лет назад выбрал правильную жёнушку, образованную, со знаниями английского, французского, которая потом подтянула китайский, немецкий. Которая была таким щитом перед общественностью, чтобы даже если на твоей репутации были пятна, она своим сиянием их размазывала.
Влад покачал головой.
– Без купюр, Кать, это не о том, что я хотел, что я сделал и как поступил. Без купюр – это, честно. Выходка Элеоноры это глупость. С глупым человеком ещё страшнее иметь дело, чем с злым, агрессивным и ненавидящим тебя. Поэтому, раз она беременна – ребёнка она родит и будет спокойно воспитывать. Я не собираюсь своими наследниками разбрасываться.
– Я тебе сына родила.
– И посмотри, как я тебе благодарен за этого сына. Ты не просто сына мне родила. Ты богатыря мне родила. Но знаешь, раз я нахожусь в такой ситуации, что любовница беременная – не вижу смысла обрубать ещё возможности к тому, чтобы заиметь неплохого мальчугана.
– Как долго ты с ней?
Влад отвёл глаза, потому что понимал, что как только я всмотрюсь в его ложь, то получу ответ.
А потом он усмехнувшись, покачал головой.
– Тебя это не должно волновать. Собственно, как тебя и не должна волновать сама Элеонора.
– Не она будет, так другая.
– Только другую я лучше выдрессирую, что она к тебе на пушечный выстрел не приблизится. Жена в приоритете всегда. Но вот, любовница… Любовница может быть любая.
Я тяжело задыхалась, пытаясь понять его логику.
– То есть ты позволишь ей родить?
– Да, она родит мне наследника и будет воспитывать. Раз в месяц буду появляться, проверять, как ребёнок. Тебя эта история не затронет. У тебя свой ребёнок есть. И поскольку мы в браке – наши дети наследуют абсолютно все, что есть у фамилии Баринов. А все другое – по остаточному принципу. Понимаешь? Так, что я не думаю, что тебе стоит устраивать скандалы и переживать по этому поводу. Ты у меня умная девочка. Тебя-то я дрессировал двадцать лет.
Короткая фраза, звучавшая как будто бы похвала от сурового хозяина. А я понимала, что схожу с ума. Никто не мог мне сказать, что после двадцати лет брака я окажусь в такой ситуации. А мы же с Владом прожили все: крушение несколько раз бизнесов, недовольство многих людей, банкротство, рождение дочерей.
С Леной было особенно тяжело, потому что я была молодая и у меня не было родителей рядом. Я выла ночами, не зная почему Ленка постоянно плачет. Я боялась того, что не смогу её выкормить. От этого молоко почти не приходило. Влад приносил домой смеси, которые Лена не ела, либо у неё начинались жуткие колики.
Я прожила столько с этим человеком, что я не рассчитывала в свои тридцать восемь узнать о его любовнице. Я рассчитывала на то, что мы вырастим младшего ребёнка, мы будем гулять на свадьбах детей и будем всю жизнь вместе, как он тогда мне обещал.
– Ради тебя только, Катя. – Шептал мне тогда Влад, перевязывая разбитую руку.
Это было до беременности, когда я поняла, что Влад действительно не самый честный человек. В своём возрасте он крышевал один маленький заводик. Я тогда была готова со всех ног броситься бежать к папе. Но почему-то осталась. Потому, что уже тогда понимала, что семьи я лишилась.
И любила безбожно...
И бинтовала сама руку мужу.
Но переломить все удалось, когда Влад услышал, что я беременна. Я тихо ему прошептала:
– Я хочу, чтобы у моего ребёнка был отец. Живой отец. Пожалуйста, Влад.
Тогда он переживал не самый лучший момент, когда надо было уйти от старых принципов и начать жизнь по-другому. Я думала тогда, что смогу с отцом помириться, что он увидит, что Влад действительно хороший.
Не помирились.
Но глядя на то, что Влад оставил своё прошлое, мне казалось, что в нашем будущем мы будем всегда вместе.
А сейчас я стояла напротив него и не могла понять, как так происходило, что он предал.
– Ты понимаешь, что когда рожает любовница – это значит, что она ничем не хуже жены.
Влад откинулся на спинку дивана и раскинул руки в разные стороны.
— Кать, а ты понимаешь, что наличие любовницы не говорит о том, что жена чем-то хуже?
– Зачем? Чего тебе не хватало?
– Мне всего хватало. Просто меня для тебя много. А я мужик. Я завоёвываю, покоряю. Но тебя абсолютно не должно волновать, скольким куртизанкам я задрап на своей войне юбки. Потому, что с победой я возвращаюсь в твой дом, к тебе, к нашим детям. Так что оцени, пожалуйста, какой я у тебя и прекрати слезы лить. Мы, конечно, не в девяностых, но если у тебя пропадёт молоко – это ничем хорошим не закончится.