Страница 64 из 66
— Спасибо, — я делаю глоток, чувствуя, как внутри всё сжимается от щемящей нежности к этому парню. — Но почему здесь?
— Потому что отсюда отличный вид. — Он вдруг тянется к корзинке и достает оттуда продолговатую картонную коробку с двумя шикарными эклерами, покрытыми блестящей шоколадной глазурью. — А ещё я помню, что ты сегодня с утра ничего не ела из-за своих нервов. Уровень глюкозы надо поднимать, а то ты у меня что-то бледная.
— Я не бледная, это освещение такое, — ворчу я и беру эклер, вкусно пахнущий ванилью и заварным кремом. — Ладно, уговорил. Технологический перерыв на перекус объявляется открытым.
Откусываю приличный кусок, наслаждаясь ощущением заполняющего рот сладкого крема, потом делаю второй укус… и вдруг натыкаютсь зубами на что-то твердое.
Инстинктивно выплевываю кусок теста на салфетку и хватаюсь за щеку.
— Разгуляев! — шиплю возмущенно, пытаясь понять, сломала я зуб или нет. — Это что за инородное тело в кондитерском изделии⁈ Ты где их покупал? Я сейчас им такую жалобу в Роспотребнадзор накатаю, они до конца жизни будут одни сухари грызть! Технология грубейшим образом нарушена!
— Подожди с жалобами, инспектор, — голос Никиты вдруг становится странно хриплым. — Ты хоть посмотри сначала.
Я опускаю взгляд на салфетку. Среди заварного крема и кусочков заварного теста тускло поблескивает золотой ободок с небольшим драгоценным камушком.
Сердце пропускает удар, а потом пускается вскачь. Очень медленно перевожу взгляд на Никиту.
— Ты… — у меня перехватывает горло. — Ты что, засунул кольцо в эклер?
— Я боялся, что если просто протяну тебе коробочку, ты начнешь анализировать рентабельность этой покупки, — нервно усмехается он, забирая кольцо из салфетки, и протирает его краем своей чистой футболки. — А еще я помню, как ты виртуозно обращаешься со шваброй. Решил, что так безопаснее. Если подавишься, я хоть искусственное дыхание смогу сделать.
— По технике безопасности металлические предметы в еду не кладут! — выдавливаю я, испытывая смесь раздражения и умиления одновременно. — Я же могла зуб сломать, идиот!
— Виноват, исправлюсь! Буду соблюдать все твои ГОСТы до конца своих дней, клянусь, — он берёт мою руку, улыбаясь и прекрасно осознавая, как неотразима его нахальная харизма. — Галя… ты перевернула мою жизнь и заставила поверить в то, что я могу быть кем-то большим, чем просто тенью своего отца. Самая вредная упрямая девчонка на свете… и самая любимая. Выходи за меня замуж, а?
Задумчиво смотрю на своего мажора, который ради меня научился чистить картошку и писать бизнес-планы, а теперь сидит передо мной на крыше кофейни и предлагает кольцо, перепачканное в заварном креме.
— Ну что ж… — откашливаюсь я. — Если механизм работает исправно, его нужно брать на постоянной основе.
Никита шумно выдыхает.
— Это означает твоё да? — уточняет на всякий случай.
— Это значит, надевай кольцо, Разгуляев, пока я не вспомнила про штрафные санкции за нарушение пищевых норм, — шепчу я, подаваясь к нему.