Страница 68 из 82
Леди, ожидая услышать еще много комплиментов, согласилась. И даже махнула рукой, чтобы ее незаметный телохранитель держался поодаль. Она предвкушала приятную прогулку, такие милые тягучие разговоры ни о чем и о ней прекрасной. Ей так этого не хватало. Не хватало этого чистого восхищения в глазах молодых кавалеров. Искренности и яркости чувств.
И воздух казался таким свежим, словно наполненным озоном. Небо голубым, как в юности. И сама она, казалось, взлетит, освободившись от бремени быть вечно в тени короны и нести ответственность за страну, народ, короля… Аромат цветов кружил голову и розы был необыкновенными.
Один, особо крупный бутон, раскрытый во всей красоте, что казалось неосторожно дотронься и он осыплется, Созерн сорвал и осторожно оборвал шипы ногтем, прежде чем протянуть цветок ей.
– Кстати, любопытная деталь, леди… – он лениво поднял взгляд. А глаза у него как у матери, она тоже умела вот так смотреть. – Среди пропавших девушек, говорят, попадались и одарённые. Может быть, даже с сиреневым даром.
Сивилла задумчиво нюхала розу.
– Вы об этом знали?
Когда Елизавета так смотрела на подданных, ей отвечали. Даже, если не хотели ответить. Но и сивилла не вчера научилась бороться с магией менталистов.
– Жаль, – она почти не врала. Ну разве что самую капельку, потому что абсолютно честных не бывает даже в монастыре. – Видимо, при поиске моей преемницы маги Ковена не дорабатывают.
– Мне кажется, Ковен и Парламент немного переоценены.
Рука сивиллы дернулась и с розы упал бордовый лепесток.
– Вы говорите крамольные вещи, молодой человек, – она помолчала. – Мне это нравится.
***
Дракон сначала рванул к гавани, но потом резко взметнулся вверх и понесся прочь от города, туда, где белые скалы нависали над водой.
Миранда чувствовала, сколько сил ему требовалось, чтобы просто не упасть в темные воды. До берега они едва долетели. Бедфорд обернулся над самой кромкой песка, подхватил девушку на руки и прыгнул на землю. Сделал два шага по инерции и упал.
Миранду же отбросило в сторону. Она поднялась на колени, отплевываясь от песка и путаясь в мокрых юбках, поползла обратно к Бедфорду.
– Нет, нет, нет, – шептала она, чувствуя какой-то глубокий, вымораживающий страх за него. – Только не вздумай умирать, слышишь?
Она перевернула его на спину. Кожа белее мела, от одежды одни лохмотья, раны, которые едва начали заживать – регенерация ли магов или сам дракон по себе живучий, не важно – опять разошлись и начали кровоточить.
Девушка приложила ухо к груди мужчины. Сердце споткнулось, отказываясь верить в эту тишину. Секунда. Другая. И облегчение. Биение было настолько редким и слабым, будто вот-вот прервется.
У Миранды не было ни капли зеленой искры целительской магии. Она никогда не лечила, даже саму себя. Но как устроен человеческий организм и как должны выглядеть здоровые магические потоки знала.
Некромант она или кто? Крови боится, но на вскрытиях ни разу не позеленела.
– Только дыши, прошу тебя, – слов почти не было слышно, а руки сами собой выплетали знакомые магические пассы. Но как очистить раны, если тут столько песка.
А у него места живого нет. И в сознание не приходит!
Миранда смахнула непрошенную влагу со щеки. Нужно укрытие. Пещера. Лачуга. Хоть что-нибудь.
Берег был незнакомым, с редкими кустарниками и крошечным пятачком пляжа. Скалы уходили вверх отвесными стенами, превращая бухту в каменный мешок.
Фиолетовый светлячок вдруг сам собой сорвался с ее ладони и полетел вперед. Замер, вернулся и опять отлетел, будто требуя, чтобы девушка пошла за ним. Миранда сорвала свой плащ, перетащила на него Бедфорда, укутала как могла и, слегка хромая, побрела за маячком.
Идти пришлось недалеко. За кучкой сухих кустов нашлась заброшенная рыбацкая хижина, около которой магический огонек растаял.
Что ж, это хороший знак, думала некромантка, когда тащила за собой плащ с бесчувственным телом мужчины к найденному убежищу, Смерть, воплощение ее стихии, никогда не помогает тем, кто отчаялся.
В полуразрушенной хижине она почти ослепла – после яркого дневного солнца казалось, что они ухнули в прохладную тьму. Когда глаза привыкли к полутьме, Миранда различила сломанный стол, лавки, кучу гнилых сетей в углу. Пахло солью и старой рыбой. Солнечные лучи пробивались сквозь заколоченные окна и дыры в крыше. Под ногами поскрипывал вездесущий песок.
На улице было тепло. Даже слишком тепло для этой части Англии, в хижине тоже не должно было быть холодно, но девушку то прошибал озноб, то накрывала волна жара. И она понимала, что сил не хватит дотащить тело до лавки.
Значит, будем лечить тут.
Плащ успел пропитаться кровью и прилипнуть. Но даже когда она осторожно отдирала его от ран, Бедфорд не очнулся. Хотя ему должно быть больно. Она вот каждый раз дергалась, когда…
– Связь, – она же всегда была умной девочкой и многое знала. – Если мы пара, то связаны. Я могу подпитывать его магией. Именно поэтому он не умер в тюрьме.
Миранда уже другим взглядом окинула следы от кандалов, длинные шрамы, как от ожогов, пустила легкую магическую волну, считывающую состояние тела: сломанные и срощенные не один раз кости, внутренние кровотечения, разрывы внутренних органов.
Не умер, но должен был.
Все выглядело еще хуже, чем она думала.
Его кожа была обжигающе холодной, и когда Миранда до него дотрагивалась, пальцы неприятно покалывало. Слезы уже просто лились, но вытирать их не было ни сил, ни желания.
В памяти всплывали страницы анатомических атласов и сухие заметки из учебников. Она представила, как фиолетовые нити магии проникают под кожу и стягивают разорванные сосуды.
Снова. И снова.
– Не умирай, а? – пролепетала девушка, а потом со злости пустила новую волну силы. – Я тебя потом сама убью! Воскрешу и снова убью!
Чего еще ждать от некромантки?
Энергетические потоки дракона были перекручены и непонятно было то ли они помогают, то ли пожирают сами себя. И Миранда не знала за что хвататься – удерживать душу в теле или распутывать клубок спутанной магии.
Под ее пальцами края страшных рваных ран начинали стягиваться. Но так медленно, будто неохотно. Она уже перестала точечно направлять свою силу и просто вливала в него свою магию, надеясь не на знания, не на опыт, а на то, что если и в самом деле сказки про любовь правдивы, про мистическую связь между мужем и женой, то ее дар поможет ему удержаться в этом мире.
– Мне всё равно, кто ты… Только живи.