Второй Шанс

– Ага, друг! – отмахивалась ведьма. – Я таких друзей познала по самые гланды. А ты мне слишком дорога, чтобы я … да как бы это выразиться по-благородному? Дорога ты мне, дуреха, дорога! Поэтому жди, когда будет время, будешь жить в этом доме, пока смерть не разлучит вас. А пока терпи блох, клопов и жесткие перины.

Страдать одна ведьма не любила.

Но всегда щедро платила за комнатку на двоих. Пусть комната на втором этаже темная, зато с двумя узкими кроватями, маленьким окошком, табуретом на трех ногах, на котором стояли таз с кувшином. Еще и ужин хозяин гостиницы мог принести. За отдельную, конечно, плату.

Поужинав, старуха какое-то время неодобрительно смотрела в окно, как на улицах загораются фонари и люди, как завороженные, идут в таверны, на площади или набережную. С раздражением она захлопнула ставни, но какофония разной музыки словно и не заметила этой преграды.

– Да я ж не усну! – проворчала ведьма, зашуршала своими кулечками, открыла один из тех, что не удалось продать и, сокрушаясь, что приходится переводить на себя ценный продукт, заварила сонного сбора. – Джейн! Проснись, нужно выпить отвара, чтобы спалось лучше!

Ведьма подошла к кровати, потрясла девушку за плечо, но та лишь что-то сонно пробормотала и натянула одеяло на уши.

– Теперь ее и пушки Тауэра не разбудят, – решила матушка Готланд. – Ну ничего, одну-две ночи можно и потерпеть. Хоть сама высплюсь. Кто ж знал, что это такая проблемная девчонка, кто ж знал. Но какая ж сочная… м-м-м…

Ведьма зевнула, завалилась на свою постель, укуталась одеялом и вскоре захрапела. Как помнила Джейн, сонный сбор, усиленный магией, давал часов шесть крепкого сна без сновидений.

Подождав для верности еще полчаса, она выскользнула из-под одеяла, в темноте кое-как натянула одежду, подхватила сумку с амулетами, закуталась в плащ и выскользнула из комнаты.

На первом этаже уже было многолюдно, весело и шумно. Все были заняты лишь своим весельем и Джейн никто не заметил. Так она, по крайней мере, надеялась.

Улицы все были залиты теплым светом фонариков, как будто сегодня какой-то праздник. Люди шли со стеклянными глазами и приклеенными улыбками в ярко освещенные таверны, с каменными лицами танцевали на улицах джигу… И ведь так каждый вечер…

Девушка активировала амулет отвода глаз и побыстрее свернула в неосвещенные переулки. Там всего лишь грабители, воры, убийцы – как-то привычнее, чем все это бездушное и бесконечное веселье. Но, видно, криминальные личности тоже предпочитали веселиться, а не работать прохладными вечерами – ученица ведьмы без проблем добралась до причалов с лодками, за которыми никто не следил. У тех, что покрепче, на бортах были нарисованы руны от кражи, у остальных же просто спрятаны весла.

Волны ритмично бились о борт, пахло водорослями и солью. Сквозь рваные облака просвечивались мелкие, как песок, звезды и острый рог месяца. Лодка оказалась неповоротливой, весла тяжелые, а идея забраться на «Второй шанс» уже не такой гениальной.

Но Джейн всегда была упорной, и каравелла приближалась неумолимо, как полночь. Вблизи корабль стал еще громаднее, еще темнее. К плеску волн добавились скрипы досок и снастей, хлопанье незакрепленного куска парусины где-то над головой.

Девушка завязала петлю на веревке и далеко не с первого раза забросила ее на палубу, чтобы она зацепилась за какой-то столбик. Лодку привязала за другой конец веревки, выдохнула и аккуратно полезла вверх.

Где-то на середине пути, между темной, как мрак, водой и холодными звездами над черным бортом «Шанса», Джейн сообразила, что если она сейчас свалится, то разобьется в лепешку, и поползла быстрее, сдирая руки в кровь.

Страх, кольнувший сердце парой минут ранее, отступил. Осадка у каравеллы всего-то 2-3 метра. Как тут можно разбиться-то? И сам корабль не очень большой – около 20 метров. Маневренный, быстрый, способный заходить в мелководные порты. Наверное, им гордились. Дорожили. Люди, которые шли на такой хрупкой скорлупке через океан, надеялись на него, заботились.

Вещи, к которым не привязываются, не имеют такой… энергетики? Джейн бы и сама не смогла объяснить, почему она так решила.

Было тихо, пустынно… Амулет разрядился и осыпался мелким прахом.

И что ж она хочет тут найти? Вот казалось же, когда она доберется до корабля, то все поймет. Девушка прошла несколько раз по небольшой грязной палубе. Ветер лениво перебирал остатки снастей и лохмотья парусов, пахло деревом и чем-то сладким.

С другой стороны – ну кто тайные секреты прячет прямо-таки на виду? Девушка вытащила из сумки палочку, надломила ее пополам, и та засветилась ровным неярким светом. Не фонарь, но вполне себе сгодится, чтобы осмотреть трюм и каюту капитана.

Мэтью говорил, что на корабле не было грузов. «Шанс» слишком маленький, чтобы перевозить что-то громоздкое. Но путешествия через океан дороги. Чтобы они окупились, груз должен быть небольшим по объёму и ценным. Но таможенники точно все тут обыскали. И тайники в трюме или под палубой искали бы в первую очередь.

В окне каюты мигнул огонек…

Джейн нащупала кинжал на поясе и осторожно заскользила к корме. Дверь в капитанскую каюту была приоткрыта.

Откуда-то из глубины памяти вдруг всплыли страницы учебника. Белые, хрустящие, когда их переворачивают, с яркими черными буквами-бисеринками, выстроившимися в ровные-ровные рядки. И голос девочки, старательно выговаривающей какую-то абракадабру.

«…При использовании амулетов отвода глаз нужно принять во внимание, что одаренный большей силой маг, зная или предполагая, что нужно искать, прорывает энергетический заслон заклинания и объект становится видимым. Во избежание подобного инцидента, необходимо при создании артефактов…»

Помещение небольшое, но самое просторное на корабле, освещал фонарь, на ручке которого висел плетеный из шнуров и бусин амулет отвода глаз. Рядом со столом для карт и навигационных инструментов на полу сидел на корточках тот самый беловолосый маг с рынка. Сорвав с пола несколько досок, он тер между пальцами какие-то белые кристаллы и принюхивался.

А у самого носа Джейн рассыпались в водную пыль два кинжала.

Маг медленно повернул голову, не скрывая улыбки.

– Какая встреча, жемчужинка! – мужчина встал, отряхнул руку и сделал несколько шагов навстречу. – Надеюсь, теперь мы сможем поговорить?

Бежать? Никогда нельзя показывать свой страх.