Страница 22 из 31
Глава 17
Яромир
— Мы закрываем работы по этой мануфактуре, — сказал я, глядя на вытянувшееся лицо своего помощника.
— Господин Громов, — пролепетал он. — Но как же так… Но как же так… Пособие, подряды, ожидания… Вы же только что…
— Ты меня плохо услышал? — переспросил я. — И подготовь к моему возвращению бумаги по новым делам. Я изучу их все лично.
Я оторвал яблоко от тарелки и перевернул ее. Вот это все: связи, торговые переговоры, мысли о капитале — тут казались такими неуместными и бессмысленными.
Я был уверен, что не умею иначе — только так, как научил отец. Цинизм, вера только в материальное, расчет, выгода, дело…
Однако рядом с Ясной все это куда-то девалось. Да, я не поверил мгновенно ни в духов, ни в шепот трав. Но то, как сверкали ее глаза желанием помочь и верой, что она сделает для этого все, заставляло меня забыть чертежи и планы.
Тем громче звенели в голове ее последние слова: «В пустое сердце бесполезно стучаться чувствам. Ты все узнал, что хотел. Уходи».
Узнал, даже больше, чем хотел, узнал.
Когда я собрал вещи и все же покинул деревню, обойдя ее стороной, вдоль реки, я старательно убеждал себя: она просто не понимает. Своей мануфактурой я помогу жителям Велесова Ключа, я дам им возможность зарабатывать иным способом, не быть зависимыми от погоды. Принесу им прогресс.
Но чем дальше я шел, тем сильнее я понимал, что Ясна была права. Этим людям важнее сохранить свою землю, свой лес, свой источник. И мое вмешательство этому не поспособствует.
И теперь мне было плевать на потерянную прибыль, на сорванные планы. Все это вдруг стало прахом. Потому что я понял простую вещь: мне было жизненно необходимо защитить Ясну от этой полоумной Аграфены, переубедить всю деревню и… вернуть себе доверие девушки.
В деревню я возвращался обычным путем, давясь пылью дороги, гонимый новым, незнакомым чувством — страхом, что опоздал. Так было быстрее, но меня словно что-то подстегивало, торопило.
Зайдя за околицу Велесова Ключа, сразу почувствовал, что недобро дело. В деревне было практически пусто, она будто вымерла. Едва нашел дом, около которого сидел дряхлый старик.
— Где все, старче? — крикнул я, переживая, слышит ли он вообще.
— Так ведьму ж пошли ловить! — прошамкал он.
— Кого? — переспросил я.
Ну уж не Аграфену явно, а значит…
— Да эта, столичная! Ясна эта! Дарью извела, наслала порчу! Сейчас как расправа будет!
Что же это за бред! Ясна последнее отдала бы, чтобы спасти любого из них! А они… идиоты поверили в эту чушь!
Дикая, животная ярость поднялась во мне. Тревога усилилась многократно. И именно они толкнули меня кинуться не в дом Ясны, хотя народ явно туда пошел, а в лес.
Если она где и будет, то именно там. Она пойдет к источнику, куда уговаривала отправиться местных.
Я добежал до самой чащи леса. До той границы, за которую я в эти дни не заходил. Тишина была неестественной, тени — даже сейчас чуть позже полудня — мрачными, а возможность правильно выбрать направление движения — нереальной.
Остановился, открыл свою сумку и достал карту. Мои люди тщательно исследовали все вокруг, но лес оставался неизученным, я потому сам и решил все проверить. Стало не намного яснее.
Но даже имея ту скудную информацию, что смог извлечь из карты, я попробовал прикинуть, в какую сторону двигаться. Оставалось только надеяться, что Ясна с ее верой в природу и духов, пойдет тем же путем.
Наложил уточняющее заклинание на клубок и пустил его на землю, и он покатился. Вернее, начал протискиваться между корней, скакать по кочкам и петлять в траве, так что я дважды едва не потерял его.
Чем дальше он бежал, тем больше я сомневался, что выбрал направление правильно. Вокруг — густая высокая трава, поваленные деревья, мертвенная тишина и ни намека на то, что где-то рядом Ясна.
И это терзало еще больше.
Я летел по лесу, не разбирая дороги, ломая ветки, сдирая руки в кровь. И вдруг чуть в стороне, но совсем рядом я услышал сдавленный женский крик и глухой звук падения.
Рванулся в туда быстрее, чем сообразил, что делаю. Потому что тело узнало голос раньше, чем разум осознал: «Ясна!»
Она стояла, оперевшись на дерево, выставив перед собой ножик, что ей подарил кузнец. Растрепанная, раскрасневшаяся, с огромными испуганными глазами. Но я был уверен — если бы ей пришлось сражаться за себя, вряд ли победа над ней была бы легкой.
— Что ты здесь делаешь? — едва ли расслабившись, хрипло прошептала Ясна.
Девушка была действительно напугана: рука с ножом дрожала, а голос срывался. И мне хотелось ее успокоить, как это было той ночью после кошмара или когда я нашел ее одну в лесу. Но после того, что она услышала…
— Какое жаркое приветствие, — усмехнулся я, как обычно облекая желание позаботиться в иронию. — Я тоже рад тебя видеть.
— Я не говорила, что рада… — она наконец-то начала успокаиваться и даже ножик опустила.
— Вижу, тебе помощь нужна? — кивнул на ее ногу, на которую она почти не опиралась.
Окинул взглядом Ясну и все вокруг: испачканный сарафан, оцарапанные ладошки, примятые растения и несколько сломанных веточек… Упала.
— Не от тебя. Я тебе еще утром сказала убираться подальше отсюда, — Ясна нахмурилась и воинственно подняла подбородок, как это делала всегда, когда спорила со мной.
— Обязательно. Когда тебе помогу, — сказал я и, сделав пару шагов, подхватил девушку на руки.