Страница 9 из 82
В учебниках истории напишут, что Генриху VII и его преемникам понадобилось больше магии: страна переживала не лучшие времена, военные конфликты, внутренние распри. На самом же деле, причина крылась в том, что старому королю срочно требовался наследник мужского пола, а Епископ запретил магам-храмовникам использовать силу исцеления, пока король не пойдет на уступки. Но разве можно приказывать королю?
Конечно, были и есть маги-недоучки, которых народ называет ведьмами и колдунами, но их силы не хватило бы. А, может, Генрих не настолько отчаялся, чтобы просить помощи у тех, кто находится почти по ту сторону закона.
Тут же вспомнили о немногих последователях Уиклифа, которые хоть и были одаренными, но считались хорошими семьянинами. И выяснили, что целомудрие и верность в браке дают для магов такой же эффект, как и жизнь в молитвах и постах за высокими стенами монастырей.
Но не все маги приняли новые правила жизни и веры. Аристократы и простолюдины, кстати, тоже.
К счастью, Бедфорд оказался не в том времени.
И не тогда, когда после смерти старого короля пытались вернуть прежние порядки.
И не когда королева Бесс, победившая с помощью магии Непобедимую Армаду, пыталась усилить власть и укрепить новые правила жизни одаренных. Сейчас на троне пытался править Яков I, потому что детей у королевы-девственницы не было.
Староверы каждый день молились за здравие нового короля, надеясь, что он вернет им хотя бы большую часть утраченных привилегий, но и новообращенные тоже ожидали от него многого – школы магии, доступные если не для всех, то для большинства, поиск детей с даром как государственная программа…
Учителя юного Бедфорда были бы довольны: их нерадивый ученик хоть что-то вспомнил из истории магии Англии. Но у Бедфорда ранее не было колдовских сил! Зачем тратить время и вникать в то, что не пригодится?
Он вообще-то был двуипостасным драконом клана Яшмы из Поднебесной Империи. Мать обманом соблазнила мага-путешественника и выносила от него дитя, заплатив за это жизнью.
Только это не сказка о любви, а холодный расчет: мальчик – дитя двух миров, мог проникнуть в самое сердце страны-врага, стать там почти своим, и выполнить даже самую сложную задачу. Почти совершенный шпион, созданный, чтобы вернуть величие родине.
Другой цели для него не существовало. Он буквально жил ради этого.
Идеальный убийца, который никогда не совершал ошибок. Кроме последнего раза.
А вот с магией вышла осечка.
Бедфорд всегда думал, что у всех драконов невосприимчивость к ядам и приворотным зельям, но нет, это спящая магия папочки помогала. Но лучше бы и дальше спала!
Стихия охотно трансформировалась в любое оружие, которым он владел, даже если воды вокруг почти не было, как в той последней стычке с гоблинами на поляне, но упорно отказывалась создавать ледяные молнии или водные плети, светлячки, поисковые заклинания ... И много еще чего, что он видел у магов своего времени. Но дышать под водой Бедфорд очень хотел научиться.
Торговец, путешественник и кораблевладелец, так представился человек, с которым они познакомились в лесном плену, любезно пригласил их в свой дом. За гостеприимством и щедростью таились перспективы выгодных знакомств, но пусть с этим рыжий лорд Созерн разбирается, а Бедфорд, как увидел свою комнату, так решил Рейджу простить все прегрешения, прошлые и нынешние.
В комнате, похожей на склад ненужных вещей, каким-то чудом оказалась огромная ванна. Настоящий монстр из мрамора на кованых лапах. Как она сюда попала и как ее отсюда будут вытаскивать – не его проблема. Он собирался помыться.
И тут даже его хозяин не решился ему помешать. Просто приказал и ему притащить что-то похожее, но поменьше. Так, гляди, и прослывет страшным чистюлей.
Может, и не такая большая ванна была, но из-за своей магии, он мог, наверное, и в ведре раствориться. Хоть и не горел желанием пробовать. А здесь почти что с комфортом можно поместиться. Призвать воду и подогреть ее до комфортной температуры не составило труда, пропыленную одежду он сдирал, подпрыгивая от нетерпения, мурлыкая, забрался в ванну, вздохнул и с наслаждением вытянул ноги. Непозволительная роскошь!
Бедфорд задержал дыхание и нырнул, становясь полностью невидимым. Вода скрыла звуки. Минута прошла.
Вода обнимала, очищала, расслабляла…
Раньше он не понимал: как можно ради магии принять обет безбрачия или хранить верность одному человеку?
Ласкала, нежила, успокаивала…
Все-таки драконы отличались от чародеев – им требовалась энергия от близости с женщиной, чтобы контролировать свою ипостась.
Пять минут.
Сердце бьется медленнее, кровь словно густеет. Сила гудит внутри, будто поет какую-то странную песнь.
Десять.
Больше получаса находиться под водой не получалось. Хотя он не считал, что это предел его возможностей. И потом еще несколько минут он не сможет чувствовать запахи. Недостаток, над которым нужно работать.
Двенадцать.
Вдруг по поверхности воды скользнула какая-то тень. В комнату кто-то вошел? Ну, не в первый раз.
Медленно, стараясь двигаться беззвучно, он поднялся из воды, давая возможность оценить свою стать, и, не оборачиваясь, ехидно предложил:
– Здесь места и для двоих хватит. Составишь компанию?
Служанка у двери испуганно пискнула и выскочила из комнаты.
Нервная какая-то! А ведь были дамочки, что были готовы к магу и в ванну, и в постель залезть.
Бедфорд про себя посмеялся над трусливой девчонкой, но настроение почему-то испортилось и нежиться в теплой воде уже не хотелось. Маг вышел из ванной, поднял брошенные на пол полотенца, и его глаза сверкнули янтарным, зрачок вытянулся.
Грубый запах мыла, пыли, травы от вредителей и едва заметные, очень знакомые, нотки полыни и земляники.
Сердце пропустило удар, чтобы помчаться вскачь с новой, бешеной силой и надеждой. Бедфорд прогнал с лица злорадную улыбку и выскочил из комнаты. В чем был, в том и выскочил.
Визг какой-то бабы резанул по ушам, вырывая из морока охоты.
Женщина в белом чепце стояла посреди коридора, прижимала к себе поднос и орала, как будто не голого мага увидела, а чудо-юдо заморское.
– Девушка! Где девушка?
Поднос, тарелки, какая-то еда полетели в сторону. Он не говорил, а почти рычал ей в лицо.
Верещание служанки перекрыл окрик Созерна:
– Бедфорд!
– Р-р-р-да?!