Тьма

И вот она замерла перед массивными дверьми девятиэтажной больницы - циклопическим сооружением из стекла и бетона. И впервые за этот бесконечный день она горько пожалела, что Дерек не научил её своей самой ценной хитрости - искусству властвовать над чужим разумом.

VI

Дерек

Из бессознательного состояния вампира вывела всепоглощающая боль. Она пронзила темноту небытия, вырвав его из пустоты. Похожую агонию он испытывал лишь во время своего перерождения, когда человеческая плоть умирала, рождая в муках новую, вечную сущность.

Тогда было в тысячу раз хуже.

Теперь же боль была привычной, более методичной, пропитанной личной ненавистью. Так Кети вымещала накопленную ярость. В какой-то мере это даже было справедливо. За долгие века Дерек научился восстанавливаться после любого увечья. Он горел, его резали, он терял конечности…. Но впервые он столкнулся с гневом равного себе по силе существа. И эта необузданная ярость была кричащим свидетельством того, что Кети отчаянно отрекалась и не хотела принимать свою новую сущность. «Ничего, малышка. Ты смиришься и примешь меня. Выбора-то у тебя всё равно нет». Физическая пытка, хоть и едва переносимая, меркла перед его душевными терзаниями. Кети была одна. Совершенно одна посреди огромного человеческого муравейника. Она могла убеждать себя в своей силе, верить, что усмирит голод - но Дерек-то знал, что это невозможно. Эта глупая девчонка, вообразившая себя всемогущей героиней, сама подведёт себя к краю. Очень скоро жажда возьмёт верх, и тогда её воображаемый барьер контроля рухнет, открыв дверь безумию. А вот с ним бороться будет намного сложнее. Дерек направил все свои силы на исцеление. Первым делом ему потребовались неимоверные усилия, чтобы заставить срастись сломанные кости в руках. Следом он выровнял шею и вставил позвонки на место. Только теперь он смог открыть глаза.

И замер от нелепого удивления. Он будто бы парил в воздухе, в нескольких метрах над землей. Но через мгновение пришло унизительное понимание: он не парил. Его нанизали на толстый сук, точно тушу, приготовленную для жарки. Вот тут и возникла главная проблема. Снять себя с этой ветки, не причинив новых увечий, было невозможно. Рванувшись, он мог превратить грудную клетку в кровавое решето и повредить органы так, что на восстановление ушли бы дни и литры свежей крови. Зачаровать кого-то для помощи он тоже не мог - вокруг не было ни единой души, до чьего сознания он мог бы дотянуться.

Оставался лишь один варварский способ.

Крепко стиснув зубы, Дерек обхватил ветку, впивавшуюся ему в плоть, и с чудовищным усилием принялся её ломать. Древесина с глухим треском обломилась. Его тело тяжёлым грузом рухнуло вниз, в холодную, мокрую грязь. Падая, он успел вывернуться, подставив бок - лишь бы проклятый сук не прошёл насквозь. Удар о землю выбил из него весь воздух, пронзая тело новым приступом боли. Но времени на отдых не было.

Обхватив руками торчащий из груди обломок, он медленно, с чавкающим звуком, стал проталкивать его глубже, пока тот полностью не вывалился со спины, оставив после себя холодную, пустующую дыру. Перекатившись на спину, Дерек уставился в хмурое, свинцовое небо. Когда они с Кети подходили к городу, солнце пряталось за тучами высоко над головой. Теперь его бледные, умирающие лучи были еле видны сквозь кроны далеко на западе. А это значило, что он провисел на этот чёртовом дереве почти весь день, и у Кети было полно времени, чтобы уйти очень далеко. Но его внутреннее чутьё подсказывало, что она не покинула город.

Пока не покинула.

Лежа на сырой земле, Дерек пытался дотянуться до сознания Кети, как тогда в лесу при их первой встрече. Но в очередной раз натыкался на глухую стену. У этой девчонки была нечеловеческая сила воли. Почти с самого первого момента, когда она даже не осознавала, что её сознанием помыкают, насылая разного рода видения, её разум нашёл способ сопротивляться и изгнать из себя постороннее вмешательство. Как будто какие-то высшие силы усиливали её ментальную защиту и не давали никому до неё добраться. Может, этот барьер окажется столь же прочным и для голода, и Кети сможет избежать безумия? Дерек всей душой надеялся, что ему удастся разыскать девушку до того момента, как жажда возьмёт верх и все её защиты посыплются как карточный домик. И хотя в сознание Кети он проникнуть не мог, он всё же чувствовал её - чувствовал её ужас и её голод. Она была одна, окруженная морем людей, наполненных тёплой, ароматной кровью. И она продолжала сопротивляться.

«Я иду к тебе, милая. Ненавидь меня сколько хочешь. Но я клянусь - я никогда тебя не брошу». Превозмогая адскую боль, Дерек поднялся и принялся за ноги. Кети постаралась на славу: кости в нескольких местах были не просто сломаны, а раздроблены. К тому же он потерял очень много крови. Ему срочно требовалась подпитка. К счастью, пасмурный день спешил превратиться в глубокие, милосердные сумерки. А тьма всегда была верной спутницей вампира.

Оказавшись на оживлённых улицах и пользуясь опустившимся мраком, вампир начал свою охоту. Он без труда взял след Кети; он и раньше мог без проблем отыскать её в любой точке мира, но теперь, когда по её жилам текла его кровь, он мог в буквальном смысле пошагово отследить её путь

И вот он замер перед витриной магазина, где чуть раньше Кети испытала широкую палитру отвратительных чувств. И Дерек будто бы и сам ощутил, с каким ужасом и отвращением смотрели эти мерзкиє смертные свиньи на любовь всей его жизни.

- Эй, мужик! Ты что тут забыл? - грубый голос сзади вырвал его из транса. К нему подошёл раздражённый прохожий. - Вам, психам, что тут, мёдом намазано?

Прохожий заметил грязную и порванную одежду незнакомца и сразу же провел параллель между ним и сумасшедшей девчонкой, так же стоявшей здесь днём.

- А я давно говорил, вас, уродов, нужно изолировать!

Мужчина грубо схватил Дерека за плечо, чтобы развернуть к себе - и замер. Он хотел доставить бродягу в отделение полиции, может, даже несколько раз хорошенько ударить, если тот окажет сопротивление. Но вампир поймал прохожего в ловушку своим гипнотическим взглядом, и у бедолаги больше не былс шанса на спасение.