Страница 151 из 170
- Здесь… - глухо донеслось откуда-то спереди. Пошатываясь, я встал и побрел следом за капитаном, который, безошибочным лисьим чутьем угадав источник звука, кинулся вперед, отвалил чей-то труп и, подхватив под мышки, поволок в сторону крепостного двора чье-то плотное тело. Тело замычало и замотало головой, прижимая руки к низу живота…
Нагнувшись, я подхватил Люверса (а это был он) под колени, и мы бегом вынесли майора на свет и посадили, привалив к стене воротной башни…
Люверс выглядел плохо. Помятый, потерявший кепи. Из-под прилипших ко лбу редких волос стекает тонкая струйка крови, капая на мундир с кончика носа. Люверс глядел мимо нас, все так же прижимая руки к животу…
- Ворота удержали?.. – спросил он вдруг глухим голосом.
- Да, - напряженно ответил МакРейв. – Но там уже собирается вторая волна. У нас есть минут пять, прежде чем они начнут атаку…
- Ничего… - все тем же глухим и каким-то слабым голосом отозвался Люверс. - Сейчас мы закупорим это бутылочное горлышко.
- Как? – МакРейв буквально зарычал от избытка чувств.
- Просто, - слегка пожал плечами Люверс. – Подорвав «пороховой погреб номер один-бис»…
- Уилл… Мы не успеем подготовить мину!
- А не надо ничего готовить. – Голос Люверса вдруг становится абсолютно спокоен и как-то… безжизненнен. – Достаточно подтащить к лестнице погреба пару ящиков снарядов для пневматических многостволок – этих, новомодных… Которые с мелинитом. Их взрыва вполне хватит для детонации… А их подорву я – кину ручную бомбу, и все…
- Уилл… - голос МакРейва вдруг начинает сипеть. – Ты что?.. Ты… Испугался, да?.. Решил героически погибнуть?.. Ты же наш командир, ты…
- У меня пуля в животе, Гаральд, - прервал его Люверс, убирая руки. На мундире, сразу под пряжкой ремня, виднелась прореха. Крови почти не было – лишь легкая сукровица. Странно.
- Сэр… - хриплю я. – Крови почти нет, видимо, пуля неглубоко. Митэль может…
Мою тираду прервало хихиканье Люверса, звучавшее несколько истерично.
- Нет, лейтенант. В данном случае неважно, глубоко пуля или нет – важно, что она повредила. Если бы я был единственным раненым, и если бы в распоряжении нашего доктора были все хваленые достижения эльфийской медицины… Тогда, может быть… Да нет, даже тогда – и то вряд ли. Я уже мертв, просто смерть отсрочена – на несколько часов, или пару дней… И, честно говоря, Гаральд прав – я боюсь… Боюсь того, насколько мучительна эта смерть может быть – я уже такое видел. Так что… Я сейчас одним выстрелом убью двух зайцев – перекрою ворота… И сам себя спасу от мучений…
- Уилл… - в голосе МакРейва сейчас нет ничего, кроме какой-то безнадежной тоски. – Ладно, этот сопливый щенок… - кивок в мою сторону. – Но ты-то… Ты-то зачем туда полез?..
- А ты поступил бы иначе?.. – вопросом на вопрос отвечает Люверс. МакРейв молчит. – Я просто не хочу, чтобы потом про меня говорили… Как будут говорить про Стюарта, например. Ладно, все… Где Худ?
- Тяжело ранен. Ноги раздроблены. – Не глядя на майора, отвечает МакРейв.
- Тогда… - Люверс тяжело вздыхает. – Принимай командование, Гаральд. Снимай людей с ворот и валов, к ним примыкающих, из казематов, отводи вглубь двора, и держи арку под прицелом – вам нужно будет добить тех, кто успеет прорваться внутрь до взрыва… Давайте быстрее… Лейтенант, помогите мне…
МакРейв умчался распоряжаться, а я, придерживая тяжело опершегося на меня Люверса, помог ему спуститься на несколько ступеней крутой лестницы, ведущей к пороховому погребу надвратной башни.
- Спуститесь вниз, подтащите к лестнице пару ящиков со снарядами… На них две широких полосы, красная и желтая. Штабеля должны быть прямо рядом со входом в погреб, не перепутаете… Эй, там, внизу!.. Часовой!..
- Одиннадцать! – глухо раздалось из зева прохода.
- Семь!.. – отозвался Люверс, и сразу же снова прокаркал: - Двадцать три!..
- Двенадцать!.. – донеслось снизу.
Люверс кивнул, после чего проорал:
- Говорит командир гарнизона майор Люверс. Пост снимаю!.. Отправляйтесь в подразделение, бегом марш!
Внизу кто-то затопал, на ступенях заплясал отсвет фонаря, и из мрака появился караульный.
- Фонарь отдайте лейтенанту. Бегом… - коротко приказал Люверс. Караульный протянул мне фонарь, и, дробно стуча сапогами, выбежал наружу.
По лестнице вниз я буквально слетел. Штабели, красно-желтые полосы… Где?.. А, вот… Ставлю фонарь, взваливаю на плечо ящик… Несколько шагов к лестнице… Обратно… Еще ящик…
- Оставьте прямо у порога помещения. Должно хватить… - гулко донеслось сверху.
Тяжело дыша, подбегаю к Люверсу. Тот сидит на ступеньках, привалившись к стене и полузакрыв глаза. В руках – цилиндр ручной бомбы Миллза…
- Лейтенант, пара личных просьб, - исподлобья глядя на меня, произносит майор. – Возьмите мою шпагу… - кряхтя, Люверс наклоняется и вытаскивает из лопасти на поясном ремне тяжелую шпагу в облупленных ножнах. – Отдайте… ей. Как положено, по вашим обычаям… И еще… Когда я… Если выберетесь… Возьмите горсть земли отсюда, от ворот… В Арании… Городок небольшой, Сноувилль, в Готтеншире… Там, на кладбище при церкви святого Альвина Пламенеющего… Есть склеп с двумя плачущими ангелочками… Он там один такой, вам покажут, даже если начал разрушаться… Положи узелок с землей на крайнюю ко входу гробницу – там три мраморных лилии на крышке. И скажи, слышишь, обязательно скажи, что ее сын вернулся, как и обещал! …Знаешь, хочу после смерти лежать рядом… Рядом с мамой. Хотя бы так, символически. – Люверс на секунду замолчал, потом продолжил: - И еще… Разыщи через моего поверенного в банке… Хотя нет. В этом нет никакого смысла… Все. Беги, лейтенант.
Я вытягиваюсь в строевой стойке, вскидываю пальцы к… Ко лбу, потому что только сейчас я понимаю, что, как и Люверс, свое кепи я где-то потерял… Люверс кивает, и я выбегаю из лестничного полумрака на яркий свет крепостного двора…
Через несколько минут, когда, все с тем же лютым воем, от которого шерсть на ушах вставала дыбом, сквозь арку ворот на крепостной плац хлынули вражеские пехотинцы - земля вдруг провалилась куда-то вниз, а потом, резко вернувшись, ударила нас по ногам; на несколько коротких мгновений из мира исчезли все краски, все окружающее стало контрастных черно-белых оттенков, - а затем все вернулось на круги своя, и я увидел, а главное - услышал, как воротная башня… Нет, не с грохотом, не с треском – с
криком