Страница 10 из 82
Отвечать не хотелось. Но с этим рыжим мужчиной лет сорока его связывали обязательства, а без последствий клятвы нарушать нельзя. Так что пришлось поставить незнакомую женщину на пол и резко повернуться к лорду. Что ему еще потребовалось? Спинку потереть? Шею свернуть?
– Прошу прощения за моего слугу, мэм, – чуть поклонился Созерн перепуганной служанке и в знак искренности прижал руки к сердцу. – Маги, как понимаете, они все со странностями, мэм. Принесите нам новую еду. Все хорошо. Я на вас не в обиде, мэм.
Та закивала и в мгновение ока сбежала вниз по лестнице.
– Ты мне нужен, – и тут же отвернулся и выставил руки перед собой, когда Бедфорд сделал шаг к нему навстречу. – Только оденься, прошу тебя!
***
Когда Джейн, не чуя ног, сбежала со второго этажа на кухню, чуть не сломав себе шею на крутой лестнице, пришло понимание, что она и в самом деле бестолковая – ей же нужно было повернуть направо, в правую комнату отнести полотенца. А она свернула налево! И стыдно-то как!
– Так быстро? – разочарованно протянула Мери, скрыв неприятный огонек в глазах. – Ты точно все отнесла, так ведь?
– Д-да, конечно, – кивнула Джейн, не вдаваясь в детали. Щеки горели. А то, как испуганно бьется сердце, казалось, услышат все окружающие.
На половине дома, где обитали слуги, жизнь бурлила, как вода в котелке. Что-то шипело, скворчало, кто-то ругался, отдавал приказы или неторопливо елозил метлой по каменному полу. Запах жареного мяса и капусты, казалось, пропитал даже стены и прокопченный потолок.
– Кто-нибудь, еда для лорда и его слуги. Отнесите, быстро! – крикнула кухарка Сара, и полная служанка в белоснежном чепце без слов схватила поднос и выскочила из кухни.
Мимо пробежал с пустой корзиной мальчишка, за которым увязался суетливый щенок, путаясь под ногами у занятых слуг.
– Куда пошел?! – окрикнула его женщина с красными по локоть руками, кажется, она работала тут прачкой и пришла на кухню забрать корзину грязных полотенец. – Один на улицу не ходи! Опасно!
– Да не опаснее, чем всегда, – отмахнулась кухарка и начала споро нарезать овощи огромным ножом. – Отстань от ребенка, а то вырастет у тебя он слабаком.
– Я буду моряком! Как наш хозяин! – мальчишка показал матери язык и выскочил за дверь.
– Будет он, как же! – проворчала родительница и гаркнула сыну в след. – Вот украдут тебя, будешь знать!
– Скажешь тоже! – нож в руках Сары двигался со скоростью молнии, превращая морковь и лук в мелкое крошево.
– Так опять девчонка пропала, – не успокаивалась прачка. – Дочка рыжего кожевника ушла на рынок и не вернулась.
– Того, что на перекрестке лавку держит? – овощи широким жестом смахнули в котел. – Жаль, жаль… Но так-то девка, а у тебя пацан!
– Я слышала, – понизила голос обеспокоенная мать. – Что в Кентербери ходит один человек… Да не иначе сам посланник Дьявола, а не человек! Или того хуже – маг из новообращенных! Он обманывает наивных девушек и потом продает их в рабство! Или ещё что похуже. Во Франкии, поди, таких красивых девок, как наших-то, и нет!
– Тише ты! – кухарка даже перестала работать ножом. – За такие слова еще недавно головы рубили. Как капусту, – она воткнула нож в кочан, как подтверждение своих слов, и начала вытирать руки серым передником. – А Рыжая Марта, поди, загуляла с каким-то морячком. Таверны сейчас переполнены, музыку за версту слышно. Гуляют, как в последний раз!
– Дааа, – прачка покачала головой и потащилась с тяжелой корзиной к выходу. – В наше время такого разгула не было… – А потом бросила корзину на пол и с вызовом, уперев руки в бока, заявила. – А вот возьмут и тебя следующей украдут! А то ты тоже – молодая да видная!
Сара запрокинула голову назад и громко захохотала:
– Ан, нет, – вытирая слезы и не переставая смеяться, отмахнулась женщина. – Крадут только глупышек, которые ведут себя развязно и ходят не там, где надо. А я баба разумная. Со мной такого точно не произойдет. И вообще – я с собой лучший защитный амулет ношу. Во!
И она вытащила откуда-то из-под передника увесистый молоток, которым отбивают куски мяса.
Прачка фыркнула, опять схватилась за свою корзину, а проходя мимо Джейн, легонько толкнула девушку плечом.
– Что стоишь? Тебе тут делать нечего!
Эта женщина неделю тому назад приходила за средством для похудения. Саре тоже постоянно нужны какие-то особенные травки. И Мери каждый месяц появляется в хижине и о чем-то долго шушукается с матушкой, но всегда уходит в слезах, так и не получив нужного зелья.
– Оставишь на минуту, пропадет на час! – матушка Готланд вошла кухню, принюхиваясь и недовольно ворча. – Пошли отсюдова, дочка, нам сегодня тут не рады.
– Мери! Где вода? – закричала кухарка с другого конца кухни, колдуя одновременно над котлом и сковородками.
– Ну, я надеюсь, ты меня не подвела, – служанка мазнула по лицу Джейн высокомерным взглядом и, прежде чем уйти, заискивающе улыбнулась ведьме и то ли пожаловалась, то ли укорила. – А вот ей вы приворотного не пожалели!
– Да оно ей и не надобно, дуреха! – отмахнулась Готланд. – Твой язык мелет быстрее, чем мельница. Иди за водой, раз послали. Будь я ведьмой, ух, как бы я тебя прокляла за такие слова!
– Слушайся ведьму, госпожой станешь! – прикрикнула Сара и снова загоготала.
Мери скривилась и утопала к колодцу, бренча пустым ведром.
– Да какая я ведьма, скажете тоже, – отмахнулась матушка Готланд. – Пойдем-ка мы с тобой домой. Кому нужна бездарная старуха, когда тут цельный маг есть! И какой, я вам скажу, маг! Вот видеть бы его не видела!
И, схватив Джейн за руку, потащила ее прочь из дома капитана Рэйджа на улицу, что-то ворча себе под нос про капризных клиентов и залетных колдунов, которые могут учуять то, от чего потом не отмажешься. За годы одиночества старуха Готланд привыкла разговаривать сама с собой и иногда забывала, что теперь ее могла услышать ученица. Но чужачку, потерявшую память и прошлое, она не боялась.
На улице ведьма натянула на голову глубокий капюшон серого плаща и проследила, чтобы и Джейн закуталась в свою накидку, как будто сейчас не лето, а весна или осень с коварными ветрами.
Женщины прошли по узким улочкам вниз к набережной, сделав крюк, чтобы обойти квартал, где стояли самые большие таверны в городе. До вечера еще было далеко, но оттуда уже слышалась веселая музыка.