Второй Шанс

– В отпуск я приехал, в отпуск, – пояснил дух смерти вуду, покровитель кладбищ и проводник душ умерших в пантеоне гаитянских лоа. – Не могу сказать, что по своей воле, но вы-то, что тут делаете? Ваше время смерти еще не пришло. Даже больше скажу, даже время вашего рождения еще не настало!

Джейн стало любопытно. С каждым часом список вопросов к беловолосому нахалу только рос.

Бедфорд же зубами заскрипел. Вот прямо так взять и сказать? Так его тут же и прикопают. Вот, даже проводника на тот свет ждать долго не придется!

– А, ладно. Я все равно все узнаю в свое время.

– Смерть никуда не торопится… – прошептала Джейн.

– Ты права, дочь моя, я всегда прихожу вовремя.

– Так это ты стоишь за пропажей девушек в городе? – мечи Бедфорд не опустил, хотя не мог не понимать, что толку от магического оружия никакого.

– Я? – как-то даже оскорбился Самди. – Я только здесь развлекаюсь. Но я здесь ненадолго. Ваш климат плохо на меня влияет. Задержусь и стану такой же мрачной и скучной как Баньши. Только вопить от тоски и останется! Я всего лишь намерен повеселиться тут еще пару дней и потом вернутьа веером тут не отобьешься. Пришлось призывать второй и махать ими, словно крыльями, отбивая пульсары в стороны, как в ся домой. Тот, кто меня привез, тот меня и отвезет. Нравится ему или нет. Ну хорошо, не пару дней. Может быть неделю или две. А к пропаже девушек я не причастен, маг, – его глаза недовольно блеснули. Он щёлкнул пальцами – и воздух вокруг него заструился, вспыхнул фиолетовым светом. В нём оформились фигуры девушек: Рыжая Марта с дерзкой улыбкой, темноволосая Берта, судорожно сжимающая кельтский амулет, красивая, хоть и немного уставшая блондинка, которую Джейн не знала, а вот русоволосая девушка показалась ей знакомой. Имя не вспоминалось, но ощущение вины – очень даже. – Но и провести их в загробный мир я не в силах.

– Но почему? – Джейн попыталась выйти из-за спины мага, но тот ей не позволил. На своем господине натренировался что ли?

– Их жизненный путь не был окончен, – дух смерти взмахнул тростью и над каждой из девушек-призраков возникли фиолетовые пентаграммы, но какие-то неправильные. Половина символов были словно стерты, какие-то линии шли прерывисто. – Они ушли раньше, чем им было предопределено. И это неправильно, дочь моя! – Самди вдруг щелкнул пальцами и призраки развеялись искрами фиолетовой силы. – Так что развлеките меня. Найдите того, кто украл силы у этих юных – не скажу, что невинных, но всё же невиновных дев. Найдите и организуйте мне встречу.

Он сделал вид, что посылает в их сторону воздушный поцелуй. Маг отшатнулся и зашипел. А девушка отскочила и вскрикнула – в грудь словно кувалдой ударили.

– И уж поверьте, барон Суббота щедр. Никто не уйдет обиженным.

– Ты же знаешь, кто это, не так ли? – Бедфорд опустил мечи и те рассыпались в водяную пыль.

– Конечно, – подтвердил лоа. – Знаю. И также знаю, что и встреча с этим мошенником неизбежна. Но я решил поторопиться.

– Нам нужно будет … убить? – Джейн дернула ворот рубашки и увидела, как алое клеймо врастает в кожу.

– А другие способы со мной встретиться есть? – Самди усмехнулся на прощанье и взмахнул шляпой. – Ладно, ночь еще не кончилась. Нужно успеть испить все развлечения до капельки. Au revoir!

И на тропинке они остались одни.

Свет луны заливал заброшенное кладбище. Где-то вдали недовольно каркнул ворон – словно возражая против своей дурной репутации. Джен поняла, что только сейчас может нормально дышать и как сильно дрожат у неё руки. Бедфорд обернулся и порывисто ее обнял.

– Тише, жемчужинка, тише. Все хорошо, – прошептал он, обняв её крепко, но мягко, как будто боялся, что она может рассыпаться в руках. Робко погладил по спине. – Но виновных придётся найти.

– Но я… – девушка, едва успокоившись, опять дернулась, пытаясь освободиться. – Я боюсь… не смогу убить кого-то!

– Тебе не придется, – отчеканил маг.

– Не так! – внутри все сжалось, что захотелось зажмуриться. Может, матушка Готланд подозревала что-то такое. Что-то страшное в ее прошлом и поэтому в ее чае всегда было так много трав, блокирующих магию? – Я боюсь, что… смогу.

– Ты крови боишься – пробормотал какую-то несуразную чушь маг и вздохнул. – Я разберусь. Иначе и нам придется встретиться с этим духом снова и раньше времени.

Они замолчали. Джейн больше не стремилась вырваться из таких надежных объятий, а Бедфорд и не думал ее отпускать.

Ворон снова каркнул. Громче. И с намеком.

– Думаешь, кто-то знал, что … этот дух тут? – прошептала ученица ведьмы, рискнув взглянуть на своего напарника.

– Думаю, лорд-мэр догадался… Или даже Рейдж. Это было делом времени: рано ли поздно из Нового Света привезли бы что-то опасное. Может, они решили, что дух смерти – не самое страшное, что могло бы произойти. Тем более, что городской маг даже пытался его поймать. И это с нами барон Суббота был галантным и вежливым. А нашему коллеге не повезло. Он после встречи с ним умом слегка тронулся.

– Но почему тогда не предупредили? Не предприняли какие-то меры?

– Моя ты жемчужинка, – он легонько провел рукой по волосам. – Сахар – это белое золото. Он сейчас практически бесценен. Особенно, если вести его контрабандой…

Над головой захлопали крылья. Ворон сел на покосившийся крест и посмотрел с немым укором. И Джейн очень четко поняла: с этого кладбища, пусть тут и не было ни одного самого завалявшегося упыря, нужно уходить. Их уже трижды предупреждали.

А маг скользнул кончиками пальцев по щеке и произнес:

– Я знаю место, где тебя никто не будет искать, жемчужинка, но, скажи, как ты относишься к полетам?

Но ответа ждать не стал.

Подхватил на руки и взмыл в воздух, превращаясь в очень горячего и очень быстрого дракона.

***

Матушке Готланд отвели последнюю из гостевых спален. Видимо, эту комнату с расписными потолками потом отдадут Джейн, когда она станет госпожой Рейдж.

И вот эти сундуки с дорогими тканями станут ее. И дубовый шкаф с резьбой. И кровать с балдахином, сейчас воняющим пылью. Гардины и гобелены. Станок для вышивки с пустым холстом, корзины с тончайшим шелком, который одержимый Рейдж скупал, не торгуясь.

Готланд сидела на стуле и расчесывала гребнем постепенно темнеющие волосы. В колеблющемся свете свечи её лицо то прорезали глубокие тени, то оно вспыхивало ярким светом, то снова тонуло во мраке.

Позавидовать бы непокорной ученице, да недолго девочке всем этим наслаждаться. Что ж, она заслужила.