Страница 148 из 170
Гном схватил бинокуляр и, напряженно сопя, как будто это могло помочь улучшить зрение, стал вглядываться в происходящее у кромки леса.
- Бревенчатый настил, причем бревна здоровенные… - бормотал он себе под нос. - Закреплены комлем, второй край стесан под углом и волочится по земле…
Гном оторвался от окуляров, пару секунд помолчал, потом продолжил бормотать:
- Ширина колеи… Ширина дороги в промежутке между рвами… Высота… Около двух ярдов двух футов… Вот зачем они так широко заваливали рвы! – затем, стремительно повернувшись к Люверсу, выпалил: - Они сейчас попытаются подогнать прямо под стену два транспортера, а потом загонят на них третий – жесткость конструкции вполне это позволяет! Даже если подвеска машин, служащих опорой, не выдержит, и они «сядут» на дно – при этом теряется не более полуярда высоты! Сколько у нас там высота валов, семь ярдов? Суммарная высота машин будет около пяти ярдов и одного фута – готовая штурмовая насыпь, причем возводимая за считанные минуты!! Оставшуюся высоту можно перемахнуть даже без лестниц и пандусов!!!
Я толком ничего не понял, а вот Люверс выругался и повернулся, чтобы бежать к первому бастиону – похоже, наш командир собрался сам встать за орудие.
- Погодь! – рявкнул Хрольв, хватая его за рукав. – Их надо подлавливать на переправе – их ширина колеи превышает ширину дороги в промежутке между рвами! Они пойдут по насыпям во рвах, в любом случае будут вынуждены снизить скорость – тогда и бей!!
Люверс мотнул головой, не то соглашаясь, не то просто злясь на задерживающего его гнома, и рыкнул в ответ:
- Передайте Уилфорду – пусть поможет закатить орудия на второй, если те еще не закончили! Батарее второго бастиона передать – когда машины пойдут, в момент переправы через ров весь огонь сосредоточить на ближайшей к ним машине – нам достаточно вывести из строя хотя бы одну! Прицел пусть выставят заранее, по ближней кромке рва! Я – на первый!!! – и стремительно умчался к первому бастиону.
От кромки леса снова донесся рев парового гудка – две приземистых машины, набирая ход, поползли к крепости.
Я напряженно гляжу, как две металлических коробки катятся по уже изрядно попятнанному воронками полю. Впрочем, для их здоровенных колес никакие воронки препятствием не являются… Вон, та, что катится ко рву, находящемуся аккурат перед нашим участком позиций – легкий бруствер, за которым вчера укрывалось вражеское орудие, смахнула своим плоским телом, даже не заметив.
Слышится грохот, я скашиваю глаза правее – рядом со второй металлической махиной вспухает дымная шапка разрыва; похоже, у кого-то из артиллеристов второго бастиона не выдержали нервы. Увы, попасть по движущейся цели, даже на такой, вроде бы, небольшой дистанции – это не по мишени на полигоне…
Вражеские машины… Как там их назвал гном? «Транспортеры типа «Крот»?.. Доехали до заваленных рвов, и, сбавив ход, въехали на переправу. Бревна настила, на которые вкатился ближайший к нам транспортер, сразу ушли под воду – машина изрядно весит… Разгоняя тупым носом волну, металлический монстр медленно движется к «нашему» берегу… Почему же наши не стреляют?.. Вот он добрался до нашего берега… Вот из воды показались колеса… Вот их зубцы вгрызлись в землю на нашем берегу… Ну же!!!
…С первого бастиона грохочет пушечный выстрел. Оранжевая вспышка, сразу же скрывшаяся в грязно-сером облаке, окутывает носовую часть машины. И почти сразу же, с задержкой в пару ударов сердца – гремит следующий выстрел. В этот раз разрыв вспух на кормовой части машины, разметав прицепленные бревна и вырвав колесо… Видимо, Люверс сам встал за орудие. Стальной уродец как-то вдруг оседает, замерев во рву подобно секции металлического моста. Снова раздается гудок, но сейчас мне кажется, что он звучит как-то жалобно; корма машины окутывается клубами белого пара – похоже, поврежден котел…
Ликующий рев раздается вокруг, и до меня доходит, что за движением этих металлических черепах с замиранием сердца следил не только я…
Перевожу взгляд правее – и понимаю, что Всеотец благоволит нам сегодня: может быть, пушкари второго бастиона отстрелялись так удачно, или вражеские саперы чего-то не рассчитали – но второй транспортер торчит изо рва, косо зарывшись в воду и задрав корму, и впустую пенит воду зубцами вращающихся колес. Несколько мгновений – а затем машина с шумным плеском и треском ломающихся бревен заваливается набок, еще несколько томительных мгновений – и она заваливается на «спину», оставив нам наблюдать заляпанную грязью корму и все еще вращающиеся задние колеса…
С опушки леса донесся звук горна – и вражеская пехота стала оттягиваться к лесу – похоже, мы получили передышку. Коротко взревев на прощание гудком, последний транспортер развернулся и укатился по дороге восвояси, сопровождаемый насмешливыми криками.
Я, облегченно выдохнув, вынул бинокуляр и стал всматриваться в то, как отходит противник… Надо отдать им должное – крайне организованно… Обшаривая взглядом опушку леса, я совершенно случайно наткнулся на него – крепкая фигура в широкополой шляпе, в черном с алыми отворотами мундире… Черты лица было не разглядеть, но я почему-то был уверен, что он не молод – может быть, потому, что на его груди виднелся витой шнур аксельбанта – не знаю, как у них, а у нас аксельбанты на мундире сохранились только у генералов, ибо деталь эта совершенно непрактична, и иным офицерам может только помешать… Так же, как и я, он осматривал нашу крепость в бинокуляр, и мне даже показалось, что мы встретились взглядом – отчего по спине моей вдруг пронеслась волна ледяных мурашек… Опустив бинокуляр и оставив его болтаться на шее на ремне, вражеский генерал (я в этом не сомневаюсь) спокойно вынул изо рта сигару и выдохнул клуб дыма. Странно, черты лица не разглядеть – а вот сигару и дым я увидел совершенно отчетливо…Оглянувшись, он кого-то позвал – и из зашевелившихся кустов за его спиной появился второй – такой же черно-алый мундир, тоже аксельбант на груди, разве что на голове не шляпа, а вполне себе «генеральское» кепи с алым верхом… Первый, взяв сигару в зубы, полез в планшет и достал из него несколько бумажных листов, которые передал второму, затем, снова вынув сигару изо рта, ткнул ей в направлении нашей крепости и начал что-то говорить; второй, бегло просматривая листы, кивнул, с чем-то соглашаясь. Затем оба вражеских командира скрылись в кустарнике.