Второй Шанс

Он стоял на палубе, вцепившись в фальшборт, и лишь когда тонкая линия островов Эспаньолы растаяла на горизонте, безумная улыбка тронула его сухие губы. А потом он захохотал. Да так со смехом и умер. Рухнул, как срезанный неумелым рабом тростник.

Капитан, конечно, в знак почтения шляпу снял, корабельный маг что-то там пошептал, да и выбросили мертвяка за борт. Мертвяк на корабле – это хуже бабы. Плохая примета. Боцман так и сказал. Но от своей доли из багажа умершего не отказался.

Знамо дело, коль такой порезанный джентльмен обратно в Старый Свет возвращается, то не с пустыми руками. Сундуки у него основательные такие были, уголки бронзой обиты, замки зачарованные. Чуть лом не погнули, пока их открыли.

А уж как мертвяка этого добрым словом поминали! Даже маг, даром что образованный мерзавец, а такие словесные коленца выдал, что заслушаешься. В первом сундуке один песок был, с трухой перемешанный. И во втором. Капитан сплюнул и поклялся, что первый и последний раз берет на борт пассажиров. Хоть акулам с того прок, а не «Шансу».

Что в третьем будет что-то стоящее – уже и не надеялись. И точно – полнехенький сундук глиняных черепков и перепутанных шерстяных нитей. Капитан со злости пнул сундук, все, что там было, рассыпалось. Коль и было там что-то целое, так разбилось. Не повезло дежурным матросам в тот день, им все эти черепки убирать пришлось. Да и палубу драить. Она словно маслом пропиталась. Трешь ее, трешь, а она все равно липкая, как ромом политая.

Одного провинившегося матроса ночью оставили драить домывать. Уж больно капитан чистоту любил и порядок, а парнишка молодым был, дерзким. Думал, раз попал на «Шанс», так считай ущипнул Нептуна за задницу и можно за языком и не следить. За язык свой он часто то палубу, то гальюн драил. Не в первой. А утром – глядь и нет его!

Пьяный бред было сложно разбирать. Моряк путался, прыгал то с одного на другое. Но Бедфорд умел спрашивать, был терпеливым, а вода в канавах – холодной. У Джейн же в сумочке всегда валялось несколько свертков с травами. Не совсем то, что действительно нужно, да и заваривать их нужно, настаивать, а не смешивать с водой из фляги и насильно вливать в глотку мужика, усаженного у стены очередного склада.

– Я… когда его встретил туточки, – несмотря на все их старания пьяница бредил и молол откровенную чушь. – Вот как тебя, лордик, видел. А довольным каким был, сытым. А монеточку дать пожалел. И пить не стал… Побрезговал что ли… Нет чтобы угостить старого товарища выпивкой! Ведь не по-братски это, ну с какого бока к лодке не подплыви… Вот и говорю, ты зачем с собой капитана утащил, а? Капитан-то у нас мировой мужик был. Даром, что одноглазый. Так то не порок. Капитан-то… Он по-божески ко всем нам относился. Ну аки отец родной. Ик. Не лютовал без меры. На то боцман был. Уж он-то мог и кнутом поперек хребта. Но то дела привычные. Ты ж знал, куда идешь-то… так за что капитана-то? Или Джеки? Или Джима? Одногодки-то почти… Бабу что ли не поделили?

Его мутный взгляд сфокусировался на девушке, и он обнажил в улыбке беззубый рот.

Бедфорд схватил его за подбородок и рывком повернул к себе:

– Так, говоришь, – прошипел он, заставляя смотреть себе в глаза. – Пропал юнга, а потом …

Потом кто-то из команды. Всегда по ночам. Всегда по одному человеку. Капитан приказал не покидать трюм ночью. Не ходить по одному, только по двое, всегда быть вооруженным. Маг пытался ворожить, но пропал и он.

– Я вот считаю, – моряк опять попробовал глянуть на Джейн и вроде как приосанился, вспоминая, что он был когда-то мужчиной и грозой морей. – Что он струсил. Маги, они трусы по натуре, да. Кроме своего колдовства ничего не умеют.

– Вот полностью согласен. Трусы, – кивнул Бедфорд. – А дальше что было.

– Так колдун того – за борт – бульк. И нет его.

– А потом?

– Ну пропал Джеки. Затем Однорукий Боб. Затем… И капитан. И все. И нету «Шанса»… А я? Почему остался я? Почему именно мне все это…

Сгорбился, обхватил голову руками и заплакал, нелепо дергая плечами. Всхлипы сменились храпом.

– Эй! – Джейн собралась растрясти задремавшего пьяницу, но Бедфорд ее остановил. – Но он же не все сказал!

– Он сказал достаточно, – принюхался и хмыкнул. – Забористые у тебя травки, жемчужинка. Напомни мне, чтобы ты никогда не заваривала мне чай.

– Не дождешься! – нахохлилась ученица ведьмы. Ну подумаешь, перепутала мешочки… И тут же сникла: загадка, как «Второй Шанс» связан с ней и её прошлым, так и осталась нераскрытой. И связан ли? – Эй! Ты куда?

Бедфорд пошел по улице в сторону ярко освещенных кварталов с тавернами.

– Провести тебя. Ты же не в доме Рейджа остановилась? – ей показалось или в его голосе проскользнули нехорошие стальные нотки.

– Нет, с матушкой Готланд. На постоялом дворе. И вовсе не обязательно…

– Обязательно, жемчужинка, обязательно! – отозвался маг, даже не оборачиваясь. Пришлось поспешить, чтобы догнать его.

– Итак, – маг старательно смотрел перед собой. – У нас кто-то из кувшина выбрался … Какой-то дух… наверное…

– Дух?

– Я в этом мало смыслю, – Бедфорд криво усмехнулся. – Не моя сфера интересов, поэтому и знаю мало. Но слыхал: шаманы в Западной Африке за немалые деньги заточают в кувшины духов предков, чтобы те помогали потом роду, приносили им процветание и благополучие. Или удачу. Но это работа уровня архимагов. А такие точно не дали бы себя пленить в рабство. Только если у них был какой-то план.

– Как-то не похоже на добрый дух…

– Согласен. Я, знаешь ли, больше в живых разбираюсь, – еще одна странная и неуместная ухмылка. – А в мёртвых… моя жена сведуща.

– Так поговори со своей женой! Разберитесь, кто у нас тут чудить удумал и как его … Отправить в ад. Они же не крещенные? В рай же их не возьмут, – закончила она на выдохе, вспоминая что-то из речей храмовников.

– Скажем так, – протянул Бедфорд, – мы с моей женой слегка в ссоре.

– Так помиритесь! Потому что такой гроб под парусами рядом с городом! Да тут не нужно быть ведьмой, чтобы понять… Это же опасно! Нужно что-то делать!

– И что же ты предлагаешь сделать, ученица ведьмы?

Джейн от бессилия всплеснула руками:

– С Мэтью поговорить! С матушкой! Она же ведьма! У мага помощи попросить! Но не сидеть же без дела!

Бедфорд остановился, как будто налетел на каменную стену.

– Знаешь, жемчужинка, давай решим всё завтра? И только, пожалуйста, ничего без меня не предпринимай, ладно?

– Перестань называть меня «жемчужинкой»!