Второй Шанс

Глава 17

Секунду на площади стояла тишина. Люди молчали – как будто ждали, что чудовище вернётся и потребует извинений.

– Билеты в первый ряд стоили своих денег! Правда, девочки? – спросил богато одетый господин в черном и поправил шляпу с белым пером.

В тишине площади его слова были слышны, казалось, всем. Потом…

Кто-то запаниковал и, расталкивая соседей, пытался убраться отсюда как можно быстрее. Где-то началась драка и туда спешили стражники. Кто-то подпрыгивал и требовал продолжения представления, кто-то восхищенно орал и улюлюкал. Площадь превратилась в бурлящий и непредсказуемый котел. Орали, что кого-то придавило помостом и на это тоже надо посмотреть. Визжали, что все это кара Небесная и продирались к Храму.

Мэтью, злой, как тысяча демонов, с трудом пробился через возбужденную толпу.

Он резко свистнул и из людского месива рядом появились трое из его матросов, которые не задавали вопросов, а просто исполняли приказы.

– Привезти к нему в дом ведьму с хутора.

Один из моряков кивнул и смешался с толпой.

Готланд связана с Джейн. И она точно ее найдет. А уж он знает, чем можно оплатить ведьме за помощь.

– Собрать народ и найти ему дракона живым или мертвым. Использовать все боевые амулеты.

Этот гаденыш – водный маг, но слаб и почти без сил. Далеко не улетит и будет рядом с морем, потому что магия тянется к своей стихии.

Второй также молча кивнул и ввинтился в толпу, исчезая.

Да, на складах с порохом почти не останется охраны. Но кому сейчас нужен этот порох! Ничего с ним за день не случится.

А с третьим Рейдж направился к ратуше. Уж он-то точно знал, где завтра будет Джейн. Хочет она того или нет. Магические клятвы, они такие.

В ратуше он потребовал провести к лорд-мэру. Формальности ради. Что там лепетал секретарь он не слушал, просто распахнул дверь в кабинет градоправителя, как будто имел на это право.

Он собирался требовать себе стражников. Он многое сделал для города, для страны. Он имеет право!

Но в жарко натопленном кабинете было не до того. Лорд Хиллер обмяк в кресле и обмахивался веером. Городской маг, сбежавший с площади еще до того, как проклятый дракон сорвался с цепи, бледный, как та самая небеленая рубаха, в которой вывели пленника, стенал о своей горькой доле и заливал ее чем-то крепко пахнущим. А вот столичный франт о чем-то спорил со старухой, в которой Мэтью едва признал сивиллу.

Женщина с перекошенным от злобы лицом бросила на пришедшего гневный взгляд, набрала в грудь воздуха, собираясь опять заорать на Созерна.

– Мне тоже есть что вам сказать, – Мэтью почувствовал, что с трудом сдерживаемый гнев разорвет его на клочки. – Ваш слуга украл мою невесту! Вы! Вы в этом виноваты!

– А я знала! – взвизгнула старая сивилла и ее лицо пошло некрасивыми бордовыми пятнами. – Я знала, что это ваших рук дело, лорд Созерн. Я неделю провела в этой сырой камере! Как чувствовала, что это фейское отродье недоброе задумало!

– Ваша проницательность всегда меня восхищала! – Созерн медленно перебирал четки. Он рассматривал жемчужные бусины с таким видом, будто ему привычно выводить из себя обычно холодную и расчетливую леди. – Но я сам не знал о некоторых особенностях моего слуги. К сожалению и увы, уже бывшего. Вы хоть можете представить, каким бы он был оружием… В умелых руках.

– Не представляю! – прошипела старая леди. Ей было слишком интересно в последние дни.

Интересен странный беловолосый колдун с необычной магией. С сильной регенерацией, необычным переплетением потоков и, как оказалось, со второй ипостасью.

Его молчание настораживало. Хотя уж дыба должна была его разговорить, если «дочь Скевингтона» не смогла.

Тело лжет, но боль заставляет дух говорить правду.

Надо было его в темную сухую камеру запереть на пару недель, да времени не было. Тогда бы точно во всем сознался.

Но он молчал.

Сивилла приходила утром и уходила почти поздно ночью. И с каждым вопросом без ответа все больше убеждалась, что слуга Созерна не так прост, а сам бастард королевы уже не тот наивный мальчик, каким был когда-то.

И получится ли его использовать как планировалось? Как было в ее предсказаниях много лет назад.

Но видения будущего изменчивы. И, заинтересовавшись странным Бедфордом, а с ним и его хозяином, сивилла не могла теперь видеть их будущее.

– Хватит! – рявкнул Мэтью, ударив кулаком по дубовому столу так, что лорд-мэр подпрыгнул, выронив веер. – Мне плевать на ваши игры! Эта тварь сбежала. Вы все виноваты! И если через час я не получу патрули для прочесывания берега, я сам найду виноватых.

Забывается.

И кто он. И с кем он разговаривает.

Лишь лорд Созерн ответил:

– Думаю, будет хорошим тоном выделить вам солдат.

Лорд-мэр кивнул слишком быстро, как будто только что получил разрешение говорить.

Рэйдж вдруг очень остро ощутил, как осторожно подбирает выражения этот королевский бастард, будто опасается, что любое его слово может спровоцировать лавину. В глубине души хваленая интуиция пирата скреблась, как крыса в клетке: стоит что-то сказать и следующего на площади казнят уже сына Елизаветы. Но за что? Это связано не с его формальным участием в заговоре, и не с порохом. А с чем?

Или не казнят, а он просто не проснется…

Но капитан отмахнулся от интуиции, как от надоедливой мухи, коротко поблагодарил и вышел.

– Так о чем мы с вами говорили, госпожа сивилла, – мягко промурлыкал Созерн, подымая свои чистые и искренние глаза на пожилую леди. Та зарделась и даже смущенно потупилась от чего-то. – Давайте я вам расскажу, как продвигаются поиски пропавших девушек. Может, мне повезет, и вы сможете увидеть что-то полезное.

– Вы же знаете, – притворно вздохнула пророчица. – Я могу видеть лишь то, что влияет на судьбы королевства.

– Странно, что смерть Елизаветы вы не увидели.

– Старость, это неизбежно.

– Представляю, как вам от этого горько.

– Мальчик мой, – вдруг весело закаркала смехом сивилла. – Я не умру, пока не найдется достойная преемница.

– Надеюсь, это произойдет не скоро. Вы еще полны сил и очарования.

– Льстец, – на густо побеленных щеках выступили яркие пятна румянца.

– Не хотите ли прогуляться, – Созерн встал со своего кресла и вежливо подал даме руку. – Я слышал, у лорда Хиллера в саду растут чудесные розы.