Страница 21 из 31
Глава 16
Будто меня в кипяток окунули, а потом мгновенно переместили в зимнюю стужу. Дарья при смерти? Но как…
— Что с ней случилось? — хрипло выдохнула я, чувствуя, как начали слабеть ноги, словно кто-то выдернул из них все жилы разом.
Долго думать о причинах и виновнике не приходилось — Аграфена. Она же вслух и посоветовала Дарье опасаться моей мести. Теперь ни у кого в деревне не возникнет ни малейшего сомнения в том, кто стоит за болезнью девушки. Как же ловко она все обернула, старая лисица!
— Не знаю, — Прохор схватил меня за плечи. — Только упала вдруг, будто подкошенная, колотит ее, пеной исходит. По всему видно — недолго ей осталось. Игнат уже людей собирает, говорит, если от тебя не избавиться, деревня вымрет. Беги в лес, скрывайся!
— Но как же ты? — растерянно нахмурилась я. — Они же узнают, что ты меня предупредил.
Кузнец свел густые брови, и по его лицу пробежала тень решимости, перемешанная с горечью.
— Мне ничего они не сделают, — сказал он. — Да и должен я тебе. Береги себя, Ясна. Пусть боги хранят тебя.
Я прижала к груди свою котомку и кивнула. Жизнь за жизнь.
Еще бы понимать, как теперь этой возможностью воспользоваться…
«В грозе спасение», — вспомнились слова из ночного кошмара. Морена пыталась мне что-то сказать… Только где же мне теперь с этой засухой грозу-то найти?
Я швырнула в сумку прабабушкину тетрадь со сказаниями, сама не знаю зачем, и кинулась к двери, на улицу.
В отдалении уже слышались злые голоса приближающейся толпы. «Не успею добежать до леса», — мелькнуло в голове.
— Ступай другой дорогой, — сказал кузнец, указывая к речке. — Вдоль берега, а потом через лес. Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь, девочка.
Знала я или нет — не было у меня выбора. Только источник мог дать ответы и помочь как-то. Только там я могла найти силу противостоять тому, что надвигалось на деревню.
Я перелезла через плетень и кинулась к речке. Полуденное солнце нещадно палило, воздух дрожал от зноя, а за спиной все громче раздавались крики:
— Ведьма! Ловите ведьму!
Вдоль кромки воды я поднялась по руслу мелеющей речки чуть выше. Пару раз чуть не соскользнула в воду, балансируя на скользких валунах. Когда отошла на безопасное расстояние, с трудом вскарабкалась по обрывистому берегу под сень деревьев, цепляясь за корни и камни.
Лес встретил меня удушающей жарой и тишиной, так разительно отличающимися от прохладного журчания реки. Даже листья не шелестели — не было ни малейшего ветерка.
Эту часть леса я еще знала — бежала по знакомой тропинке, пока не скрылась в глубине дубравы, где толстые кроны давали хоть немного тени. Но и здесь было душно, словно в бане.
Остановилась, тяжело втягивая горячий воздух, и прислонилась к широкому стволу. Надо было идти дальше, глубже в чащу. Где-то там я должна найти Велесов ключ, да только вот куда именно идти — кто же его знает-то?
Успокаивало хоть чуть только одно: я заметила, что мои усилия с грибницей не прошли даром. То тут, то там я видела оживающие кустарники и поднявшиеся травы.
Но все это только временное решение. Если это правда было приближение Чума-царя, то ждать ничего хорошего не стоило.
Я с трудом отлепилась от дерева, поблагодарив его за помощь, и пошла дальше. Тропинка становилась все уже, ветви все гуще.
Скоро я зашла в ту часть леса, где никогда еще не бывала. Здесь царил иной мир — более древний, пропитанный старой магией. Идти пришлось наугад, ориентируясь лишь по положению солнца и отдаленному журчанию реки. Трава тут была гуще и выше, чем в знакомой части леса, подлесок рос беспорядочно, дикими зарослями, то и дело под ноги попадались гнилые ветки и выступающие, как костлявые пальцы, корни.
Я шла все медленнее, а времени оставалось все меньше.
— Помогите, — прошептала я, обращаясь к деревьям и травам, вкладывая в слова всю свою мольбу. — Покажите дорогу…
Они зашумели, зашуршали… А потом передо мной, словно из ниоткуда, появилась еле заметная тропка, будто травы намеренно так отклонились, чтобы мне указать путь.
Я пошла по ней, внимательно прислушиваясь к каждому звуку. Но лес молчал. Комары не жужжали, птицы не пели, кузнечики замолкли, даже травы почти не шелестели. Все притаилось в ожидании, а на душе расцветал обжигающий цветок тревоги.
Тропинка привела меня к небольшой поляне, а за ней — к еще более густой чаще. Здесь стояли такие древние дубы, что даже в обхват их взять было нельзя. Дорожка петляла между их корнями, изгибалась змейкой, словно кружила и путала.
Я мучилась, шла, видела, что можно бы и короче пройти, да с тропинки ступить боялась. Кружила-кружила, аж в глазах поплыло, ногой за корень запнулась да так и полетела на землю. Щиколотку пронзила острая, режущая боль.
— Ах! — вскрикнула я в тишине леса, и с соседних деревьев вспорхнули птицы — видимо, они все-таки были, просто молчали.
Я попыталась встать, опираясь на руки, но даже малейшее движение ногой отзывалось нестерпимой болью. Боги!
И тут совсем рядом раздались тяжелые, быстрые шаги.
Кто это? Преследователи уже нашли мой след? Или…
Шаги приближались. Кто-то спешил сюда, ломая ветки, шурша листвой. Мое сердце бешено колотилось, а дыхание перехватило от ужаса.