Кобольд в эполетах

Глава 15

Когда-то Драгефьорден начался с небольшого деревянного укрепления, построенного на возвышавшемся над морем скальном утесе. Затем место деревянного частокола заняли каменные стены, они достраивались и расширялись, постепенно превратившись в настоящий замок, надолго ставший одним из символов мощи блистательной Арании, простершейся на наши холмы… Время шло, замок утратил свое защитное значение, часть стен и башен разобрали на стройматериалы, часть – обветшала и обвалилась, и сейчас лишь поросшие травой и кустарником живописные развалины встречали нас, напоминая о некогда грозных куртинах.

Город же широко и вольно раскинулся в устье фьорда, называемого «драконьим», за что, собственно, в незапамятные времена город и получил свое название. И вот сейчас «Морской слон» неторопливо швартовался к пристани, а мы с сэром Джонатаном стояли вместе с другими пассажирами на верхней палубе, ожидая подачи трапа.

Полковник… Он собирался сойти на берег, что называется, при полном параде. На смену твидовому костюму пришел мундир корпехоты, на место котелка – офицерская шляпа, плавную текучесть движений опытного танцора… Ну, или фехтовальщика, сменила резкая четкость парадной маршировки. Должен признать – впечатление это производило неизгладимое.

Ну, а у меня все равно ничего нет, кроме моего кадетского мундира… С погонами второго лейтенанта… И кое-как заштопанными брюками. М-да… Надеюсь, штабные крючкотворы (которые, кстати, скоро станут прямыми подчиненными полковника Сильвера) при вынесении решения о моем дальнейшем назначении дадут мне хоть сколько-нибудь достаточное время, чтобы справить новые брюки, а то неудобно как-то…

Наконец, трапы поданы. Полковник делает мне знак – не торопись, и мы ждем, пропуская других пассажиров. Впрочем… В этот раз предстоит сходить по «благородному» носовому трапу, а пассажиров второго и первого класса… Ну, не «раз-два – и обчелся», но уж точно не сотня человек, поэтому не проходит и десяти минут, как мы чинно спускаемся на пирс.

Ступаю на плиты пирса, и чувствую, как шерсть на ушах встает дыбом.

Баккеланд…

Здравствуй, Страна Холмов. Давно не виделись…

Полковник глядит на меня, улыбаясь в усы, как мне кажется, слегка печально. Идем по пирсу.

А у выхода с пирса стоит коляска, запряженная парой лошадей, возле которой, в свою очередь, стоит офицер с эполетами первого лейтенанта. При нашем приближении лейтенант отдает честь, четким шагом подходит к полковнику:

- Полковник Сильвер?

Полковник молча берет «под козырек».

- Первый лейтенант Лайонелл, сэр. Приказано встретить Вас и доставить на выделенную в Ваше распоряжение квартиру. Позвольте Ваши вещи?

Все так же молча полковник протягивает лейтенанту чемодан. Я протягиваю второй – не предложить полковнику помочь с багажом было бы верхом невежества, особенно учитывая его ранение.

- Позвольте предложить Вам добраться с нами до города, Торвард? – спрашивает сэр Джонатан.

- Благодарю, сэр, но… - так-то я ничего не имею против добраться куда-нибудь ближе к центру города на казенном экипаже, но мне отчего-то совершенно не хочется ехать в одной коляске с встретившим полковника первым лейтенантом Лайонеллом, - Я хотел пройтись пешком… Я четыре года здесь не был, хотел… Вспомнить… - я слегка кривлю душой. Нет, не в том, что я четыре года здесь не был – это-то, как раз, правда, - просто вспоминать мне в Драгефьордене нечего, ибо, как я уже говорил, в прошлый раз мы через него с моими сопровождающими промчались чуть ли не галопом. Впрочем, полковнику я этого не рассказывал…

- Понимаю Вас, - улыбается в усы Сильвер. – Что ж… В таком случае – до свидания, Торвард. Надеюсь, до скорого… И – желаю удачи!

Полковник протягивает мне руку, я искренне ее пожимаю; еще раз кивнув мне, Сильвер садится в коляску, Лайонелл садится напротив него. Сидящий на козлах унтер-офицер шлепает лошадей вожжами по спинам – «н-но, пошли!» - и коляска, чуть поскрипывая рессорами, уезжает…

Я снова остался в одиночестве.

Еще раз проверяю себя – ранец – на спине, ремни подтянуты; офицерская сумка – на боку, кобура с револьвером – на ремне. Футляр винтовки со шпажным чехлом – на плечо… А бинокуляр я, если кому интересно, в ранец утрамбовал. Все в порядке, а раз так… Неторопливо иду в сторону небольшой площади, откуда вверх по склону идет широкая улица. Действительно, прогуляюсь немного пешком, хоть на город полюбуюсь… С извозчиком, если что, проблем не будет – столица все-таки! – как и проблем с поиском пристанища на пару дней. А потом – в штаб легиона, точнее, в канцелярию делопроизводства – да-да – ту самую, которую должен возглавить сэр Джонатан – за назначением непосредственно в один из полков северного легиона, о котором столь презрительно отозвался Наль…

Размышляя на тему своей дальнейшей судьбы, я неспешным шагом вышел на площадь, и направился в сторону центра города (по крайней мере, я так думаю), но тут на глаза мне попалась знакомая пара…

У небольшой афишной тумбы, на краю замощенной булыжником дороги, стоят несколько разнокалиберных чемоданов, возле которых стоят юная девушка и ее более старшая компаньонка – да, те самые, что столь недвусмысленно дали мне почувствовать все мое ничтожество в первое утро моего морского путешествия. Потом, когда мы с полковником проводили вечера за шахматами в салоне первого класса, я видел их там – с примерно тем же набором эмоций в мой адрес… Я так думаю. Потому как настолько близко, чтобы их почувствовать, я не подходил… Но, во-первых – не нужно подходить ближе, чтобы видеть страх в глазах девушки при взгляде на меня; во-вторых – старшая при моем появлении достаточно быстро вставала, и пара покидала салон – не настолько быстро, чтобы это выглядело демонстрацией, но для меня – достаточно, чтобы я связал факты моего посещения салона и их ухода в одну цепь событий.

Ну, а сейчас они здесь… Стоят и стоят… Нарушать их покой в мои планы точно не входит. Непонятно, правда, чего они ждут – вон, рядом аж три экипажа, выбирай – не хочу, и езжай, куда там тебе заблагорассудилось… Тем более, что с момента, как они сошли на берег и моим здесь появлением прошло достаточно много времени – минут двадцать так уж точно, пока мы с полковником всех пропустили, пока дошли (крайне неспешно, практически прогулочным шагом) до коляски, что ждала на выходе с пирса… А, хрен с ним – не мое это дело!