Кобольд в эполетах

Люверс опять замолк. Я опять собрался попросить разрешения идти, но сделать этого не успел – точнее, мой организм сам сделал это за меня, разразившись негодующей квакающей трелью пустого живота…

- Отправляйтесь ужинать, лейтенант, - усмехнувшись, произнес Люверс. – Затем – на валы, строить укрепления. Увы, но отдохнуть нам не удастся – враг на подходе…

…Со стороны Йоккехольма раздается грохот, темное ночное небо подсветила багровая зарница.

- Три часа, - с чувствующимся в голосе напряжением произносит МакРейв. - Городской мост взорван.

Я ничего не ответил. Мы работаем уже несколько часов, как «меченые» гномы в опасном забое, спешно возводя на валах укрытия для стрелков. Появившаяся на восточном окоеме горизонта полоска начавшего светлеть неба лишь подстегивает нас…

…Первые выстрелы, еще далекие, грянули часа через полтора – когда чернота ночи уже сменилась серо-голубыми предрассветными сумерками. Несколько беспорядочных хлопков отдались гулким эхом в небе.

- Вестового к Уилфорду – пусть немедленно сворачивается. – приказал Люверс. – На верхних площадках бастионов и на валах оставить наблюдателей; стрелковым командам нижних боевых галерей бастионов – занять места по боевому расписанию; один расчет с пулеметательной многоствольной установкой – на надвратную башню северных ворот; остальной личный состав – в казематы валов, быть в готовности занять посты согласно боевого расписания. Любое бесцельное слонятельство по крепостному двору категорически запрещаю! Капитан МакБойл, это особенно касается гражданских, находящихся под ответственностью Ваших сотен. – Невысокий, седой, но еще весьма крепкий кобольд в пехотном мундире образца, который был в ходу еще при прошлом короле – старом, но ухоженном - утвердительно кивнул головой, пробурчав: «Есть, сэр».

Началась ставшая уже привычной суета – кто-то срочно заканчивал работу, кто-то вспомнил, что забыл дополучить боеприпасы, на первый бастион срочно потащили картузы с порохом… В общем, все как всегда, в форте в Роумсвальбе так же было… Моим же вниманием завладело другое зрелище – с высоты валов была хорошо видна дорога, ведущая от города ко второму, каменному мосту, который охраняет наша крепость – и на эту дорогу сейчас стали выходить жители городка. Хотя, наверное, правильней будет сказать – «выбегать».

Это бежали те, кто не успел уйти по городскому мосту до назначенного срока, и было их неожиданно много. Хотя, наверное, такие находятся всегда – кому-то было до кровавых соплей жаль нажитого добра, и они все паковали и перепаковывали узлы, пытаясь впихнуть на повозку больше, чем та могла вместить; кто-то жалел уставших после длинного пути детей и ждал, давая им поспать и отдохнуть перед новым рывком; кто-то просто тянул до последнего, думая, что успеет; кто-то… кто-то вбил себе в голову, что должен умереть там, где провел всю жизнь, и не важно, что произойдет это не в постели от старости, а от клинка «ушедшего»… Но все эти мысли, жалость, жадность – все то, что держало их в городе – оказалось действенным только до того момента, как грянули выстрелы – и к ним пришло осознание, что враг перестал быть «где-то там», и теперь он здесь, рядом – вполне осязаем… И ужасающ.

И теперь все они – жадные и щедрые, тонкие и толстые, дети и старики – отбросив те мысли и чувства, что держали их в городе, не давая уйти раньше, бежали к единственной оставшейся в нашем распоряжении переправе, дабы уйти от холодной жестокости «северян», взращенной на почве древней вражды и щедро политой кровью.

И, что немаловажно, спешили они не только к мосту. Часть беженцев сворачивала на развилке к отрезку дороги, ведущей к вспомогательным, юго-восточным воротам крепости…

- МакБойл! Немедленно взвод своих людей – встать на восточном мосту, перекрыть подход к восточным воротам!

- Майор, - глухо отозвался давешний кобольд, бывший глава городского совета Йоккехольма, а ныне – командир вспомогательного подразделения волонтеров 9-го пехотного полка, - Вы что, намерены лишить их шанса на спасение, не дав укрыться в крепости?!

- Капитан, - процедил Люверс сквозь зубы, - Пропускная способность вспомогательных ворот и моста перед ними слишком мала, на то они и вспомогательные… Неизбежно столпотворение, один выстрел из пушки – и трупы можно будет складывать штабелями! Вы этого хотите? Живо перекрыть ворота, всех желающих укрыться в крепости – направлять к южным воротам! Они хотя бы не простреливаются со стороны города…

- Откуда здесь пушки?.. – начал было МакБойл, но тут выдержка изменила Люверсу, и он заорал:

- От демонов красной луны и Хозяина Льда!!! Вы еще спросите, откуда здесь «ушедшие»!!! Живо выполнять приказ, или катитесь вместе с ними… - кивок в сторону дороги от Йоккехольма, - …за мост, возможно, там с Вас будет больше толку!!!

К чести капитана МакБойла, свару он затевать не стал… А возможно, наконец-то вспомнил, что «…в армии приказы обсуждаются лишь в сторону их наиболее эффективного выполнения», поэтому просто козырнул, развернулся «кругом» (весьма четко для своих лет), и со всей возможной поспешностью пошагал вниз с вала. Через минуту перед восточным мостом встала неровная шеренга его подчиненных – три десятка вооруженных кобольдов и людей, большинство – в штатском платье… Один из них, видимо, назначенный ротным командиром, сделал пару шагов вперед, и что-то закричал спешащим к мосту беженцам, маша при этом рукой вправо – в сторону, где располагались южные ворота и мост.

- Капитан МакБойл, - произнес Люверс, как только бывший глава городского совета поднялся обратно на вал, - Отправьте своих людей к южным воротам – всех, кто пожелает укрыться в крепости – переписать и разместить в казематах южных валов. Потом подадите мне список, я отдам распоряжения квартирмейстеру для постановки на котловое довольствие и расчета порций. Худ! Ко всем колодцам и водяному насосу – часовых, не менее четырех к каждому. Воду начинаем выдавать строго порционно – дважды в день, утром и вечером, из расчета – котелок на взрослого и пол-котелка на ребенка… Сверх нормы – только на нужды лазарета. С этого момента исходим из того, что мы в осаде, джентльмены…