Страница 37 из 66
Глава 19
Философия
Никита
— Что ты тут делаешь? — выдавливаю я, всё ещё не веря своим глазам.
Это действительно она, а не плод моего воображения, скажем, с голодухи? Только сейчас доезжает, что я с утра ничего не хавал.
Но, кажется, не обознался. Потому что девчонка уже делает шаг вперёд, и я чувствую свежий, лесной аромат её парфюма. И дёготь. Чёрт побери, кто вообще любит этот запах? Но самое странное, что я начинаю к нему привыкать.
Галя с любопытством оглядывается по сторонам, рассматривая мою мастерскую. Её взгляд останавливается на остове байка, затем перемещается к верстаку, к старому, продавленному дивану и только после этого снова застывает на мне.
Её брови чуть ползут вверх. Кажется, я выгляжу сейчас вовсе не так, как она ожидала. Нет того самоуверенного байкера, которому плевать на всё. Есть только я. Парень без дома, без работы, лежащий на полу своей мастерской.
— Вообще-то, я пришла проверить, жив ли ты, — говорит она своим обычным тоном ботанички. Тем самым тоном, каким отчитывала меня за сигарету в кофейне. — А судя по тому, что ты лежишь на бетоне и разговариваешь с потолком, у тебя либо философский кризис, либо ты просто сошёл с ума.
Я смотрю на неё и не могу сдержать улыбку.
— Оба варианта верны.
— Я так и думала, — она вздыхает и подходит ближе, протягивая мне термос. — Вот. Двойной эспрессо. Ты вроде обещал заехать, но так и не появился. Пришлось доставлять заказ самой.
Серьёзно? К чему такой фантастический эксклюзив? И главное — кто меня сдал?
Хотя… тут даже придумывать не надо. Ясно всё. Ну, Дэн, зараза ты, конечно. Не знаю даже благодарить тебя или может убить за разглашение тайны? И это ещё называется лучший друг.
Я беру термос. Наши пальцы на секунду соприкасаются, отчего по телу пробегает электрический разряд. У неё холодные руки, и я вдруг понимаю, что на улице, наверное, моросит дождь. Галя слегка морщится и быстро убирает свою руку.
Сажусь удобнее, скрестив ноги по-турецки. Она несколько мгновений смотрит на меня, а потом перемещается к дивану. Садится на самый краешек напротив меня. Выглядит так, будто готова в любую минуту сорваться и свалить отсюда.
Да ещё и смотрит настороженно. Забавная. Я её не звал. Пришла добровольно, а выглядит так, будто и сама не рада.
Я откручиваю крышку термоса, и в нос ударяет приятный аромат кофе. Класс. Это именно то, о чём я и не мечтал, но очень даже в тему. Хоть немного калорий получу, а там, глядишь, и мозг начнёт генерировать какие-нибудь идеи.
— Как ты нашла меня? — всё-таки спрашиваю, нарушая молчание.
— Дэн сказал, — сдаёт моего друга без задней мысли. Ну-ну, правда представить, что Золушка врёт вообще не получается. Она же прямая, как доска. — Он Ане проболтался, что ты тут ночевать будешь, что у тебя какие-то проблемы… семейные. А Аня ляпнула мне. Так что не думай, что я за тобой следила. Просто…
— Просто что?
Она замолкает и отводит взгляд. И я вижу, как её щёки начинают розоветь. Совсем чуть-чуть, но мне это капец как нравится. Галя всегда так симпатично заливается румянцем, что мне хочется прильнуть к её щеке губами.
А ещё лучше к этим сочным клубничным губам. Вспоминаю наши два поцелуя. В кофейне и в столовке. Это было шикарно. Так хорошо, что я не прочь повторить ещё и ещё раз. А может даже, что-то большее.
Что она сделает, если я сейчас притяну её к себе и нагло ворвусь ей в ротик? А если она заберётся на меня сверху?
В паху мгновенно всё наливается, а воображение рисует очень интересные картинки. Это идеальное решение, чтобы переключиться со своего дерьма на что-то приятное…
— Просто я подумала, что, может, тебе нужно с кем-то поговорить, — произносит она и неловко пожимает плечами. — Или просто посидеть рядом. Без твоих дурацких шуточек и… всего остального. Просто посидеть.
Она бросает на меня быстрый взгляд, будто считывает мой настрой. Или пытается вложить мне мысль, чтобы я руки не распускал. Может я невольно феромоны вырабатываю или слюна потекла, пока пялюсь на её хорошее личико?
Эх, ясно же, что ничего не перепадёт. С такими-то железобетонными принципами Золушка согласится на постельные дела только после свадьбы. Или после очень долгой и упорной работы по её соблазнению.
Я пододвигаюсь ближе и опираюсь спиной о диван, рядом с её ножкой. Делаю глоток обжигающей жидкости. Вкусно, блин. Только она умеет варить такой идеальный кофе. Строго по ГОСТу, чёрт побери.
— Спасибо, — говорю я, и это слово выходит из меня хрипло и неожиданно искренне.
Галя снова пожимает плечами, будто приготовление кофе и доставка его сюда было сущим пустяком. Я смотрю прямо перед собой, но чувствую на себе её задумчивый взгляд.
— Не за что, — отвечает она. — Мне было совсем несложно.
Я делаю ещё один глоток. Кофе обжигает горло, но мне приятно. Она варила кофе и думала обо мне. Кстати, она же приехала сюда со своей работы? В голове сразу лезет история с Пашиным. С этим сукиным сыном, который решил распускать руки на чужое.
И как только прознал, что у меня виды имеются на Галю?
— Слышал, ты устроила горячую встречу Пашину, — говорю я, ухмыляясь.
— Он сам напросился, — фыркает она и складывает недовольно руки на груди. — Нечего лапать персонал.
— Моя девочка.
— Я не твоя, — отрезает она и бросает на меня очередной настороженный взгляд.
Ну-ну. Вопрос времени.
— Конечно, не моя, — легко соглашаюсь я и делаю ещё глоток. — Ты вообще ничья. Ты сама по себе. Как дикий кофе на склоне вулкана. Растёт, где хочет, и попробуй сорви.
Галя косится на меня с подозрением.
— Ты что, головой ударился? С мотоцикла свалился?
— Нет. Просто я сегодня грёбаный философ, — хмыкаю.
Она молчит. Потом вздыхает, снимает очки и начинает протирать стёкла краем рукава. Бросаю на него взгляд. Без очков она выглядит младше и беззащитнее. Хотя всё равно сжимает челюсть так, будто готова к бою в любой момент.
— Что случилось, Разгуляев? — спрашивает она серьёзно.
Я секунду раздумываю, что ответить на этот простой, казалось бы, вопрос. Я даже Дэну толком ничего не выдал, а ей вдруг хочется. Не знаю, на кой чёрт, может реально мне просто нужно высказаться? Надоело всё хранить в себе, будто я архив запечатанных эмоций, а не человек.
— Меня подставили, — говорю я, глядя в пол. — Мачеха. Обвинила в краже общака. Отец поверил ей. Ну я и ушёл из дома.