Страница 6 из 46
Глава 6. Проверка
Очень плохо.
Для него.
Для меня.
Для пола, который мог загореться, если он продолжит смотреть так пристально.
— Хорошо, Велория Вейн, — сказал он. — Принесите мне ваш лучший обед.
— Марта, один обед для инспектора, — распорядилась я, не отводя взгляда от дракона. — И счет за обслуживание без записи.
— Вы серьезно? — спросил Ардан.
— Всегда, когда речь идет о деньгах.
Ему подали жаркое, пирог и травяной отвар. Я лично поставила перед ним тарелку и заметила, как его взгляд скользнул по моим пальцам, потом поднялся выше, задержался на губах и вернулся к глазам. Он делал это почти незаметно. Почти.
Я наклонилась чуть ближе, чем требовала вежливость.
— Если вы ищете нарушения, они не на мне.
— Я еще не решил, что именно ищу, — ответил он негромко.
Голос у него был слишком низким. В этой фразе не было ничего неприличного, но почему-то у меня по позвоночнику пробежало тепло. Я выпрямилась, напомнила себе, что передо мной угроза моему дому, будущему и финансовому состоянию, и отошла к стойке с максимально независимым видом.
Нокс тут же приземлился рядом.
— Он смотрел на тебя как голодный дракон на фаршированную утку.
— Нокс, если ты не хочешь стать фаршированным фамильяром, говори тише.
— Я умею говорить тише, но мир тогда теряет половину моей пользы, — обиделся он.
Никс подлетел с другой стороны.
— Он красивый.
— Он инспектор.
— Это временный недостаток, — философски заметил Никс.
— Он может закрыть таверну.
— Тогда мы его укусим.
— Вы не будете кусать королевского инспектора, пока я не проверю, предусмотрен ли за это штраф, — сказала я.
Марта, проходя мимо, прыснула со смеху.
Проверка началась после обеда.
И, к моему раздражению, Ардан оказался не просто красивым мужчиной с глазами, от которых хотелось одновременно спорить и раздевать его взглядом до совести. Он был внимательным, умным и дотошным. Он заметил трещину в потолочной балке, нашел просроченную бочку эля, обнаружил, что одна гостевая комната не соответствует нормам, а в долговой книге не хватает трех страниц.
— Эти страницы вырваны, — сказал он, стоя у стойки и листая книгу.
— Я тоже умею видеть очевидное, — ответила я. — Вопрос в том, кто их вырвал.
— Вы хозяйка.
— Великолепное наблюдение. Дальше вы, вероятно, скажете, что хозяйка обязана знать все, включая прошлые грехи повара, тайные страсти мышей и направление ветра в день, когда кто-то решил украсть документы.
Он поднял на меня взгляд.
— Вы не любите признавать ответственность?
Я усмехнулась.
— Я не люблю, когда мне пытаются продать чужую вину под видом моей обязанности.
Между нами снова повисло напряжение. Не злое. Не совсем. В нем было что-то острое, живое, опасное, словно мы стояли слишком близко к огню и оба делали вид, что нам не жарко.
Ардан закрыл книгу.
— Я могу приостановить работу таверны до выяснения обстоятельств.
— Можете, — сказала я. — А можете дать мне три дня, чтобы восстановить документы, найти пропавшие страницы и устранить нарушения.
— Почему я должен это делать?
Я подошла ближе.
На этот раз не для того, чтобы бросить вызов залу или произвести впечатление. Просто мне вдруг захотелось, чтобы он увидел: я не играю в хозяйку. Я стала ею, потому что иначе это место развалится, а вместе с ним — люди, которые почему-то уже смотрят на меня с надеждой.
— Потому что таверна кормит тех, кто здесь работает. Потому что ее хотят отобрать. Потому что документы исчезли не случайно. И потому что вы слишком умны, чтобы не понять: если бы я хотела скрыть нарушения, я бы не спорила с вами посреди зала, а улыбалась, хлопала ресницами и наливала вам вино покрепче.
Он смотрел мне в глаза.
— Вы умеете улыбаться так, что это опаснее вина.
Я не сразу нашлась с ответом.
Что было досадно.
Фамильяры тоже заметили, конечно.
— Хозяйка зависла, — прошептал Никс.
— Дракон попал в уязвимое место, — деловито сообщил Нокс. — Надо срочно бросить в него булочкой.
— Никто не будет бросать в инспектора булочкой, — сказала я, не глядя на них.
Ардан медленно повернул голову к фамильярам.
— Они всегда вмешиваются?
— Только когда считают, что я недостаточно быстро уничтожаю противника.
— И часто вы уничтожаете противников?
Я улыбнулась.
— Пока собираю статистику.
Он снова почти улыбнулся. Почти, потому что, видимо, драконы берегли улыбки для особенно трагических случаев, вроде крушения чужих надежд и удачно заполненных протоколов.
К вечеру он осмотрел почти все, кроме погреба.
Именно погреб почему-то интересовал его особенно сильно. Он трижды спрашивал о старых планах здания, дважды проверял печати на стенах и один раз так долго стоял у лестницы вниз, что у меня появилось неприятное чувство: под моей таверной находится нечто большее, чем бочки, пауки и сомнительная картошка.
— Погреб осмотрим сейчас, — сказал Ардан.
— Сейчас там темно, сыро и, возможно, живет мышь с бухгалтерскими способностями, — ответила я. — Осмотр можно провести утром.
— Печати активны ночью.
— Как удобно для печатей и как неудобно для людей, которые сегодня работали с рассвета.
— Вы боитесь?
Я рассмеялась.
— Господин Рейгар, я за последние два дня проснулась в чужой жизни, выгнала трех нахалов, поставила повара на путь исправления, приняла королевскую проверку и выдержала ваши взгляды, которые в приличном обществе следовало бы облагать налогом. Если я чего-то и боюсь, то только того, что завтра Рубен снова пересолит суп.