Страница 57 из 71
— Ты не одна.
Она посмотрела на него.
Слишком долго.
— Я знаю, — сказала она тихо. — Это… новое ощущение.
Он чуть наклонил голову.
— Неприятное?
— Страшное.
— Почему?
Она усмехнулась с усталостью.
— Потому что если привыкаешь к опоре… страшно её потерять.
Он ответил не сразу.
Очень спокойно.
— Тогда я не буду давать тебе повода сомневаться.
И ушёл к окну, будто сказал что-то обычное.
Элеонор смотрела на его спину и чувствовала, как внутри снова что-то сдвигается — глубже, чем она готова признать.
На кухне Сара тихо перебирала чашки.
Движения аккуратные, почти осторожные, словно она боялась нарушить порядок.
Элеонор подошла.
— Ты уже решила, когда переезжаешь?
Сара замерла.
— Сегодня вечером… если вы не против.
— Я за, — сказала Элеонор мягко.
Сара повернулась.
— Я не ухожу навсегда.
— Я знаю.
— Я буду приходить каждый день.
— Я знаю.
— И если… если вам будет плохо, вы скажете.
Элеонор смотрела на неё долго.
— Сара… ты понимаешь, что сейчас говоришь как член семьи?
Сара моргнула.
— А разве нет?
Ответ пришёл слишком быстро:
— Есть.
Сара улыбнулась — облегчённо, тепло.
— Тогда всё хорошо.
Днём пришёл Тоби.
Не один.
С ним был Сэм — тот самый мальчишка с рыбного двора. Худой, настороженный, с тёмными глазами, которые смотрели сразу во все стороны.
Блейк присел перед ними.
— Рассказывай снова. Медленно.
Сэм говорил тихо, но уверенно:
— Тот высокий. Со шрамом. Он говорил с лакеем Пембруков. Я слышал. Они говорили про “заказ”. Про “девчонку”.
Элеонор почувствовала холод в груди.
— Когда это было?
— За день до того, как нашли мёртвого.
Джеймс тихо сказал:
— Значит, связь есть. Не косвенная.
Блейк провёл рукой по лицу.
— Если это доказать… она не отвертится.
Сэм посмотрел на Элеонор.
— Вы… правда будете лечить?
Она присела перед ним.
— Да.
Он кивнул.
— Тогда я расскажу всё.
Вечером дом стал снова тихим.
Сара собирала вещи — немного одежды, книги, аккуратно сложенные бумаги. Олли ходил за ней по пятам, словно боялся, что она исчезнет, если отвернуться.
— Ты правда будешь приходить? — спросил он уже в пятый раз.
— Каждый день.
— Даже если будет дождь?
— Даже если шторм.
— Даже если миссис Пембрук снова придёт?
Сара улыбнулась.
— Тогда особенно.
Олли обнял её крепко.
Джеймс стоял у двери, готовый проводить.
Когда Сара вышла, он тихо сказал:
— Теперь будет тише.
Элеонор посмотрела на лестницу, на пустое место у окна, на чашку, которую Сара всегда ставила чуть левее.
— Да.
— Тебе грустно?
Она подумала.
— Нет. Правильно.
Он кивнул.
— Пространство, — сказал он тихо.
Она повернулась к нему.
— Пространство.
Между ними повисло молчание.
Не неловкое.
Живое.
Он сделал шаг ближе.
— Ты сегодня была невероятной.
— Ты уже говорил.
— Я повторяю важное.
Она смотрела на него, не отводя взгляда.
— Джеймс…
Он ждал.
Она вдохнула.
— Если всё получится… если приют откроется… если мы справимся…
— Мы справимся.
— Тогда… что будет дальше?
Он не улыбнулся.
Не пошутил.
Ответил просто:
— Жизнь.
Она выдохнула медленно.
— Я давно не планировала жизнь.
— Пора начать.
И вдруг, почти неосознанно, её рука коснулась его рукава.
Не просьба.
Не случайность.
Контакт.
Он замер.
Не отстранился.
Просто посмотрел на её руку — потом на её лицо.
— Элеонор…
Она не убрала руку.
— Я не хочу больше жить в ожидании, — сказала она тихо.
Он ответил так же тихо:
— Тогда не живи.
Между ними осталось полшага.
И всё.
Без поцелуя.
Без признаний.
Но воздух изменился.
Не напряжение.
Притяжение.
Снаружи ветер шевелил розы у входа.
Город гудел вечерними голосами.
А внутри дома стало по-другому тихо.
Не пусто.
Позже ночью Блейк вернулся с новостями.
Лицо мрачное.
— У нас проблема.
Джеймс сразу напрягся.
— Какая.
— Высокий со шрамом исчез. Его люди тоже. Рыбный двор пуст.
Элеонор медленно сказала:
— Значит, они знают, что мы близко.
Блейк кивнул.
— И это значит, что следующий удар будет быстрее, чем мы думаем.
Тишина стала тяжёлой.
Джеймс посмотрел на Элеонор.
— Завтра мы проверяем дом Пембруков.
— Завтра, — повторила она.
Но внутри она уже знала.
Теперь это не просто защита дома.
Теперь это охота.
И они вошли в неё вместе.