Тьма

Если бы она позволила хоть на секунду проникнуть за этот барьер, он смог бы усмирить голод и заставить этот голос заткнуться и не появляться до следующей кормёжки. Кети смотрела на него налитыми кровью глазами и шипела:

- Ты... Это ты во всём виноват! Ненавижу!

Не отдавая отчёта своим действиям, Кети попыталась напасть. Но вампирская сущность, почти полностью вступившая во власть над её духом и сознанием, сдерживала её. И Кети лишь через силу принялась колотить крохотными кулачками по груди Дерека, не нанося никакого урона. Вампир не стал сопротивляться этому яростному выплеску эмоций. В какой-то степени он надеялся, что ненависть к нему, за которую она так отчаянно цеплялась, поможет ей справиться с жаждой и не дать разуму погрузиться в пучину полностью.

Когда Кети выдохлась и уже не могла поднять руки для нового удара, он аккуратно притянул её к себе и нежно обнял, гладя грязные и липкие от крови волосы. От избытка чувств Кети разревелась у него на груди.- Тише, девочка, - успокаивал её Дерек. - Я рядом и больше не позволю никому тебя обидеть. От этих слов Кети стала рыдать ещё сильнее, прижимаясь плотнее и вцепляясь пальцам в его рубашку. Я их убила! Разорвала на части и упивалась их горячей кровью. Я знаю, в первый раз это может казаться жутким или даже омерзительным... Но со временем ты привыкнешь….

- Я не хочу привыкать! - отстранившись, Кети заглянула в глаза Дерека, и он увидел, что кровь отливает, а белки вновь приобретают естественную белизну. Вампир выдохнул с облегчением: безумие отступало. - Я не хочу быть монстром, как ты!

Эти слова резали Дерека сильнее любого клинка. Всё это время он лелеял надежду, что сможет « достучаться до сердца Кети. Он так хотел, чтобы она поняла и простила его. Но сейчас он видел и-чувствовал, как далека она от него. Как не хочет сделать ни шагу навстречу. И сколько бы он ни бежал за ней, она всегда находит способ отдалиться. Его сердце разрывалось на миллиард крошечных осколков, каждый из которых был наполнен нестерпимой болью.

Мне очень жаль, - хрипло произнес он, и на его глазах тоже выступили слёзы. - Я думал, обратив тебя, заставлю полюбить меня. Разделить мои чувства, мою боль, моё одиночество. Ведь тогда, в лесу, я ясно чувствовал твою тоску, твой крик, твои мольбы...

Хватит, - Кети резко отстранилась и оттолкнула вампира, делая шаг назад. - Хватит утверждать, что знаешь меня лучше меня самой! Хватит манипулировать моими чувствами. Ты пытаешься убедить меня, что это я разбудила тебя, что это я взывала к тебе, нуждаясь в тебе. Но это неправда! Кети... - вампир в мольбе протянул к ней руки.

Но Кети не испытывала к нему ни жалости, ни сострадания. И хотя его кровь внутри неё взывала к Дереку, пытаясь укротить её и подчинить, Кети продолжала оставаться собой и понимать, что Дерек действовал, исходя из своих безумных эгоистичных потребностей.

Это ты, а не я, был одинок, - яростно тыча в него пальцем, начала она. - Это тебе нужна была компания в твоём бессмертии. Это тебя достала вечность, которой ты не мог ни с кем поделиться, запрятанный в своей пустой могиле!- Ты права, - склонив голову, наконец признал вампир. - Я так страдал в пустоте и одиночестве, упиваясь жалостью к себе и медленно сходя с ума, что, почувствовав такое чистое создание, как ты, наполненное состраданием и печалью, просто вконец обезумел. Ты не первая, кто заходил так далеко в лес и к чьему сознанию я тянулся. Но то ли чары Хальсиля тогда были ещё сильны, то ли сами люди были слишком серы и пресны…. но у меня не было желание тратить последние капли сил на то, чтобы попытаться освободиться. Дерек набрался смелости посмотреть в глаза Кети и увидел в них застывшие слёзы. Она сдерживала себя, чтобы не начать оплакивать его. Хоть он и не заслуживал, она всё равно в глубине души находила способность жалеть его. Этим и многим другим она поражала его - не было на земле человека, хоть в чём-то похожего на эту смелую и сильную, но при этом такую мягкую, добрую и ранимую девушку.- Твои чувства, твоя доброта, сострадание и сила, - продолжил вампир, чувствуя, что за долгое время он действительно готов открыться, а она наконец готова его выслушать. - Всё в тебе наполняет меня эмоциями, с которыми я никогда не сталкивался. Я готов ради тебя на всё. Но не могу отказаться от тебя. Пусть это будет эгоизм, да, я слаб, я это признаю. Но ты должна понять одно: ты - единственное в мире, что по-настоящему меня волнует. До тебя я никогда не чувствовал нежности или сострадания, не переживал, что подумают другие, и ни о чём не жалел. До тебя я с лёгкостью обманул бы Теда и убил всех твоих друзей, даже глазом не моргнув. Но я меняюсь. Я хочу быть лучше... для тебя.

К своему ужасу, Кети понимала, что вампир говорит чистую правду. Что каким-то страшным, непостижимым образом именно она разбудила в этом чудовище человеческие чувства, скрытые его вампирской сущностью. Но она также понимала и не могла простить, что он не имел права решать за неё её судьбу.- Ты не перестаёшь говорить, как сильно нуждаешься во мне и как хочешь разделить свою жизнь со мной, - вглядываясь в глаза вампира, Кети искала хоть намёк на раскаяние. - Но хоть на секунду задумывался ли ты о том, что ты мне не нужен? Что моя жизнь принадлежит исключительно мне? И ты, со всеми своими эгоистичными намерениями, думал ли о том, что я, возможно, не захочу быть с тобой?, " Разделить твою вечность?

Дерек был готов упасть перед ней на колени и выпрашивать прощения. Он так сильно внушал себе, что поступает правильно, что делает ей драгоценный подарок в виде бессмертия, что это великая честь - быть рядом с таким, как он. Ему и в голову не приходило, что Кети могла быть абсолютно искренне против. Он был уверен, что она просто играет, хочет, чтобы он доказал, что достоин её. В его время женщины часто отказывали мужчинам, но никто не воспринимал эти «нет» всерьёз - ведь на первом месте были желания мужчин, а женщинам оставалось лишь мириться и подстраиваться.

Но Кети была другой...