Страница 18 из 46
Глава 16. Пожар на кухне и руки дракона
Ардан оказался у двери раньше, чем я успела поставить кувшин. Зал мгновенно притих. Никс и Нокс взмыли под потолок, расправив крылья.
— Все остаются внутри, — приказал Ардан.
— Это моя таверна, — сказала я, уже обходя стойку.
Он повернулся.
— Именно поэтому ты останешься здесь.
Я остановилась перед ним и очень медленно подняла бровь.
— Ардан, если ты сейчас попытаешься запереть меня в моей же таверне ради моего блага, я найду способ сделать твое бессмертие утомительным.
В его глазах мелькнуло пламя.
— Там может быть опасно.
— Здесь тоже, если спорить со мной при свидетелях.
Нокс восхищенно прошептал с балки:
— Она прекрасна в угрозах.
— Я бы женился, но я фамильяр и люблю свободу, — ответил Никс.
Ардан несколько секунд смотрел на меня, потом резко выдохнул.
— Держись рядом.
— Вот это уже звучит как разумная просьба.
— Это был приказ.
— Значит, плохо замаскированная просьба.
Он, кажется, хотел сказать что-то еще, но снаружи снова закричали, и мы выбежали во двор.
Возле сарая полыхал огонь.
Пламя лизало сухие доски, быстро подбираясь к стене, за которой хранились мешки с углем, старые бочки и запасное масло для ламп. Если огонь доберется туда, сарай не просто сгорит — он рванет так, что моей таверне, моим планам и моему новому будущему придется собирать себя по соседним полям.
У ворот метались двое мужчин в темных плащах. Один держал факел. Второй тащил за собой Лиссу, зажимая ей рот рукой.
Внутри меня что-то оборвалось.
— Отпусти ее! — крикнула я.
Мужчина с факелом обернулся.
Я не разглядела лица под капюшоном, но увидела улыбку. Очень неприятную. Очень уверенную.
— Поздно, ведьма! Брайс передает привет!
Конечно.
Брайс.
Я должна была догадаться, что человек, у которого дергается глаз при каждом вранье, не уйдет домой тихо пересчитывать моральные потери.
Ардан шагнул вперед, и воздух вокруг него пошел жаркой волной.
— Отпусти девушку, — сказал он.
Не громко.
Но так, что даже пламя будто поутихло.
Нападавший с факелом побледнел, однако был либо очень глуп, либо очень хорошо оплачен. Он швырнул факел в сторону открытой двери сарая и бросился к воротам.
Дальше все произошло сразу.
Лисса вывернулась и укусила второго за руку. Никс с боевым воплем спикировал ему в лицо. Нокс, появившийся из-за моей спины, вцепился в капюшон факельщика и начал орать ему прямо в ухо такие слова, что один из возчиков во дворе нервно перекрестился.
Я рванулась к Лиссе.
Ардан — к сараю.
— Велория, назад! — крикнул он.
— Сам назад! — ответила я, потому что здравый смысл в стрессовых ситуациях у меня, очевидно, работал выборочно.
Я схватила Лиссу за плечи, оттащила в сторону, толкнула к Марте, которая выбежала с ведром, и услышала за спиной треск.
Горящая балка над дверью сарая просела.
Ардан оказался внутри.
— Ардан!
Я бросилась к сараю, но жар ударил в лицо так сильно, что пришлось отступить. На мгновение внутри все стало пустым. Ни мыслей, ни язвительности, ни планов, только страх, настолько сильный, что я не сразу поняла: он не весь мой.
Часть страха шла по связи.
От него.
Нет, не страх за себя.
За меня.
Глупый, невыносимый, упрямый дракон боялся, что я полезу следом.
Разумеется, я полезла бы, если бы он не вышел через несколько секунд.
Вышел из огня, держа на плече тяжелый мешок с углем, который мог вспыхнуть следующим. Его рубашка была обуглена на рукаве, волосы растрепались, на скуле темнела сажа, а в глазах горело такое пламя, что я на мгновение забыла, где заканчивается пожар и начинается дракон.
Он швырнул мешок на землю подальше от сарая.
И в этот момент крыша дала трещину.
Все внутри меня сжалось.
Ардан развернулся ко мне.
— Ложись!
Он успел.
Я почувствовала только сильный рывок, его руки вокруг себя и удар, от которого воздух вылетел из легких. Мы рухнули на землю у колодца, а кусок горящей балки ударил туда, где я стояла секунду назад.
Несколько мгновений я слышала только звон в ушах и гул огня.
Потом поняла, что Ардан накрыл меня собой.
Тяжелый, горячий, живой.
Очень живой.
— Ты цела? — спросил он хрипло.
Я открыла глаза.
Его лицо было близко. Слишком близко. Золотые глаза потемнели, на щеке полоса сажи, волосы упали на лоб, а дыхание было неровным. На мгновение вся опасность стала странно далекой, словно мир сузился до его рук, удерживающих меня, и стука сердца, который я чувствовала не только своим телом, но и через связь.
— Я цела, — выдохнула я. — А ты тяжелый.
Он моргнул.
Потом резко, почти неверяще рассмеялся.
— Ты едва не погибла.
— Да, и если бы погибла, то последним моим ощущением было бы, что меня раздавил красивый мужчина с плохой привычкой геройствовать.
— Я спас тебе жизнь.
— Я это учту при выставлении счета.
Он смотрел на меня так, будто хотел одновременно встряхнуть и поцеловать.
Я очень испугалась, что мне нравились оба варианта.
— Хозяйка! — завопил Никс. — Ты жива?
— Она жива и язвит, значит, все почти нормально! — крикнул Нокс от ворот. — Мы поймали одного гада, второй удрал, но я вырвал ему клок волос, потому что я мстительный и хозяйственный!
Ардан поднялся первым и помог мне встать. Я хотела тут же отдернуть руку, потому что вокруг были люди, огонь, хаос и репутация, но его пальцы крепко сжали мои.
— Не спорь, — сказал он тихо.
Я посмотрела на него.
— Ты ранен.
Он опустил взгляд на рукав.
Ткань была разорвана, под ней на предплечье темнел ожог, а возле плеча расплывалось кровавое пятно. Видимо, балка все-таки задела его, когда он закрывал меня собой. На мгновение меня пробрала такая злость, что захотелось ударить его по здоровой руке.
— Ты ранен, — повторила я уже совсем другим голосом.
— Не смертельно.
— Прекрасно, значит, у меня есть время тебя отругать.
— Велория…
— Молчать. Ты сейчас пойдешь внутрь, сядешь и позволишь обработать рану, иначе я лично привяжу тебя к стулу, и пусть потом королевская канцелярия разбирается, почему ее инспектор не может выполнять обязанности без моего разрешения.
Его губы дрогнули.
— Ты угрожаешь мне заботой?
— Я угрожаю тебе последствиями твоего упрямства.