Страница 145 из 170
Недоуменно моргаю, и тут до меня доходит – девушка стоит, опираясь на мою руку, я стою на правом колене… Не хватает только свободной рукой на оголовье шпаги опереться – и будет иллюстрация к какому-нибудь рыцарскому роману…
Торопливо вскакиваю. Что говорить, я не знаю, и потому просто молчу, напряженно сопя…
Кристина, все так же держащая мою руку, молча накрывает ее второй рукой; гляжу на девушку, и мне вдруг приходит в голову мысль, что сейчас, когда на ней нет шляпки, а волосы не собраны в прическу, она не выглядит такой… Взрослой, как тогда, возле Драгефьорденского порта… Или на ступенях театрального крыльца… Если она и старше меня, то на пару лет, не больше…
- Спасибо. – Неожиданно серьезно произносит Кристина.
- За что? – немного ошалело отвечаю я.
- За то, что защитили меня только что. – Отвечает девушка. Потом слегка сжимает мою ладонь, и произносит: - Мы почти пришли… Я пойду.
Киваю, и, когда она уже сделал несколько шагов по направлению к церкви, выпаливаю ей в спину:
- Мисс Кристина… Пока я жив, ни с Вами, ни с Вашими близкими ничего не случится! – я всего лишь повторяю сказанное ранее, и звучит это глупо, но девушка, повернувшись, негромко и серьезно отвечает:
- Я знаю. Но лучше… Оставайтесь живы. Без всяких «пока». А то у меня даже оружия нет, чтобы, если не защитить себя и сестру, то хотя бы… – Кристина замолкает, прикусив губу.
- А Вы умеете пользоваться?.. – у меня не укладывается в голове, как это… Кристина – и оружие?.. Нет, девушки браться за оружие не должны, для этого существуем мы, мужчины…
- Представьте себе – да, - в голосе Кристины мне слышится легкая обида, - Я – дочь офицера, Торвард. Папа учил меня стрелять – и из револьвера, и из охотничьего штуцера. Правда, это было до того, как мы с Абигайль отправились в пансионат мисс Хокинз…
Я расстегиваю кобуру, достаю револьвер, и, сделав несколько шагов, молча вкладываю рукоять в руку девушки. В голове мелькает мысль, что это, наверное, самый странный и неправильный подарок, который я только мог сделать…
- Торвард, что Вы… А как же… - Кристина попробовала протестовать, но я молча покачал головой:
- Не переживайте. У меня есть, чем его заменить. – А и правда, есть… Я только сейчас вспомнил про тот подарок Наля, купленный в лавке Айронсайда, и который лежит сейчас в шкафу, в моей маленькой квартирке…
Я достал два запасных барабана и так же отдал их Кристине. Девушка засопела, как мне показалось, смущенно, потом, вздохнув, произнесла:
- Спасибо… Еще раз. Ну… Мне пора?..
Я молча киваю. Не знаю, смогла ли девушка в темноте разглядеть мой кивок, но тоже кивнула в ответ, и тихо ушла…
Вздохнув, мотаю головой, и вдруг понимаю, что в мир только что вернулись звуки; слышу чьи-то подвывания с той стороны, где работали похоронщики, грохот металла по металлу от ангара, слышу, как перекрикиваются дежурные на валах… А вот звуков скрипки Мойзи больше не слышу…
То ли контузило меня, то ли действительно – мир замер на те несколько мгновений, что мы разговаривали с Кристиной… А может, и не было никакого разговора?.. Вздохнув, резко разворачиваюсь и шагаю туда, где мерцает костерок солдат нашей первой роты…
…Солдаты уже не сидели вокруг костерка. Стояли небольшим тесным кружком в угрюмом молчании, как будто разглядывая что-то в центре. И это мне сразу не понравилось…
…Мойзи лежал, нелепо вывернув правую ногу. Полуоткрытые глаза и распахнутый рот придали его лицу наивно-обиженное выражение, и сделали его совершенно детским. Я подумал, что так и не послал запрос в тот церковный приход – может, Мойзи действительно солгал о своем возрасте?..
Обломки скрипки валяются рядом.
Вот так… Я специально сбагрил его в медчасть, чтобы уберечь. Да, санитары тоже рискуют, но все же меньше, чем солдаты стрелковых рот на валах. Но смерть нагнала его не в разгар боя, а много позже, от случайной бомбы «северян», выпущенной по крепости, чтобы просто лишний раз пощекотать нам нервы… Нелепая случайность… Все остальные уцелели, а вот он… Хотя – да, все остальные – кто сидел, кто лежал, и только Мойзи со скрипкой стоял во весь свой невысокий рост… И получил прямо в середину груди… То ли осколок, то ли обломок булыжника из числа тех, что не успели выковырять из брусчатки плаца? Хотя… Теперь уже нет разницы…
Где-то внутри меня вдруг зазвучал женский голос, от которого шерсть у меня на ушах и волосы на затылке поднялись дыбом, и который шепотом насмешливо произнес: «Случайность? Нет. Нити Ваших судеб давно отмерены и определены. Его – должна была оборваться здесь сегодня. Прячься, не прячься – но помни: я всегда рядом…» Вздрогнув, окидываю взглядом остальных, и вижу, как рядовой МакБерр вдруг, замотав головой, начал дико озираться по сторонам…
Совпадение, наверное.
А может, и нет, и шепот Хлойн услышал не только я…
Мундир на груди Мойзи топорщится как-то… неправильно. Опустившись на колено, я понимаю, что под тканью мундира что-то есть. Протянув руку, извлекаю «саги севера»… Осколок попал точно в середину книги, изуродовав некогда великолепную обложку и пробив толстый том насквозь; задняя часть стала липкой от крови, которой пролилось неожиданно много. Из-под обложки вываливается куча бумажных листков, пробитых, порванных, заляпанных кровью. Поднимаю их – первым оказывается уже знакомый мне карандашный портрет; собственно, от портрета остались только лица – женщина и мальчик… Смотрю следующий – среди кровавых клякс виднеется надпись – «Лидии Мойзи». Переворачиваю листок – на нем удается прочитать: «Милая мамочка! Я отправлю тебе это письмо при первой возможности, и надеюсь, что оно найдет тебя. Знай – у меня все хорошо…»