Страница 32 из 46
— Возможно. Ирина проверит любое распоряжение, но обещать обратное я не могу.
— Я останусь до передачи учета, даже если уволит. Не хочу, чтобы потом сказали, что документы пропали у меня.
— Составим опись и дублирующий архив в рамках правил компании.
Она внесла объяснение в журнал и поставила рядом дату. В этот раз ее руки не задержались над строкой.
Пакет документов ушел в банк: акт фактического местонахождения оборудования, спецификация, платеж, файл без моей подписи, предварительная справка специалиста и объяснение бухгалтера. Ирина направила тот же набор Олегу с предложением перейти к медиации.
Артем Сергеевич пригласил меня на встречу без Олега, но попросил заранее подтвердить, что разговор не является переговорами о его личной ответственности. Банк рассматривал положение компании.
— Мы видим, что оборудование оплачено из кредитных средств и находится на другой площадке, — сказал он. — До урегулирования не учитываем его как работающий актив «Берега» и не считаем операцию подтвержденной для вашего плана.
— Это ухудшает оценку?
— Стоимость активов — да. Но вы показали, что выручка ресторана способна обслуживать часть обязательств без этого оборудования. Для реструктуризации нужно вернуть актив или получить компенсацию и устранить конфликт управления.
— Если Олег передает долю мне?
— Банк оценит нового единственного участника и руководителя, план платежей и обеспечение. Заранее обещать решение не могу.
— А поручительство Олега?
— Остается по действующим документам, пока банк отдельно не согласует изменение.
Я записала каждое условие. Никакого мгновенного освобождения, никакого долга, который одним соглашением становился только моим. Олег мог выйти из общества, но не из отношений с банком по своему желанию.
— Мы готовы участвовать в медиации по финансовой части как заинтересованная сторона, — добавил Артем Сергеевич. — Не в семейном разделе.
— Семейный раздел ведем отдельно.
— Это разумно.
У выхода я увидела письмо от Станислава. Он официально подтверждал, что «Луговая линия» исполнит все принятые заказы независимо от результата переговоров с сетью. Новые долгосрочные заявки хозяйство временно не принимало. Старый долг «Берега» оставался в согласованном графике.
Я ответила: «Получено. Спасибо за точную формулировку».
Личное сообщение не отправила.
Олег согласился на медиацию после того, как банк запросил его позицию по возврату оборудования. Предварительную встречу назначили через десять дней. До нее стороны должны были представить перечень активов, обязательств и условия, без которых соглашение невозможно.
Я открыла отдельную таблицу. В нее вошли доля, оборудование, бренд, сайт, клиентская база, аренда, кредит, поручительства, поставщики, обязательства по мероприятиям и спорные платежи. Рядом с каждым пунктом стояли доказательства и желаемый результат.
— Выглядит как список всего ресторана, — сказала Тамара, когда я показала ей рабочую часть.
— Так и есть.
— И что останется Олегу?
— Его доля в оцененной стоимости после учета долгов и спорных операций. Личное имущество делим отдельно.
— Он на это не согласится.
— Тогда медиация не закончится соглашением.
— И что будет с нами?
— Работаем по действующим договорам, пока можем принимать решения. Но нужно решить аренду.
Наш договор на помещение заканчивался через два месяца. Раньше Олег уверял, что продление согласовано. Письменного проекта я не видела.
Я позвонила владельцу помещения, Валерию Борисовичу. Он попросил приехать в офис и сразу сообщил, что автоматического продления не будет.
— Олег Викторович говорил, вы хотите изменить ставку, — сказала я.
— Я хочу понять, кто отвечает по новому договору. Сейчас у вас два участника, которые присылают разные письма. Один просит оформить помещение под новый проект, вторая просит сохранить «Берег».
— Олег просил оформить помещение под «Высоту»?
— Предлагал более высокую ставку от другой компании после окончания вашего срока. Я ничего не подписал.
— На каких условиях вы готовы оставить «Берег»?
— Мне нужен руководитель без корпоративного спора, подтверждение платежеспособности и обеспечительный платеж. Новый договор подписываем не позднее чем за месяц до окончания старого.
— У меня есть три недели.
— У вас есть три недели, чтобы показать, с кем я заключаю договор. Помещение не может ждать вашего развода.
Он согласился рассмотреть операционный план, рекомендации клиентов и результат медиации. Я вышла из его офиса с новым сроком.
Через три недели «Берег» мог потерять не только название и оборудование. Он мог потерять адрес.