Страница 19 из 34
Глава 12. Ночной сад
Приглашение принесли после обеда — не само, а с Эйнартом, который сунул Лиа сложенный листок и тут же отскочил подальше от Лоренс.
— Что это? — подозрительно спросила подруга.
— Не знаю, я просто передаю, — буркнул он и испарился.
Лиа развернула бумагу и увидела почерк Эвана.
«Леди Пуарье. Сегодня в полночь прошу вас явиться в старую оранжерею. Нужно ваше профессиональное мнение о ночных травах — говорят, вы разбираетесь, в чем я ни секунды не сомневаюсь. Не опаздывайте. Э.П.»
— Профессиональное мнение? — Лоренс заглянула через плечо и фыркнула. — В полночь? Он что, травы собрался рассматривать при луне?
— Может быть, — Лиа спрятала записку в карман. — Ночью некоторые растения раскрывают свои свойства.
— Ага. И он, конечно, единственный, кто не может подождать до утра.
Лиа пожала плечами.
— Я просто посмотрю и вернусь.
— Конечно-конечно, — Лоренс закатила глаза. — Так я и поверила.
Старая оранжерея находилась в дальнем конце сада. Лиа любила это место, но другие туда почти не ходили — слишком сыро, слишком много москитов. Однако Эван почему-то выбрал именно её.
Лиа накинула тёплую шаль и вышла через боковую дверь. Ночь была прохладной, свежей. Луна висела низко, подсвечивая дорожки серебристым светом. Где-то стрекотали сверчки, пахло мокрой листвой и жасмином.
Оранжерея встретила её мягким зелёным свечением — внутри горели маленькие магические шары, развешанные между горшками с диковинными растениями. Эван сидел на скамье у стены, перебирая какие-то листья.
— Ты пришла, — сказал он, не поднимая головы.
— Да, но у меня мало времени. На что ты хотел, чтобы я посмотрела?
Эван кивнул на дальнюю грядку.
— Луноцвет. Раскрывается только после полуночи. Говорят, его сок лечит бессонницу, но никто не может собрать вовремя — все спят. Он покрылся странными пятнами. Как будто какая-то болезнь. Тебе стоит взглянуть.
Лиа подошла ближе, склонилась над бледными цветами. Они и правда выглядели странно.
— Удивительно, — выдохнула она. — Я такое только в книгах видела. Возьму несколько лепестков для изучения.
— Я знал, что ты заинтересуешься.
Она выпрямилась, посмотрела на него.
— Ты поэтому меня позвал? У нашего молодого правителя нет других важных дел, кроме как рассматривать больные растения в оранжерее?
— Отчасти. — Эван встал, отряхнул колени. — А отчасти — потому что хотел поговорить без свидетелей.
— Ладно, — сказала Лиа, садясь на скамью. — Ты хотел поговорить — говори. Только без этих… недомолвок.
Эван сел рядом — не слишком близко, но и не на другой конец.
— Я хотел спросить… ты действительно ненавидишь меня?
— Сейчас уже нет. Тогда в академии я думала, что боль и злость никогда не утихнут. Но какая теперь разница?
— Ты лжёшь, Лиа. Я слишком хорошо тебя знаю, у тебя на лбу всё написано. И всё же я думал, что ты хотя бы выслушаешь меня. Но ты постоянно отмахиваешься, как от назойливой мухи.
— Потому что твои объяснения ничего не изменят. — Лиа посмотрела в потолок оранжереи, где между балками висела паутина. — Ты бросил меня, ничего не сказав. Понимаешь, как это было?
Эван молчал. Долго.
— Понимаю, — сказал он наконец. — И мне жаль. Не потому, что я раскаиваюсь в своём решении — у меня были причины. А потому, что я сделал тебе больно.
Снаружи заухала сова. Луна поднялась выше, и через стеклянные стены оранжереи полился серебристый свет. Луноцветы светились в ответ — бледно-зелёным, призрачным.
— Знаешь, — сказала Лиа тихо, — я действительно люблю такие моменты. Когда тихо, никого нет, и мир кажется… добрым.
— Я помню.
— Ты всё помнишь? — усмехнулась она. — И то, как я уронила твой любимый гримуар в лужу?
— И то, как ты плакала от смеха, когда Марго упала в ту же лужу.
— Это было справедливо.
— Я не спорю.
Они рассмеялись.
Лиа поймала себя на мысли, что уже давно не сидела с ним так просто, без напряга. Как в старые времена. Как будто ничего не случилось.
Но случилось. И она не имела права забывать.
— Мне пора, — сказала она, поднимаясь. — Завтра рано вставать.
Эван тоже встал. Проводил её до двери оранжереи.
— Лиа.
— Что?
— Я никогда о тебе не забывал. С тех пор, как я покинул академию, я думал о тебе каждый день. Но самое главное, я знал, что мы встретимся снова.
Лиа разрывало на части. Она хотела задать тысячу вопросов, обсудить каждый миг того злополучного дня. О чём он тогда вообще думал? Но и гордость у неё была — сдаваться вот так просто, лишь от его проникновенных взглядов? Ну уж нет.
— Довольно этих разговоров, Эван. Ты пригласил меня как специалиста, — напомнила она. — Я выполнила профессиональный долг.
— Конечно. — Он чуть улыбнулся. — Спокойной ночи, леди Пуарье.
— Спокойной ночи, лорд Пуарье.
Она вернулась в комнату, разделась и забралась под одеяло.
На подушке лежал один-единственный цветок луноцвета — она не заметила, когда Эван успел его сорвать. Нежный, почти прозрачный, он светился в темноте, как маленькая звезда.