Страница 45 из 170
Тетушка ничего не сказала, лишь встревоженно оглядела нас обоих.
Как ни странно, но, по-моему, больше всего из-за нашего предстоящего визита к тану нервничала тетушка. Причем, похоже, нервничала она не из-за непосредственно каких-то проблем, которыми нам может грозить визит к главе клана, а из-за того, чтобы мы, по ее собственному выражению, «не опозорили честь семьи при посещении столь высокой особы».
Вследствие этого тетушка развила бурную деятельность, и к тану мы с дядюшкой отправились не только вымытые, причесанные и побритые, но еще и накрахмаленные, отутюженные и отдраенные до последней возможности. Меня душил галстук, в подбородок врезался накрахмаленный воротничок рубашки, где-то найденный тетушкой «малость узкий в плечах» сюртук сдавливал не только плечи, но и грудь, не давая полноценно дышать… Учитывая, что ехать нам пришлось в Виллебехольм, а это, на секундочку, почти сто миль – сами представьте, в каком состоянии (и настроении) я добрался до места. Дядюшка не жаловался, но чувствовал он себя явно не лучше, и в расположении духа пребывал наисквернейшем.
В Виллебехольм мы прибыли накануне вечером, встали на постой в доме дядиной сестры, и, соответственно, моей тети, Асгерд, а сейчас, в означенный день, отправились на прием в резиденцию тана.
Скажу честно – резиденция, которую довелось видеть впервые, меня разочаровала. Я ожидал увидеть что-то вроде рыцарского замка со стенами и башнями, как на красочной открытке, которую мне как-то купил отец – там было написано: «Замок в Мальве». Вместо же этого… Просто особняк посреди небольшого парка, окруженного кованой оградой. Ну дом, ну, большой, двухэтажный… Но это категорически не соответствовало моим представлениям о том, как должно выглядеть главное здание всего клана! Наверное, поэтому, когда мы подошли к воротам и предъявили стоящим там гвардейцам в мундирах клановых цветов приглашения, и в сопровождении вызванного гвардейцами дежурного проследовали внутрь, настроение у меня было – хуже не придумаешь…
В сопровождении дежурного мы поднялись по широкой лестнице на второй этаж, прошли длинным коридором и уперлись в высокую дубовую дверь. Дежурный открыл ее, пропустил нас внутрь. За дверью обнаружилась комната с большим письменным столом, за которым сидел пожилой кобольд в таком же мундире клановых цветов, что и сопровождавший нас гвардеец. В противоположной от входной двери стене виднелась еще одна дверь.
Дежурный подошел к сидящему за столом кобольду и протянул ему наши приглашения. Тот бегло просмотрел их, затем повернулся к нам и сделал приглашающий жест рукой в сторону ряда мягких стульев, стоящих вдоль стены.
- Прошу вас подождать, - произнес он. – Тан скоро примет вас.
Затем он повернулся к дежурному и что-то вполголоса ему сказал. Дежурный на секунду вытянулся в струнку, затем вышел из комнаты.
Мы с дядюшкой устроились на стульях и приготовились ждать; при этом найденный тетушкой сюртук немилосердно врезался мне под мышки.
Ждать долго не пришлось – дежурный вскоре вернулся, сопровождая человека - среднего роста, аккуратно и неброско одетого; единственное, что бросилось мне в глаза – явно очень дорогой и массивный золотой перстень на руке. Дежурный и человек сразу же скрылись за дверью в противоположной от входа стене; впрочем, дежурный сразу же вышел обратно, после чего кивнул пожилому кобольду за столом и покинул комнату.
Пожилой поднялся.
- Тан ждет вас, - произнес он, затем, сделав нам знак следовать за ним, решительно распахнул дверь, в которую до этого дежурный проводил неизвестного, и вошел. Мы с дядюшкой последовали за ним.
- Юный Торвард Магнуссон и его опекун, мастер Хогни Хорудссон, прибыли, тан. – произнес наш проводник, после чего покинул помещение.
Помещение представляло из себя довольно обширную комнату с большим окном и застекленной дверью, ведущей на балкон; все в комнате – обивка стен и мебели, крышка большого письменного стола, занавеси на окне – была выдержана в разнообразных оттенках зеленого – от бледного салатового до насыщенного изумрудного.
Хозяин кабинета – а ничем иным, как рабочим кабинетом, помещение быть не могло – стоял возле стола, одетый, в отличие от клановых гвардейцев, не в мундир клановых цветов, а в незнакомый мне (потом дядя сказал, что это – мундир южного пограничного легиона), с майорскими эполетами. Лет на десять постарше дядюшки, каштановые (что достаточно редко для кобольдов) волосы обильно тронуты сединой, шрам на щеке, золотистые глаза смотрят жестко. Рядом с ним стоял незнакомец, виденный нами в приемной. Чуть повыше ростом, чем тан, лет – между тридцатью и пятьюдесятью, точнее не скажешь. Лицо… Красавцем не назовешь при всем желании – слишком высокий и шишковатый лоб, холодные серо-голубые, стального оттенка, глаза, приплюснутый нос, слишком тяжелая квадратная челюсть. Волосы – светлые, соломенные. Одет, как я уже сказал, неброско, но… Черные сюртук и брюки, коричневый жилет, рубашка цвета топленого молока, галстук-шнурок сидят на нем до того естественно, да и подходят друг к другу так, что поневоле закрадывается мысль, что владелец их заказывал отнюдь не у первого попавшегося портного. Да и выглядит одежда… Дорого. И – да, никаких украшений, кроме замеченного уже мной ранее перстня.
Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, затем тан нарушил тишину:
- Мастер Хогни… - кивок в сторону дяди. Дядя отвечает вежливым полупоклоном. – Юный Торвард… - кивок в мою сторону. Отвечаю таким же полупоклоном, разве что кланяюсь глубже, чем дядюшка. – Я пригласил вас по несколько… Деликатному делу. Позвольте представить Вам сэра Дэвида, старшего сына графа…
Прозвучавшая фамилия заставила меня до зубовного скрипа сжать челюсти, да и дядя ощутимо напрягся.
…Когда мы пытались узнать обстоятельства смерти отца, дядя обратился с вопросом к Убе Олаффсону, давнему сослуживцу отца, который вместе с ним пошел в его последнее дежурство в один из пограничных фортов. И Убе рассказал, что знал. Знал он не так уж много, но для нас – достаточно.
Периодическая грызня с северянами давно стала чем-то привычным. Иногда они совершают рейды на нашу территорию… А иногда мы – на их. Начальство… Начальство на такие вещи смотрит сквозь пальцы.