Страница 54 из 102
убираю волосы с его лица назад, зарываясь пальцами в мягкие, влажные пряди, — и в этот
момент в его глазах будто что-то щёлкает, вспыхивает, ломается какой-то предохранитель.
Филипп подхватывает меня за бедра — сильно, уверенно, властно; я хватаюсь за его
шею, скрещиваю ноги на его пояснице, чтобы не потерять опору, не соскользнуть в эту бездну
между нами. Мы смотрим друг другу в глаза, слишком близко, слишком откровенно, слишком
честно. Я веду рукой по его мягким, влажным волосам на затылке, перебирая их, и понимаю:
если он сейчас же не поцелует меня — я просто не выдержу и рассыплюсь. Прямо здесь. На
атомы.
Он опускает взгляд на мои губы, и мое дыхание сбивается, становится рваным,
поверхностным; тело начинает дрожать в его руках мелкой, противной дрожью, голова чуть
дергается от этого накрывающего, густого и невыносимого напряжения.
И тут Филипп наклоняется. Очень медленно. Мучительно медленно. И касается моей
нижней губы — нежно, едва ощутимо захватывает ее своими… и отстраняется.
Это было… настолько сладко, настолько тягуче и катастрофически мало, что, если
бы он не держал меня, я бы точно сползла вниз, превратившись в бесформенную лужицу желания.
Я слышу, как часто и тяжело он дышит, чувствую его четкое, быстрое сердцебиение, отдающее в
мою грудь через соприкосновение тел, и весь мир в этот момент растворяется, исчезает, теряет
значение. Есть только он. И я. И это оглушительное, звенящее «мы».
— Филипп, я хочу тебя, — тихо, но срывающимся, предательски дрожащим голосом
говорю я, немного отстраняясь, чтобы он мог прочитать по губам, и вижу, как его нижняя губа
на мгновение скрывается за ровными зубами.
Он удобнее устраивает меня на руках, чуть подбрасывая и несет из кухни.